Одержимость. Рыжая для Воина
Шрифт:
Той, что поимела Воина…
Отчего-то эта фраза больше не приносила радости.
Абсолютно ничего. Пустота в душе.
Лена даже пыталась представить лицо Воеводина на тот момент, когда он увидел её записку… Но и это отпечаталось в подсознании, как что-то не столь важное.
– Скоро приедет такси, Кир. Тебе лучше ехать к маме. Просто запомни и повторяй то, о чём мы договорились. Ты ничего не знала и ушла из клуба раньше. Я сама всё сделала, они это увидят по записям с камер наблюдения, – её голос стал каким-то другим. Чужим. Не её.
– Так ты поэтому меня выпроводила из клуба, да? – Кира покачала головой. – Не бойся за нас. Лучше позаботься о себе. Уезжай туда, куда решила и никому, слышишь, никому не говори, даже мне. И не звони. Телефон выбросила?
Ермолова кивнула.
– Когда родится мой малыш… Я отправлю на твоё имя письмо до востребования от чужого имени. Прости меня, Кир, – Лена резко поднялась и, крепко обняв Шереметьеву, схватила сумку. – Вот, возьми. Это вам с тёть Раей, – девушка выудила несколько пачек «баксов» и запихала в сумочку Киры, не обращая внимания на сопротивление и шипение последней.
Кира со слезами на глазах смотрела в спину быстро уходящей подруги, сжимая кулачки и умоляя Бога, чтобы он пощадил несчастную, запутавшуюся девочку, которой пришлось так рано повзрослеть.
Прошло четыре дня и Шереметьева извелась, ожидая либо плохих новостей, либо хороших. Хотя на последнее особо надеяться не приходилось.
Она знала – Лена не позвонит и никак не обозначит своё местонахождение, как и было уговорено ранее.
А вот плохие мысли закрадывались в голову ежеминутно, терзая страшными картинка мозг.
Сын знакомого Раисы Максимовны из прокуратуры был предупрежден и каждый день звонил девушке, чтобы справиться о их с мамой делах.
Разумеется, о причине боязни бандитов Кира не могла сказать, ни Святославу, ни даже матери, понимая, чем всё это может вылиться.
Просто соврала, что за ней кто-то следит. Смешно. Кому нужна обычная продавщица из продуктового магазина? Совершенно верно. Никому.
Вот и Святослав не поверил в это, как собственно и Раиса Максимовна.
Оба посчитали, что одинокой девушке просто нравился сын прокурора и она решила таким образом привлечь к себе внимание.
И оба были не против.
Мама – по понятным причинам: хороший мальчик, воспитанный и так далее.
А Святослав, похоже, испытывал те же чувства, в которых подозревал Киру.
И вроде бы была она в безопасности, но облегчения от этого не ощущалось…
Совсем никак.
Как оказалось, не зря.
Девушка возвращалась с работы поздним вечером и так ушла в свои невеселые думы, что даже не заметила черный, наглухо тонированный джип, что вопиюще-нагло был припаркован у самого подъезда.
Подняв взгляд на машину, она инстинктивно попятилась и только потом поняла, какую ошибку совершила.
Мужчина, что стоял, облокотившись о машину, тут же встрепенулся и зачем-то посмотрел на экран своего мобильного.
Затем снова взглянул на девушку и шагнул ей навстречу.
– Здравствуйте, Кира Геннадьевна. Не уделите мне пару минут? – по крепкому телосложению мужчины Кира поняла, кто он и зачем пожаловал.
– Извините, но нет. Я тороплюсь, – она попыталась обойти нахального брюнета, но тот встал на её пути, словно каменное изваяние. – Я ничего не покупаю и не подаю! – сказала слишком резко и только потом сообразила, какую глупость сморозила.
Ага, конечно… По нему ведь видно, что он тут попрошайничает стоит!
«Всё-таки, бабы дуры не потому что дуры, а потому что бабы», – подумалось тогда Шереметьевой и мозг запоздало дал команду «бежать», только пути для отступления были отрезаны тем же мужиком, что резко дёрнув девушку на себя, развернул её и прижал к автомобилю.
Конец ознакомительного фрагмента.