Одержимый брат моего парня
Шрифт:
Он вёл себя немного нервно, и как-то странно поглядывал на меня, и вскоре я поняла, в чем дело.
Он привёл меня к своему дому...
Свет в нем не горел, но он не повёл внутрь. Он взял за руку и потащил к пляжу.
Тело задрожало, ведь по его рассказам это случилось здесь, на этом месте.
Зачем он привёл меня сюда, я искренне не понимаю.
Он же не собирается испортить этот день...
Тимур развернул меня к себе и уже открыл рот, чтобы начать говорить, но замолчал.
По его лицу было видно, что ему сложно начать разговор. Он все никак не мог собраться.
Потянулся ко мне и обнял, уткнувшись лицом в шею.
Так и стояли. В этот момент слова были не важны, я понимала, что ему тяжело.
Тяжело было и мне. Чувства брали вверх. Слёзы скапливаются в уголках глаз.
— Полин. Я должен извиниться за тот случай и не только за видео, а больше за то, что произошло после... — начал тихо он, поднимая на меня взгляд, в котором я видела его раскаяние. — Я много думал об этом. Я самый настоящий козел, ты права.
— Ты... — хотела возразить, но он положил палец мне на губы, не давая продолжить.
— Нет, послушай. Я только лишь хочу, чтобы мы оставили все плохое здесь, на этом самом месте и начали все заново, понимаешь? Без груза всего этого дерьма. Прости, — говорил он слишком эмоционально, запинаясь через каждое слово. — Что ты... Что ты на это скажешь?
Я смотрела на него и видела, как ему непросто. Он был серьёзен, это не была шутка. В его глазах плескалось беспокойство, пока я молчала и обдумывала услышанное.
— Я прощаю тебя, Королев, — сказала тихо и первая потянулась к нему, обняв и уткнувшись, как и хотела, в его грудь. Вдохнула его запах, что вскружил голову.
— Точно-точно? Или до первой ссоры? — поднял он мою голову за подбородок. — Я люблю тебя.
Сердце на пару мгновений перестало биться. Он это сказал...
Сказал не стесняясь, смотря прямо в глаза. И в них нет лжи, в них только чувства, те, что скрывать больше невозможно.
Все же слёзы потекли по щекам, голова вновь закружилась, и я произнесла то, что уже давно чувствовала:
— Я тоже тебя люблю...
И именно в этот момент меня замутило даже сильнее, чем ночью, и стошнило всем, что я съела за столом.
— Воу, детка, настолько сильно, что тебя вырвало?!
Боже... как же стыдно!
Нужно же было случиться этому в такой интимный момент...
— Отойди, блин, Королев! — вытянула руку, оттолкнув его, чтобы не смотрел. — Ох...
— Малышка, ты вся мокрая... — встал сзади, поглаживал по спине и убирал волосы в сторону. А живот скрутило с новой силой. — Что, ещё раз?
Ещё и ещё раз. Пока желудок не стал полностью пустым.
Поднялась на дрожащих ногах, боясь поднять взгляд и увидеть в лице парня омерзение.
— Все, пошли отсюда, — опустила голову вниз и быстрым шагом пошла вперёд, — ты видишь, что это место делает со мной?
Только уйти далеко он мне не позволил, подхватил на руки и потащил сам.
Хотя, мне не настолько плохо, чтобы ездить на руках. Но было приятно.
Да и в его взгляде было одно лишь волнение.
Он прижимал к своему телу очень сильно, так, что было трудно дышать.
— Тимур, ты переигрываешь... — решила я подшутить над ним.
Он словил мой настрой и, подняв брови вверх, со смешком спросил:
— Мне скинуть тебя вниз?
Он ослабил руки, и я действительно чуть не упала.
Ухватилась за его шею мёртвой хваткой.
— Нет, не бросай меня, — жалобно проскулила ему в висок.
Королев уткнулся носом в макушку и очень тихо, почти неслышно, произнёс то, что я хотела услышать больше всего.
— Не брошу...
Эпилог
Полина Королёва.
— Твоя очередь, — хриплю я, шурша по постели рукой, ищу рядом с собой тело, что должно лежать и греть меня.
Разлепляю глаза, моргаю несколько раз и кидаю взгляд на настенные часы.
Четыре утра.
Тимура рядом нет. А наша трёхмесячная дочка срывает своё маленькое горлышко в детской.
Кое-как отрываюсь от тёплой кровати, завязываю халат и иду в сторону звука.
Время кормить.
Но не успеваю выйти из комнаты, как мне преграждает путь Королев с нашей крошкой на руках.
Уставший, с мешками под глазами, но с лёгкой улыбкой на губах от того, что почти успокоил ее.
Гордится собой, вижу по взгляду.
У него это получается быстрей, чем у меня, что немного обидно, но в данной ситуации мысленно благодарю небеса за его умения.
Верочка недовольно кряхтит и насупливает маленький носик, вытягивает и чмокает губками.
Перевожу взгляд на Тимура, и в груди начинает щемить, и это происходит все чаще изо дня в день, когда вижу их вдвоём.
В первое время было очень странно видеть их вместе.
Высокий, хмурый и грубый парень с младенцем на руках. Это не вязалось в голове.
Раньше представить его отцом я точно никак не могла, но сейчас с уверенностью могу сказать, что лучшего папы для нашей звездочки, что так сильно на него похожа, невозможно отыскать.
— Давай я, тебе завтра на учебу, — протягиваю руки, чтобы забрать ее, но парень обнимает малышку сильнее и качает головой.
— Я справлюсь, ложись, прошлую ночь ты не спала, — говорит уверенно, кивая в сторону кровати. — Давай, топай, я уложу ее рядом.