Чтение онлайн

Между тем по телу Лекса пробежал холодок, и отнюдь не от страха, если только это не страх замерзнуть насмерть, да еще и черти где. Кусачий морозец забрался под слишком легкую куртку, и даже начал проникать в ботинки. Лекс был одет достаточно тепло, но на прогулки на сорокоградусном морозе он не рассчитывал, так как собирался переехать в куда более теплые края.

Медленно повернувшись обратно к воротам, он в сердцах схватился за прутья и принялся трясти откатную, судя по строению, воротину. И почти сразу пожалел об этом, так как был без перчаток. И без того замерзшие руки и вовсе заледенели. Припомнив с два десятка разнообразных нецензурных слов, Лекс затолкал руки в карманы и старательно ссутулился, чтобы прикрыть уши воротником. Да-да. Он был и без шапки. Вообще-то шапка у него имелась, и даже шарф был, с перчатками ему под цвет, но где-то на дне одной из сумок, а рыться сейчас в поисках всего этого не хотелось. Вообще не хотелось доставать руки из карманов, или еще как-то шевелиться. Но надо было. Все же замерзнуть в движении куда сложнее, чем без.

Встряхнувшись, Лекс наигранно бодро вынул из внутреннего кармана телефон, убедился, что в этой параллельной реальности неведомо где затерянного городка на букву “Н” имеется хороший сотовый сигнал, и принялся сначала искать в телефоне приложение с картой, чтобы выяснить номер телефона этой гостиницы, чтобы позвонить туда, или же отыскать другую ближайшую гостиницу, и уже туда звонить, а потом и идти.

Затем он пытался вспомнить, как включить геолокацию, отключенную ранее, точнее уже накануне для экономии заряда при столь длительном путешествии поездом, которое предполагалось. Без нее он вряд ли смог бы найти, где находится - не обшаривать же всю местность вдоль железной дороги, до этого прикинув, сколько они могли проехать за прошедшее время. Еще бы сообразить, сколько прошло. Потом не особо охотно карта загружалась, но все же загружалась.

Городок и правда больше всего походил на висящую на гвозде кишку, а рядом располагалась еще одна кишка, изображающая реку. Синяя точка, указывающая на местоположение Лекса несколько раз перепрыгнула с одного места на другое, пока прогрузилось все, что нужно. И вот она, наконец, оказалась перед большим прямоугольником не особо прямоугольной формы. Прямоугольник поменьше более правильной формы был подписан как “Гостиница “Неведомая”. То же самое значилось и на вывеске, которую из-за кустов было сложно разглядеть.

– Ну, наконец-то, - буркнул Лекс, заледеневшими пальцами передвигая карту, пытаясь увеличить масштаб, чтобы суметь ткнуть на номер здания, надеясь тем самым вызвать справку с информацией по этой самой злосчастной гостинице, чтобы ее черт побрал.
– Не могли название для гостиницы получше придумать? Вот спросят у меня, где ты был, и что мне отвечать? Неведого где?

Лексу, благополучно позабывшему название городка меньше чем через минуту сложно было сопоставить названия города и гостиницы, а понять, что название “Неведомово” и “Неведомая” вполне дополняют друг друга. Да и не на ровном месте они возникли.

Глава 9. Лекс свернул не туда

Смартфон в голых замерзающих руках все больше леденел и даже казалось, что если он упадет, то не просто разобъется, но непременно вдребезги на тысячи крохотных осколков, которые разглетятся поветру.

– Что же так холодно-то?
– в сердцах, но не особо громко, восклицал Лекс.

Впрочем он, как коренной житель этого же самого региона, хотя может быть и уже не этого, а то мало ли куда его занесло, знал, что в предутренние часы только так и бывает. А на рассвете будет еще холоднее. Если он конечно до рассвета доживет.

Раза с третьего удалось ткнуть на нужный квадратик на карте так, чтобы справка активировалась. И она даже начала открываться и… экран, мигнув на прощание, погас. И Лекс даже не нашел слов, чтобы достойно выругаться. Вместо этого, благо голова-то у него была умная, он привычным движением скинул сумки наземь, присел рядом с ними, расстегнул одну из них и погрузился в безразмерные ее внутренности. Павербанк должен был быть где-то здесь. Нет ну то есть он там есть, но вот где именно, припомнить не удавалось.

Пару раз он натолкнулся на свою шапку и, чтобы она больше не мешалась, нацепил на голову, о чем в общем-то и не пожалел. Шарф знатно перепутался со штанами и проводами. Перчатка все время попадалась одна и та же - левая, и Лекс даже уверился, что они обе у него левые. Может и руки обе левые. Павербанк не попадался. неужели в другой сумке? Хотя почему нет. И Лекс с вдвое большим остеревенением принялся перетряхивать вторую сумку, но примерно с тем же результатом. Нашел только правую перчатку. Правда она была другого фасона, и цвет значительно отличался. Вскоре Лекс начал рычать, и чем дальше, тем громче, зато ему стало почти тепло, правда местами. Щеки к примеру горели. Хотя может это уже обморожение начиналось.

Когда ныне столь необходимый агрегат отыскался засунутым в тапочки, Лекс тотчас повеселел, а рычание перешло в негромкое и очень даже музыкальное мурлыканье себе под нос. Правда скоро оно перешло обратно в рычание, так как нужный проводок не отыскивался. Зато стало даже жарко, правда тоже местами. Проводок вскоре все же нашелся. В другой сумке в носках. И вот Лекс воткнул все куда надо, нажал на кнопочку запуска телефона и… ничего. Нажал еще, еще два раза. И еще. Едва сдержался, чтобы не зашвырнуть телефон в неприятного вида сугроб. Телефон у него был единственный, и деньги на новый тратить не хотелось - этот-то только сегодня, точнее уже вчера утром купил, такой, чтобы первое время с помощью него можно было записывать видео, чтобы потом выложить во все свои соцсети и на все свои каналы.

Вот и сейчас ему захотелось записать коротенький видос и выложить его, или даже включить стрим. И он даже сам для себя забормотал приветствия, с которых начинал любую запись. В процессе гипотетического общения с поклонниками Лекс пришел к одному интересному умозаключению:

– Представляете, - бормотал он немного истерично, - здесь, в этой дыре, в этом городе “Эн” нет ни единой души в… а сколько сейчас, кажется три часа утра. Ну подумаешь, три часа утра, но почему никого нет на улице? Городок как будто вымер. Ну подумаешь, зима и ночь. Так еще и дубак такой, что у меня даже телефон замерз и вырубился. Ай, блин!
– и он схватился за голову и точно выдрал бы пару клоков волос, если бы не был в шапке.

Последняя фраза была не для зрителей, даже если они лишь гипотетические в данный момент. Со зрителями он всегда общался культурно, а вот с одним придурком, которого частенько видел в зеркале, иногда позволял себе нецензурщину.

Пару минут спустя, немного даже вновь замерзнув, Лекс выпрямился и свежим взглядом оглядел не внушающие оптимизма окрестности. Было все так же темно и пусто, разве что в воздеху стал чувствоваться запах угольной котельной. Тяжело вздохнув, Лекс принялся складывать выложенные при поисках вещи в сумки, потом поднял их и даже умудрился повесить на одно плечо.