Чтение онлайн

– На кухне у вас более уютно, чем во всем доме.

– Это территория Зины, поэтому все здесь подстроено под нее. Даже ложка лежит там, где нужно именно ей. – Завариваю чай, столовую ложку коньяка в чашку, ложка меда, долька лимона. Беру в руки чашку, выбрал самую большую.

– Спасибо, – смущенно улыбается, делает маленький глоток, а я смотрю на ее губы, влажные от чая. Мне бы тоже выпить чайку, только с успокоительным.

– Мм-м, очень вкусно, хорошо, что у меня нет аллергии на лимон и мед. – А, блин, черт побери, забыл о ее аллергенной реакции на мандарины. – Вкус напоминает детство.

– Детство? – Все же делаю и себе просто чай и присаживаюсь напротив девушки.

– Мама меня тоже лечила медом и лимоном, еще ноги парила в горчице и натирала спину мазью. – Сразу же представляю, как мои руки скользят по ее спине, оглаживая лопатки, пересчитывая все позвонки.

– Я могу спросить у Зины по поводу горчицы и мази, уверен, что у нее такое добро есть.

– Что вы, – смеется, от ее смеха у меня в груди без коньяка растекается тепло, я хмелею, – я просто сказала. Думаю, все обойдется.

– Будем надеяться. – Глоток, ловлю взгляд синих глаз, понимаю, что смотрит на мои губы. Забавно краснеет, торопливо прячет свое лицо за чашкой.

– Вы планируете накрывать праздничный стол?

– Да, я попросил Зину поставить и для вас тарелку, в очередной раз послушаем, что год был трудный, но сильные духом никогда не сдаются.

– Вы не верите нашему президенту?

– Я давно кручусь в этих сферах, ни одному политику не верю на слово. Красиво говорить я сам умею, а вот довести слово до дела – могут единицы.

– Вы рассуждаете, как мой папа.

– Рад, что у нас с ним в данном вопросе совпадают взгляды. – Было время, когда Щербаков считал ниже своего достоинства со мной просто разговаривать. Хотя так себя вели очень многие. Многие теперь фальшиво изображают сегодняшнюю дружбу, Щербаков и еще парочка его друзей остались себе верны – я для них по сей день второй сорт. Элита…

– Адам Сулимович, стол накрыт. – Зина появляется откуда-то сбоку, я киваю.

– Прошу за стол. – Подаю руку Диане, она доверчиво вкладывает свою ладошку, легонько сжимаю, дожидаясь, когда слезет со стула. Пальчики ее теплые, кожа уже розовая, губы тоже радуют припухлостью и влажностью. Сглатываю, подавив желание прильнуть в дерзком поцелуе, засунуть ей в рот свой язык и испробовать ее на вкус. Ночка обещает мне персональный ад.

Садимся за стол так же, как сидели несколько часов назад. Открываю бутылку шампанского. Обычно пью более крепкие напитки, но Зина решила, что, раз у нас гостья, игристому напитку быть на столе. Наполняю бокалы, подаю Диане.

– Пусть в этом году остается все самое плохое, грустное, а светлое, радостное прихватим с собой в новый год, – детский лепет, но позволяю себе улыбнуться и чокнуться. Диана уже пьяна, глаза блестят, на губах постоянная улыбка. В тишине утоляем первый голод, включаю телевизор аккурат к началу речи нашего главы государства. Вновь наполняю бокалы шампанским, не слушаю заученную речь, смотрю на девушку. Трахнемся мы или нет?

– Загадывайте желание! – призывает Диана, как только начинают отбивать куранты. Не верю в эту ерунду, но поддаюсь ее оживлению. «365 раз трахнуться с этой малышкой», – проносится в моей голове озабоченная мысль с расчетом на то, что желание исполнится уже этой ночью.

– С Новым годом, Адам, – слышу тихий голос Дианы сквозь гимн.

– С Новым годом, Диана. – Что ты загадала, моя голубоглазая?

Адам

Задумчиво смотрю на смущенную Диану, гадая, какие мысли бродят в ее маленькой голове. Вот мои мысли ей знать не стоит, ничего приличного нет, сплошная порнография с ее участием. И идея оставить малышку у себя дома мне уже не нравится, слишком большое искушение воспользоваться моментом. Ее уже от трех бокалов развезло хорошо, улыбается, краснеет, когда встречаемся глазами, тут же опускает голову. Для меня шампанское как лимонад: голова ясная, четко понимаю, что еще бокал игристого, немного очарования – и буду трогать девочку где захочу и как захочу. Останавливало но – я не любитель секса по пьяни, тем более с ней.

– Что-то душно у вас, – обмахивает лицо салфеткой. Иронично приподнимаю брови. Душно? Да у меня по всему дому одна температура, влажность.

– Мне кажется, что поздний ужин пора завершать, – тянется к бокалу, – и пить тоже достаточно, – выразительно смотрю на девушку. Она отдергивает руку, я встаю. Послушная малышка. Эта мысль мне приятна. Я люблю, когда меня слушаются и исполняют мои просьбы-приказы. Диана минуту сидит на стуле, не понимает, что ей делать, терпеливо жду, когда до пьяного сознания дойдет, что пора встать и последовать за мной.

– А вы мне дом покажете? – Глупый смешок, я устремляю на девушку тяжелый взгляд, но ей хоть бы хны, не реагирует. – Грех не воспользоваться возможностью и не пройтись по дому, куда посторонним вход воспрещен. Но мне позволено? – Делает несколько шагов в мою сторону и замирает передо мной, приоткрыв губы. Я смотрю на них, борясь с желанием их смять, вгрызться в нее.

– В каждом правиле есть исключения. – Голос слишком низкий, и проскальзывают интимные нотки, как песчинки сквозь пальцы, хотел бы их удержать, но никак. Синие глаза вспыхивают, становятся более насыщенного цвета, и я подобно мотыльку, летящему на огонь, тянусь к ней. Останавливаюсь на расстоянии вытянутой руки, смотрю сначала ей в глаза, потом на стол. Делаю вдох и, медленно выдыхая, отхожу назад. Нет, не так я себе представлял наш первый раз. И не заслуживает она такого потребительского отношения. Диана достойна лежать на широкой кровати в шелках, изнывать от желания, хотеть меня до судорог в теле.

– Могу провести экскурсию перед сном, правда, ничего интересного у меня нет. – Отворачиваюсь от девушки, мурашками покрываясь от ее взгляда в спину. Черт побери, реагирую, как пацан, готовый спустить все в штаны от одного взгляда и вздоха, а ведь были у меня в жизни более искушенные женщины, которые знали, как довести мужика до исступления, и умело пользовались этими знаниями. Диана ни хрена не знает, какую власть имеет надо мной. Будь она опытнее, сумела бы разглядеть мою одержимость сквозь холодное равнодушие, ибо нет-нет да сам же выдаю себя с головой.