Чтение онлайн

Только шесть часов вечера, а она уже готова проспать до утра. Бессонные ночи, ранние пробуждения и напряженная работа давали о себе знать. Ей нужно пересмотреть свой график работы и отказаться от несущественных дел на следующие несколько месяцев. Настало время позаботиться о себе.

По крайней мере следующие пятнадцать минут ее покой никто не нарушит.

Стефани только-только стала погружаться в сон, как дверь ее кабинета с грохотом распахнулась и тут же захлопнулась.

– Когда ты собиралась мне сказать?! – сердито прорычал Джейсон.

Она резко села на диване, и у нее закружилась голова. Пытаясь собраться с мыслями, Стефани моргнула:

– Я обо всем позабочусь. Тебе ничего не придется делать.

Он помахал у нее перед носом компьютерной распечаткой:

– Ты уже достаточно сделала, не так ли? Сколько стоит моя репутация?

– Что? – Стефани хрустнула пальцами ног, чувствуя себя особенно беззащитной без туфель.

Протянув руку, она выхватила у него страницу и быстро ее просмотрела. В распечатке было указано, что юридический отдел госпиталя информирует о достигнутом соглашении по судебному иску все заинтересованные стороны.

– Ох!

– Ох? – Он вцепился в спинку стула с такой силой, что побелели костяшки пальцев. – Ты считаешь, я допустил ошибку, повлекшую смерть ребенка?

– Нет. Конечно нет!

Какое же она испытала облегчение, когда увидела, что взгляд Джейсона стал немного спокойнее.

– Тогда почему, Стефани? Зачем из меня делают козла отпущения?

– Чтобы защитить репутацию госпиталя. – Она встала, потому что ощущала себя уязвимой, сидя на диване, пока Джейсон нависал над ней, как скала. Тем не менее без обуви она по-прежнему была намного ниже его ростом. – Репутация госпиталя могла бы серьезно пострадать из-за скандала, который обещали организовать в прессе. Наши юристы считают: даже если мы выиграем судебный процесс – а это маловероятно, – о госпитале все равно сложится негативное общественное мнение. А это означает уменьшение финансирования, сокращение числа грантов на исследования и отток пациентов. Мы уже видели, что происходит. Родители Исаака согласились на проведение внутреннего расследования в госпитале и наложение санкций на доктора, виновного в смерти Исаака.

– Санкций? Каких именно?

– Я буду лично присматривать за всеми пациентами, которыми ты занимаешься.

– Меня постоянно приглашают в клинику Майо! – угрожающе произнес Джейсон. – Может, мне пора принять их предложение?

– Почему же ты не принял его до сих пор?

Разве она не хотела, чтобы Джейсон ушел из ее жизни?

– Я думал, здесь у меня есть все необходимое.

Говорит ли он о ней? Или имеет в виду только Шеффилдский госпиталь?

Госпиталь нуждается в Джейсоне, и Стефани обязана удержать его здесь.

Не рассказать ли ему о ребенке? Она отмахнулась от назойливой мысли. Ни в коем случае она не станет использовать своего ребенка, чтобы удержать Джейсона.

– Это ненадолго. Всего на шесть месяцев или немного дольше. – Она пыталась его успокоить.

По истечении шести месяцев Стефани отправится в декретный отпуск, и кто-то другой будет контролировать работу Джейсона. Но об этом она подумает позже.

– Что-нибудь еще? Значит ли это, что последуют и другие меры, о которых ты не сочла нужным мне сообщить? Ждать ли уведомления по электронной почте?

– Я и мои родители согласились вложить значительную сумму в усовершенствование отделения для новорожденных. – Она указала на вечернее платье на вешалке. – Мои родители устраивают вечеринку, чтобы собрать средства для благотворительного фонда «Монтклер – Шеффилд». Сегодняшний вечер будет посвящен памяти малыша Исаака.

– Но эта вечеринка была запланирована несколько недель назад.

– Да, это ежегодное благотворительное мероприятие, проводимое нашим госпиталем, но на этот раз оно особенное. В ходе первого раунда переговоров мои отец и мать с радостью согласились пожертвовать собранную сумму в память о малыше Исааке.

– Почему решение принималось так долго?

– Я должна была примириться с тем, что ты станешь жертвой.

– Приятно узнать, что я не был для тебя пустячком. Но конечный результат все тот же, не так ли? – Джейсон отвернулся от нее и посмотрел в окно. – Моя репутация запятнана, и я работаю под твоим началом.

– Пойми, это было необходимо – ради репутации госпиталя. – Прежде Стефани считала, что приняла единственно правильное решение. Почему же теперь она уверена, что совершила большую ошибку? – Я сожалею, что причинила тебе боль.

– Боль? Я всегда знал свое место, Стефани. – Он пригвоздил ее к месту жестким и холодным взглядом. – Ты только что доказала мне, как я заблуждался насчет тебя.

Он ушел так же внезапно, как и пришел.

Стефани хотела, чтобы Джейсон проявлял больше эмоций? Она получила желаемое. Ей будет весьма нелегко забыть разочарование и обиду, которые он ей продемонстрировал.

Джейсон надел шлем, застегнул кожаную куртку и уселся на мотоцикл. Оказавшись на шоссе, он рассмеялся над своим высокомерием.

Глупец! Он считал, что значит для Стефани намного больше. Значит так же много, как она для него.

Стоп! А как много она для него значит?

Он не хотел думать об этом ни сейчас, ни когда бы то ни было.

У него возникло сильное желание уехать в дом в горах, укрыться от людей. С напарником или без, он будет лезть на гору до тех пор, пока не иссякнут силы. Но невозможно тратить на дорогу пять часов туда и обратно, ведь он должен прийти на работу рано утром и проверить результаты последних анализов Мэгги.

Переодевшись, Джейсон решил побегать и подумать.

Он хороший врач. Один из лучших.

Да, у его пациентов самый высокий уровень смертности в Шеффилдском госпитале. Но все работники госпиталя понимают причину. Джейсон представляет собой последнюю инстанцию. Очень часто, когда обычные методы лечения не помогают, пациента направляют к доктору Дрейку.

Ему нравилось решать сложные проблемы, а разочарование он как-нибудь переживет. Уже не в первый раз его имя значится в судебном иске, и этот иск не последний. Но в прошлом в госпитале боролись за него, защищали и доверяли ему.