Чтение онлайн

— Я и не догадывался до тех пор, пока Джейн не столкнула вас с лестницы. Во время осмотра я заметил клеймо на вашей руке. Как врач, я тотчас же понял, что это отметина, полученная в том заведении, где вы побывали. У меня не много времени ушло на то, чтобы связаться с официальными лицами, которые и подтвердили пребывание в лечебнице Ариэль Маргарет Рашдон и то, что вы произвели там на свет сына Кевина.

— Так это ты был тем чертовым ублюдком, кто отравлял меня? — сказал Ник. — Но Брэббс уверял меня…

— Я пополнял свой запас опиума каждый раз, как ездил в Йорк. Боже милостивый, Ник, неужто ты был так глуп, чтобы поверить, что меня интересует что-нибудь столь прозаическое, как выращивание чая в Индии? Последние пять тысяч фунтов, которые ты любезно выдал мне, пошли полностью на опий для тебя и… других.

Теперь заговорила я:

— Милорд, было совсем несложно добавить опий в вашу еду или питье, после чего вы засыпали на несколько дней, а когда просыпались, не помня ничего о своих действиях, он умел убедить вас, что вы совершили то, чего и не думали делать. Как произошло недавно во время вашего спора в библиотеке.Он порезал себе губу и заставил нас всех думать, что это вы его ударили. Это было совсем нетрудно сделать ножом для разрезания бумаг. Не понимаю, почему мне это не пришло в голову сразу же.

Синие глаза Тревора теперь пристально смотрели на меня.

— Если бы вы не появились, Мэгги, возможно, ни Джейн, ни мне не пришлось бы прибегнуть к убийству. Мы были так близки к тому, чтобы убедить всех, включая и Ника, что он безумен. Но вот являетесь вы, человек сведущий в нервных и психических болезнях, и портите всю нашу игру.

Я почувствовала, что мой муж дрожит от гнева. В приступе ярости он сжимал и разжимал кулаки.

— Почему, Тревор? — наконец спросил он. — Что я сделал тебе…

— Сделал? Боже милостивый! Это же очевидно. Ты унаследовал Уолтхэмстоу, мой братец, а я нет. Прийти к мысли о том, чтобы устранить тебя, а самому завладеть имением было легко, должен тебе признаться. Видишь ли, мне не было нужды убивать тебя. В этом случае Уолтхэмстоу перешел бы к Джорджу, потом к Юджину. Поэтому я должен был создать мнение, что ты не можешь дальше управлять имением из-за своего плачевного состояния. Тогда я мог бы обратиться в суд и потребовать, чтобы меня назначили твоим опекуном. Несчастный случай по дороге в Йорк и краткая амнезия были настоящим подарком небес.

— Но ведь ты получал свое содержание. Я всегда был готов дать тебе прибавку, выплатить деньги раньше срока, авансом, если считал, что твои доводы убедительны.

— Ты считал мои доводы… — передразнил брата Тревор. — Мне до смерти надоело слышать о том, что ты считаешь, мой добрый лорд Малхэм. Я устал жить в твоей тени, устал ползать перед тобой на брюхе каждый раз, когда мне понадобятся деньги. Мое ежегодное содержание — это жалкие гроши по сравнению с тем, что требуется, чтобы жить в свое удовольствие в Лондоне или Париже. А я именно туда собираюсь направить свои стопы, когда разделаюсь с тобой. Боже, я буду счастлив покинуть этот обшарпанный дом и этих жалких мелких людишек…

Я подняла глаза на мужа, когда он спросил:

— А какова роль моей жены во всей этой истории?

— Ты спрашиваешь о Джейн? — Тревор рассмеялся. — Еще одна дура. Мы были любовниками долгие годы, и наша связь продолжалась даже тогда, когда мамочка и папочка устраивали ваш брак. Конечно, я никогда не женился бы на ней, но убедил ее принять участие в игре. Ей была отведена определенная роль. Я обещал продать Уолтхэмстоу, когда он станет моим, а деньги истратить на нашу совместную поездку за границу и поселиться с ней там, где нас никто не знает. Та ссора, которая разгорелась между вами в конюшне, была заранее нами подготовлена. Джейн намеренно разозлила тебя, и ты ее ударил. Все произошло, как мы задумывали. Она притворилась, будто потеряла сознание, а когда ты, испуганный безумец, побежал за помощью, мы вместе подожгли конюшню.

— Но на пепелище было обнаружено тело, — сказал Николас бесстрастным тоном. — Как насчет тела?

— Это была Саманта. Чтобы заманить ее в конюшню, я написал записку, а когда она прибежала на мой зов, оглушил ударом камня по голове. Никто никогда не действовал так ловко и предусмотрительно. Впрочем, идеальных преступлений, видимо, не бывает. Мне было ненавистно то, что мы сделали. Саманта была отличной любовницей, но дело есть дело…

Тревор снова посмотрел на меня. Николас инстинктивно заслонил меня от него.

— Милое дитя, — услышала я его голос. — Поначалу, когда вы только появились здесь, я искренне привязался к вам. Даже подумывал о том, чтобы соблазнить вас, но потом понял, что мне не будет от этого проку. Как и Саманта, вы с обожанием смотрели только на него. Но в отличие от Саманты вы не примирились бы с ролью второго плана. Вы, Мэгги, не представляли для меня угрозы, пока не вышли замуж за Ника. Став леди Уинд-хэм, вы смогли бы повлиять на него, но не стали бы действовать ради меня. Мы с Джейн думали, что падение с лестницы поможет нам убить двух зайцев: мы могли или устранить вас, или убедить, что Ник опасен. По-видимому, не добились этим ничего. Но потом мы обнаружили клеймо и поняли, что вы мать Кевина. Вы догадываетесь, что это значит? Что он законный сын!

Углы его губ зловеще изогнулись. Тревор молниеносным движением вытащил пистолет из-под плаща, когда Николас шагнул к нему с угрожающим видом.

Держа пистолет на уровне сердца милорда, Тревор продолжал:

— Будь Кевин незаконнорожденным, Уолтхэмстоу никогда бы не перешел к нему. Но теперь с вашей смертью я предъявлю свидетельство о том, что Ариэль была матерью Кевина, и поместье отойдет к нему. А ему, без сомнения, понадобится опекун, пока он не достигнет совершеннолетия. Думаю, мне не составит труда убедить всех, что Ником снова овладело безумие, и он убил новоявленную леди Малхэм и себя.

Когда Тревор поднял пистолет с взведенным курком, я бросилась вперед, надеясь, что неожиданность моего нападения даст мужу время что-то предпринять. Но Тревор оказался слишком проворным. Он успел ударить меня локтем в лицо, и я покатилась на землю.

Мой мир превратился в ужасную какофонию звуков: крики дерущихся мужчин, ругательства, звук ударов. Внезапно я услышала выстрел, и пуля зарылась в землю всего в нескольких дюймах от моего лица.

Братья были так близко от обрыва, так близко от края.