Чтение онлайн

– Твой отец, я помог все оформить, — выдает в ответ. Продолжает смотреть в мои глаза. А я понимаю, что врет. Отец бы не потянул полную страховку. Точно не в том положении, в котором он сейчас находится. Он только-только начал становиться на ноги. Да и отец бы не скрывал от меня, что у меня есть полная страховка. Потому что, например, вот в таком вот случае я бы и понятия не имела, что могу ею воспользоваться.

Киваю и продолжаю идти дальше к кабинету доктора. Я не знаю как на это реагировать. Не понимаю. Я действительно впервые в таком состоянии, когда не знаю как правильно поступить. Психануть и уйти... Да, возможно и правильно. Вот только плечо адски болит. И если нужно делать рентген, я хрен его сама потяну. Помогает лишь то, что я себе напоминаю о том, что случай произошел в рабочее время и он как работодатель обязан предоставить мне помощь.

В кабинете врача я описываю свою проблему. Рассказываю, как сильно болит. Показываю где. Врач внимательно меня осматривает. Говорит, что, скорее всего, меня просто продуло, а сильный толчок лишь усугубил болезненные ощущения. Но на всякий случай меня отправляют на рентген. Вот это то, о чем я говорила. Если не иметь полную страховку, то в больнице за границей можно оставить приличную сумму денег. Здесь каждая манипуляция стоит больших денег и без страховки ты попросту ничего не потянешь.

После рентгена доктор говорит, что все, как и думал. Меня просто продуло. Выдает мне мазь. Выписывает рецепт на таблетки, если будет очень сильно болеть и отпускает меня на свободу.

– Добби свободен, — машу перед Арсом бумажечкой с рецептом и растягиваю губы в улыбке.

– Что врач сказал?
– Бородач моментально подходит ближе, ловит мою руку с бумажкой, потому что я машу ею и не хочу отдавать ему.

– Сказал, что ты можешь ехать на работу, а у меня минимум сутки отдыха и активного втирания мази в плечо.

Бородач хмурится, забирает рецепт из моих пальцев и внимательно его читает.

– Тебе прописали обезболивающие, — вопросительно выгибает бровь и переводит на меня взгляд. Да, обезболивающие прописали из-за того, что был удар и от этого боль больше. Или черт его знает. Врач так умно это все рассказывал, что я не все запомнила.

— Это на всякий случай, — пожимаю плечами и тут же кривлюсь.

Арсений внимательно сканирует мое лицо взглядом. Когда до него доходит, что ничего больше рассказывать я не планирую, вздыхает и говорит, чтобы я шлепала к машине.

Когда машина трогается с места, то у Арса звонит телефон и я облегченно выдыхаю. Это значит, что никаких допросов не будет. А то, что бородач подозревает, что я что-то недоговариваю, прекрасно поняла по его взгляду.

Я сижу в машину в полной уверенности, что меня везут в общежитие. Но когда машина сворачивает совершенно в другую сторону и паркуется возле какого-то пафосного ресторана, я несколько раз непонимающе хлопаю ресницами, а после поворачиваюсь к бородачу, который как раз закончил разговор по телефону.

— Это мало похоже на аптеку, — саркастично улыбаюсь, на что мужчина слегка прищуривается и отвечает мне милой улыбкой.

– Уверен, что ты сегодня ничего не ела, так что сейчас позавтракаем, а уже после...

– Мне кажется или ты много на себя берешь?
– В моем голосе слышится раздражение. Ну серьезно, он уже даже не спрашивает, просто приказы раздает.

Арс смотрит на часы, после переводит взгляд на меня.

– Ты ведь сама хотела, чтобы я следил за питанием персонала. Считай, что я прислушался к твоим пожеланиям.

Глава 12.

Первым делом, когда просыпаюсь, шевелю рукой. Проверяю насколько сильно мне помогла мазь за два дня. Боли уже нет. Есть неприятное покалывание, когда слишком резко дергаю рукой. А в общем все отлично.

Поднимаюсь с кровати и взяв зубную щетку, начинаю чистить зубы.

Встала я сегодня рано, чтобы успеть собраться и как можно быстрее оказаться в офисе. Из-за того, что я пропустила два дня, сегодня у нас должно быть очень много работы. И я готова отпахать от звонка до звонка.

Когда задеваю взглядом бумажный пакет, на котором красуется название дорогого ресторана, то улыбка сама появляется на моих губах. Это вчера бородач прислал мне еду вместе с курьером. Написал сообщение, что сам надоедать не будет, но продолжает беспокоиться о питании своих работников.

Анализировать все произошедшее за последние дни я отказываюсь. Не хочу. Не готова капаться в себе, да и делать какие-то выводы. Вопросов в моей голове просто тьма, на которые я по-прежнему не нахожу ответ. И самый главный... Зачем он все это делает? Для чего? Какая у него цель?

Когда я направляюсь к лестнице при всем параде, то наталкиваюсь на Мишель.

– Ты уже слышала?
– Девушка шепчет этот вопрос так, будто нас могут подслушивать десяток левых ушей.

– Что?
– Непонимающе смотрю на подругу. За эти дни я конкретно выпала из новостей, так как на учебу все еще не хожу. У меня освобождение. Да и сама учеба уже подходит к концу. Буквально через дней десять у нас будет выпуск. Вручение дипломов и нас всех отпустят в свободное плавание.

– Айрис все-таки выперли из школы, — Мишель сжимает мою руку и распахивает глаза так, будто это я делаю ей больно, а не она мне.

– Серьезно?
– Вопросительно выгибаю брови. Я, если честно, думала, что ей все сойдет с рук. У нее все-таки родственники здесь работают. Да и связи есть какие никакие. Думала, что все обойдется, лично для Айрис, выговором. Возможно отработкой. Но чтобы и правда выперли...

– Угу, девчонки рассказывали, что она вчера там такое устроила. Целое показательное выступление. А так как ее мама пыталась решить этот вопрос, скажем так, не самым честным путем, то ее тоже уволили.

– Охренеть, — тихонько присвистываю, — если честно, то я думала, что все решится иначе.