Одержимая страстью
Шрифт:
— Но… как? Как такое возможно? — шокированная, я отвожу от глаз руку, поняв, что на ней золотой браслет точь-в-точь такой, какой Алей подарил Лейе.
— Я не знаю, Лейя…
— Лена, — поправила я его.
— Ле-е-е-ена, — протянул Алекс, и у меня от этого хрипловатого баритона мурашки пробежались по коже.
Это так волнительно и приятно, что внизу живота снова начал разгораться огонь, грозящий перерасти в пламя. Я свела колени, чтобы хоть как-то утихомирить его. Но Ангел, как будто заметив мое движение, скользнув пальцами между грудей, опустился вниз, к пупку, а оттуда, прочертив дорожку подушечками пальцев, добрался до пульсирующего узелка. Протиснув ладонь между сжатых ног, коснулся влажных складочек.
— Господи, Лена, — из его горла вырвался стон, и он, подмяв меня под себя, впился жадным поцелуем в мои губы, — я снова хочу тебя.
Коленкой разведя мои ноги в стороны, он устроился между них. От предвкушения я зажмурила глаза.
— Ты такая влажная и вся для меня… вся моя…
Ангел… я слышу в его голосе моего Алея из снов, и в уголках глаз собирается влага. Только не плакать, только не плакать. Проглатываю соленый комок и ногтями пронзаю предплечья парня, побуждая к действиям.
Он опускает голову и ведет языком от ложбинки грудей и вниз, а пальцы рук будто следуют за ним, только задерживаются на груди чуть дольше, уделяют набухшим сосочкам внимание. Я охаю и прикусываю губу, вцепляюсь в простыни пальцами и сжимаю их в кулак.
– А-а-а-а-а-а… — стон вырывается изо рта, когда его язык касается набухшей вишенки.
Алекс накрывает ее губами и дразнит, проводит кончиком влажного языка, надавливая. Он лижет, целует и посасывает узелок удовольствия. Вишенка пульсирует, отдавая импульсы возбуждения куда-то в район копчика, и между складочек становится невыносимо мокро. Моё тело покрывается испариной. Я перебираю пальцами волосы Алекса, тяну его на себя, прижимаю теснее к себе.
— О, да-а-а-а-а, Ангел, возьми меня, возьми всю… я так этого хотела… так скучала по тебе.
Алекс нещадно терзает мой клитор, всасывая его в себя, и дразнит кончиком языка. Громкий стон разносится по комнате. Он сжимает мои бедра и впивается зубами в мокрые лепестки, а следом его язык, будто острое жало, проникает вглубь влажного лона. Мне кажется, я сейчас потеряю сознание. Потрясающее ощущение невесомости, от которого кружится голова. А Ангел продолжает свой танец. Вылизывает и посасывает меня между ног. Я открываю глаза и чуть приподнимаюсь на локтях, смотрю затуманенным влажным взглядом на парня, а он на меня… и от его взгляда становится жарко в груди, и я, не понимая, что творю, начинаю бесстыдно тереться о его губы и язык!
— Алекс, я больше не могу, — царапает мне горло мой хриплый стон, — возьми меня…
Ангел в последний раз проводит языком по моим складочкам, слизывая излишнюю влагу, и одним мощным движением входит в меня до предела, на всю длину. Из глаз посыпались искры, я задрожала всем телом, и следом меня накрыл оргазм. Меня трясет в его руках, словно через мое тело проходит разряд тока. Ангел держит крепко, продолжая вколачиваться в меня, пока наконец-то не делает последний рывок, и только после этого я затихаю в его руках.
— Теперь ты моя… и только моя, — целует меня в шею Алекс, — и здесь только я буду владеть тобой безраздельно.
— Твоя… я твоя, Ангел…
Наши пальцы переплетаются, и я целую его ладонь.
— Твоя.
Я улыбалась в темноту и благодарила высшие силы за то, что нашла его, и он нашел меня, и теперь наш океан страсти и истинной любви будет бурным и безбрежным.
Конец