Чтение онлайн

Лика нагло отпечаталась на подкорке, затмив воспоминаниями всю прелесть того, что я сейчас видел и мог с удовольствием взять.

Вот только удовольствие оказалось сомнительным, я снова и снова думал о Лике. И твёрдая эрекция под полотенцем была вовсе не заслуга Кристинки, хотя её тело более соответствовало стандартам моего любимого типажа. Зажмурился, пытаясь прогнать навязчивый образ, стиснув пальцы на тонкой талии вовремя подошедшей ко мне Кристины.

— Арч, — хрипло отозвалась она, прильнув всем телом, сладко застонав, когда я вслепую нащупал округлую грудь. Задев небрежно подушечкой пальца напряжённый сосок.

Кожа гладкая, плоть податливая и даже запах приятно манящий, но я все равно её не хотел.

Мать твою, Чижевский! Это же глупо быть задроченным мыслями о сексе с одной, когда можно получить его с другой.

— Крис, подожди.

Отлип от горячего тела, поймав раздосадованный взгляд, зато свободно вздохнув. Смахнул с экрана заставку, нашёл камеру, переустановил фронталку, таймер и несколько снимком за один щелчок. Настроил реагирование камеры на жест.

Идея ужалить Лику эротичным фото, пришла спонтанно, волнительной волной отхлынув от головы. Пусть знает от чего глупая отказалась.

— Мы снимем "хоум" видео? — залилась краской Кристина, но развернулась к камере лицом, прогнувшись в спине и призывно скользнув ладошками к кромке ажурных трусиков.

— Типа того, — хмыкнул в ответ, встав на прежнее место, увидев себя на экране телефона почти в полный рост. — Снимай, — грубо скомандовал ей избавиться от белья, обещая что-то горячее в первую очередь ей, а не себе. Зная наверняка что сегодня с Крис дальше подросткового эксперимента с петтингом не зайду. — Повернись.

И пока Кристина увлечённо терлась об меня, пытаясь ладошкой вернуть себе власть над моим телом, я махнул рукой.

— Спасибо, — шумно чмокнул в ухо, даже отказав себе в удовольствии прикусить нежную мочку. Раззадоривать и без того возбужденную девушку, чтобы потом отморозиться, даже для меня свинство.

— Ты серьёзно?

Свела в непонимании тонкие брови к переносице, взглянув прямо в глаза, с надеждой увидеть в них объяснение.

— Угу, — уткнулся в телефон, старательно подбирая слова для короткой подписи фотографии. — Тебе такси вызвать?

— Обойдусь…

Этим Кристина мне нравилась больше всего. Безотказная, понимающая с полуслова, да ещё и фотогеничная.

Но всё же, я бы выбрал продолжить фотосессию в стиле ню с Ликой.

Чёрт, теперь не мог даже просто подумать о ней, как в паху начинало адски пульсировать.

Я сразу поняла, что Андрей Юрьевич позвал меня по серьезному делу, других-то и не было между нами. А когда мы вновь вернулись в клинику, вызовам к нему в кабинет, я перестала удивляться. Молилась лишь об одном, чтобы новости не несли с собой катастрофических последствий.

Мужчина не отреагировал ни на мой стук в дверь, ни даже на моё присутствие. Он сидел за столом у окна, нависнув над разложенными медицинскими картами. Задумчивость вкупе с бессознательным проявлением сочувствия ко всем своим пациентам не могла не подкупать.

Весь поглощенный работой Андрей Юрьевич лишь с третьей попытки отреагировал на моё вежливое приветствие.

— Добрый день, — холодно отозвался мужчина, не поднимая на меня глаз.

Потоптавшись на пороге, я всё же шагнула вглубь кабинета, чисто машинально пригладив волосы и спереди слегка заправив свитер за пояс брюк.

— Добрый, — неуверенно ответила я.

А когда мой знакомый тембр голоса был распознан, поймала наконец-то заинтересованный взгляд.

— Может кофе?

Заприметив на моем лице следы недосыпа и усталости, любезно поинтересовался Тихий. Я же поспешила отмахнуться и перейти к главному.

Немного объяснений, наполненных сплошь медицинскими терминами, пара маминых снимков и наконец проработанный план лечения, из которого я поняла лишь одно — нам снова нужно бороться.

Я несколько раз перечитала список лекарств, укрепившись в первоначальном мнении, что в графе "итого" будет стоять кругленькая сумма. От переживаний кровь хлынула к щекам, но не задержавшись там, скользнула ниже к самому сердцу, бешено застучав в груди.

Мужчина нарочито медленно встал со своего места, обошёл стол, и подойдя ко мне ближе, присел на его край. И хотя свободный стул в комнате имелся, выбранный им вариант, меня почему-то не удивил.

Хищный прищур глаз, слабая полуулыбка и мягкая кошачья поступь, будто на меня открыли охоту.

— Вам нужно больше отдыхать, Лика, — широкая ладонь легла мне на плечо, пронзив странным ощущением чего-то неправильного, будто я провоцировала своей молодостью взрослого человека на двусмысленные поступки. — Загоняясь на работе и живя между домом, больницей и работой вы делаете только хуже. Вам нужны силы, чтобы помогать маме морально справляться с болезнью. А для этого необходим отдых.

Мне сделалось даже не по себе, когда я представила на какой именно отдых мог намекать Тихий. Ведь его горячие прикосновения становились напористее, спускаясь по руке ниже, чтобы после неспешно подняться к плечу. Проворные движения пальцев явственно ощущались сквозь плотную вязку свитера. Я боялась даже предположить, каким эффектом обладали бы мужские прикосновения, будь я одета в более открытую одежду.

В душной комнатке и без того требующей проветривания, стало совсем нечем дышать. Я поспешила разорвать ненужный контакт. Поерзав в кресле и для более удачного дистанцирования отклонилась в сторону, будто стремилась сменить неудобную позу. Усевшись чуть ссутулившись, почти впечаталась в угол довольно-таки просторного кресла.

— У меня нет другого выхода, — удрученно отозвалась я, не собираясь вызывать сочувствия к себе, но вышло именно так. — В первую очередь нам нужны деньги, а полагаться на Лялю, слишком опрометчиво.

— Выход есть всегда. Он либо лежит на поверхности, — мужчина пытается придвинуться, наплевав на мои попытки выстроить границы. — Либо он зашорен и нужно просто посмотреть по сторонам.

Вкрадчивый голос стал настолько тих, а изменившись в интонации ещё и горяч, как воздух, который обволакивал нас обоих. Что мне захотелось бежать без оглядки. Слишком опытный мужчина утягивал в свои сети, но я будучи далеко не наивной дурочкой пока ещё могла сопротивляться. Дистанцироваться и никак не провоцировать на подобные действия.