Чтение онлайн

Кейт выполнила его указания, она выгибалась, и мягкие хлопковые простыни потирали ее напряженные соски.

– …я хочу быть в тебе…

Кейт едва слышала его слова, сильнее вжимаясь в подушки, тело выгнулось, оргазм накрыл ее, усиленный воспоминаниями о том, что они делали раньше… и в предвкушении того, что их еще ждет.

Буквально.

Когда Дьюк зарычал, она представила, как он стиснул зубы, его голова откинулась назад, его фантастическое, твердое тело выгнулось, когда он кончил от своего кулака.

– Еще, – выдохнул он, когда кончил. – Я хочу тебя снова…

Ненасытность никогда еще не была такой сексуальной.

Прекрасное окончание прекрасного вечера.

Спустя одному Богу известно сколько раундов, Дьюк сказал: – На сегодня, может, и хватит, но я с тобой не закончил.

– Это обещание? – протянула она.

– Кладя руку на сердце. Клянусь своей жизнью.

Приготовившись к неизбежному прощанию, Кейт ошеломленно обнаружила, что хотела сказать «я люблю тебя»… и не потому, что думала об этом. А потому, что это казалось таким естественным.

Вот она, отрезвляющая доза реальности.

– Дьюк, спокойной ночи, – прошептала она вместо этого.

– Хороших снов. Или нет. Если говорить о последнем, то пусть я тебе приснюсь.

– Всегда.

Повесив трубку и выключив свет, она боялась, что это было правдой. Если она думала, что Том подложил ей свинью? То, что мог сделать Дьюк, было намного хуже…

Или лучше, если будет на то воля Божья.

Джим в оцепенении пришел в себя. Может, дело в потере крови… но, скорее всего, по той причине, что можно верить в Бога, почитать его, игнорировать, иным образом ассоциировать себя с Ним/Ней, но невозможно быть готовым к личном встрече с Создателем.

Влияние этой личности было оргазмом на вершине предсмертных конвульсий, завуалированном в свободное падение на разбивающий кости горячий асфальт, удар под названием «фишка дальше не идет» [143] .

Что ощутил даже Колин, и только это заставило архангела остановиться… ну, это и если бы Джим полностью истек кровью.

Что до внешнего вида Создателя? Невозможно описать словами, буквами, о нем не осталось краткосрочного воспоминания. Единственное, что Джим мог сказать – что в одном Библия правдива: Божественное было намного величественнее человека, Эверест [144] по сравнению с земляным холмиком, Атлантический океан на фоне аквариума, просторы льда и кубик замороженной воды. И даже эти сравнения не передавали всей сути.

А потом кое-что произошло… и Джим до сих пор не знал, как это интерпретировать.

Вернувшись в свой дом, стоя у подножия лестницы, он не знал, как ему подняться на второй этаж, не говоря уже о том, чтобы дотащить свой жалкий зад до ванной и умыться….

Напольные часы начали бить, прямо по мозгу.

По крайней мере, раздражение чертовой штукой заставило его двинуться вперед. И Джим отказывался считать удары… но, поравнявшись с часами, он бросил в их сторону злой взгляд.

Оказавшись в холле, Джим посмотрел в сторону комнаты Сисси. Он хотел пойти туда, забраться к ней под одеяла, лечь рядом и обнять ее. Казалось правильным – возобновить контакт… ради всего святого, по его ощущениям, он отсутствовал целую вечность.

Но, с другой стороны, непосредственная близость к смерти творит такие чудеса.

Может, чувство растянувшейся вечности – таким был для нее Ад? Мгновение на Земле, но столетия – в душе и мыслях?

Если повезет, то она спит, поэтому Джим решил, что будет лучше оставить ее одну. В ванной он включил горячую воду и почти полностью разделся, когда пар начал подниматься над шторкой. Нахмурившись, он протянул руку…

– Дерьмо!

Горячо, очень. Словно водонагреватель внезапно решил заработать, впервые с тех пор, как они въехали.

Чудеса, да и только.

Перенастроив сочетание кранов «Г» и «Х», он встал под струю и снова выругался… не придумаешь лучшего напоминания о двух-трех серьезных и до-сих-пор-открытых ранах. Подставив голову под струю, он позволил теплой воде стекать по плечам и торсу. Его тело было адски побито, болело везде, где только можно, но, хорошие новости, если таковые были вообще – в прошлой жизни ушло бы несколько недель в больнице и месяцы восстановления, чтобы вернуться в строй.

Сейчас – вопрос нескольких часов.

Но он мог умереть. Что доказало нападение Колина. Как и гибель Найджела.

Блин, из всех смертей, которые, как он думал, окажутся на его совести, смерть Найджела он предугадать не мог. И не было сомнений: хотя Найджел загнал кинжал в свою грудь собственной рукой, хватка Джима тоже была на том кинжале.

Вышел из душа. Замотался в полотенце. Направился в свою комнату с окровавленной одеждой, свисавшей с рук подобно внутренним органам.

Прежде чем закрыться в темноте, он снова посмотрел в сторону спальни Сисси. Боже, как он хотел пойти туда, постучаться в дверь, чтобы она пустила его. А потом, без особых разговоров, он бы лег рядом и обнимал ее какое-то время.

Они бы оба заснули.

Вот чего он хотел – простого отдыха, мира, времени для подзарядки. Потому что сообщение Творца было ясно как день: война продолжается, вне зависимости от понесенных потерь.

– Ад и преисподни.

Ему никогда не нравился Найджел. Его бесила маниакальная нужда парня следовать правилам, приправленная английскими замашками босса. Но он не желал архангелу смерти… и, черт, Колин? Подпишите как «Разъяренный-мать его-псих». К тому же, сложно сказать, что думают два других архангела, и если они были и вполовину так же злы, как и Колин? Джим с таким же успехом может сдаться на милость Девины, прежде чем они оторвут ему все конечности.

Он зашел в свою комнату и бросил одежду у двери. Тряпки он сожжет завтра… и да, он расскажет Эдриану, что происходит. А также узнает у парня, каковы успехи с душой.

Время двигаться вперед.

Один из давно выученных уроков – нельзя вернуть прошлое. История – единственное незыблемое для всех и каждого, смертных и бессмертных… и даже она менялась в зависимости от того, что тебе известно о происходящих событиях. Невозможно вернуться назад и изменить принятое Найджелом решение. Можно идти только вперед.