Чтение онлайн

Лекс будто против воли присосался к кружке, периодически закидывая в рот очередную горсть конфет или печенья.

– Ну, теперь можно и поговорить, - сказала Лиля, немного отодвинув свою тарелку, хотя на ней до сих пор еще оставалась четвертинка котлетки и немного пюре.

Аля и вовсе клевала как птичка.

Лекс поперхнулся.

– Ты кушай-кушай, - сказала Лиля.
– Может тебе булочек дать? Мы купили пару килограммов.

Лекс покачал головой.

– Так вот, теперь можно поговорить о серьезном.

– Я ничего не помню, - выпалил Лекс, - поэтому не честно будет обвинять меня в домогательствах. И жениться я ни на ком не намерен.

И Лиля и Аля недоуменно захлопали реснцами, потом переглянулись и захихикали.

– Мы не об этом должны поговорить, - сказала Лиля, когда они с Алей наконец-то прохихикались.
– Лекс, - совсем другим голосом сказала Лиля.
– Ты убил человека, а так делать нельзя, и то, что ты теперь оборотень тебя нисколько не оправдывает. А точнее, как там в уголовном праве? Это является отягчающим обстоятельством.

Лекс страстно возжелал, чтобы придуманное им домогательство было реальным. И даже жениться он был уже готов сразу на обеих.

– Ты убил Ала, - продолжала Лиля, а перед глазами Лекса вставала картина того самого убийства.
– Я понимаю, оборотни резки на расправу, у них горячая кровь, которая и вовсе вскипает от любого чиха. Но так нельзя делать, если ты хочешь продолжать жить среди людей.

– Меня посадят, - печально вздохнул Лекс, почти взвыл.
– А как я стану известным рок музыкантом, если проведу в колонии следующие двадцать лет?

– Еще один чокнутый музыкант на наши головы, - вздохнула Лиля, а Аля мелко-мелко закивала.
– Все с Алом в порядке, и поэтому тебя не посадят.

– В смысле?
– Лекс недоуменно разинул Лекс.
– Я же его убил. Он умер! Он не дышал, я помню. Или вы имеете в виду, что прикопали труп? И вы теперь будете меня шантажировать.

– Да умер-умер. Так что не совсем с ним все в порядке. Пришлось его оживлять. Ляля постаралась. Так что уж если кто и будет тебя шантажировать, так это она.

– Придется жениться на ней?
– спросил Лекс, хотя спросить он собирался совершенно о другом.

– Ха-ха-ха, Сашенька, ну ты жжешь, - захохотала Аля.
– Ляльку тебе никогда не соблазнить.

– Да, - поддакнула Лиля.
– Да и не ради тебя она все это сделала. У нее с Алом какие-то родственные отношения. Не важно. В общем, как ты понимаешь, дальше здесь жить ты не сможешь. Вряд ли Алу будет приятно тебя лицезреть хотя бы изредка. Хотя кто его знает. Так что иди собирай вещи на всякий случай.

– А куда же я пойду, на ночь глядя?
– ужаснулся Ал.

– У меня перекантуешься. А потом к Ляльке. Ей с тобой поговорить надо.

Дальнейшее Лекс воспринимал как-то смутно. Может луна так на него действовала. Накануне-то она была почти полная.

– Нет, ну бред же!
– бормотал Лекс время от времени, покуда Лиля и Аля волокли его под руки в неизвестном ему направлении.
– Ну какой же я оборотень? Я самый настоящий человек. Музыкант. Хороший музыкант. Может даже отличный музыкант.

Глава 34. Мысли Лекса

Прошло три дня и три ночь. А нет, один. Один день и одна ночь. Просто от однообразия своего бытия Лексу, не смотря на то, что жил у Лили всего второй день, начало казаться, что все дни похожи друг на друга как один.

Вечером первого числа месяца Января Лекс под конвоем Лили и Али был доставлен в небольшой, в сравнении с Лялиным, домик на окраине. Добирались они туда пешком около получаса, шли какими-то дворами и подворотнями и больше всего на свете Лекс боялся того, что не найдет дорогу назад. Вот без помощи Ляли или Али точно не найдет. Хотя куда ему идти-то? Зимой, в такой мороз, да еще в праздники, когда кроме продуктовых магазинов ничего не работает.

В тот же вечер Лекс мало о чем успел подумать, так как по приходу его сытно накормили вкуснейшими щами, коих он съел не меньше половины огромной кастрюли, и уложили спать в дальней комнатке. На окраине, где располагался домишко, было так тихо, что Лекс ни разу за ночь не проснулся, и только к десяти утра следующего дня, полностью выспавшись, пришел в себя. Пришел в себя, но вспомнить подробности смог не сразу. В такую пору не сложно засомневаться в том, что это не он выпил весь тот коньяк. Но ведь не он же? Закатывая глаза в самые разные стороны своей черепной коробочки, Лекс попытался хоть что-то припомнить сверх того, что вспомнил накануне. Но ничего не смог.

– Слышу, что проснулся. А раз проснулся, то вставай, - донеслось откуда-то из-за двери.
– Завтракать уже давно пора.

Точнее не из-за двери. Двери-то как таковой и не было. Шторка, прикрывающая дверной проем даже кажется заколыхалась от зычного голоса.

Встречаться с хозяйкой голоса не особо хотелось, а вот есть - особо. И потому Лекс шустро вскочил и принялся одеваться во что под руку попалось. Штаны и вовсе надевал уже по пути на кухню. А путь туда он нашел по запаху. Он буквально видел эту кипу пирожков с ливером, и с капустой. И с картошечкой. Румяные. С пылу с жару.

Пирожки были в тазу. В огромном тазу. Огромные пирожки. И жареные, и печеные. Глаза у Лекса так вспыхнули, что Лиля даже шарахнулась прочь. Лекс, впрочем, этого не заметил. Огромная кружка чая с сахаром уже дожидалась Лекса. Пирожки залетали в рот как на крылышках. Челюсти Лекса ни на миг не останавливались.

А Лиля вздыхала, закатывала глаза к потолку и бурчала. Едва слышно конечно, но вполне различимо. Правда Лексу было не до этого, поэтому он ничего не слышал.

– Тебе полегчало?
– спросила вдруг Лиля, когда Лекс тянулся за последним пирожком.
– Значит ты меня услышишь. Так вот…