Один континент

Раньше нас было очень много.

Люди жили на последних трех этажах, все комнаты и квартиры которых были забиты под

завязку. Одно время мы даже переживали за то, где будем устраивать новых выживших, но

больше всего людей волновало другое: что мы будем есть? Едаков ведь прибавилось.

Но в этом никто открыто не признавался.

Вода и еда быстро заканчивались. Тогда мы еще не умели добывать себе пищу, обшаривая полки

магазинов. Мы привыкли приобретать, ждать, когда нам пробьют чеки и отдадут покупки,

вручив пакеты прямо в руки, пожелав при этом удачного дня.

Мы ждали помощи и отчаянно верили в то, что нас спасут. Мы ждали президента, военных,

армию спасения, Господа Бога и даже русских. О нас не вспомнили ни через неделю, ни через

месяц, два или три.

Прошло уже полгода, как мы предоставлены сами себе. Нас никто не спасет. Прежнего мира,

увы, больше не существует!

Я бросила полупустой рюкзак в угол лестничной площадки, наклонила голову, потянувшись ухом

сначала к одному, а потом к другому плечу.

Я не сижу в офисе, я постоянно на ногах, в движении. Но мышцы шеи и затылка все равно

трещат, как будто они и не заняты у меня никогда.

Я посмотрела на красное пятно рюкзака. Он так мне надоел за весь этот день! Этот горб, это

полупустое напоминание, молчаливое предупреждение о том, что произойдет этим вечером.

Видавший куда лучшие времена рюкзак громко приземлился на пол, загремел шахматными

фигурами в сложенной деревянной доске, разнообразными батарейками, неслышно прошуршал

батончиками с химическим вкусом сахара и яблока, порционным пакетом каши быстрого

приготовления и несколькими пакетиками быстрорастворимого кофе, без сливок и без сахара.

Все остальное было безделицей, которой я набила сумку лишь бы только не возвращаться

полупустой.

Не густо. Но это мой ужин на сегодня.

Я посмотрела на рюкзак, а потом на дверь, прислушиваясь к тому что творится за ней. Вроде

тихо. Неужели я первая? Неужели мне удастся избежать нотаций и укоризненных взглядов?

Радость была недолгой.

Мной тотчас же овладело беспокойство. Я посмотрела на часы, затем на солнце. Я вновь

выглянула в окно, в надежде увидеть кого-нибудь из своих и тут же пожалела об этом.

– Черт!

Это был Джейк. Уж лучше бы это была Анна или Билли. Мужчина привычно поморщился, замер, но

взгляда не отвел, уставившись на меня.

Я, встретившись с его глазами, тоже замерла. Они у него интересные, такие необычные,

никогда не видела такой красивой и четкой радужки. Словно несколько снежинок друг на

дружку наложили, перед этим уронив их в голубое озеро.

– Я бы хотел попасть домой, - процедил он сквозь зубы, - если ты не возражаешь.

Я выругалась про себя, проклиная собственную медлительность. Что на меня нашло? Отчего я

вдруг засмотрелась на него? Я отпрянула, оттолкнулась от оконной рамы и поспешила уйти в

сторону, ощущая легкий приступ паники.

– Алекс! Ты...

Донеслось мне вслед. Входная дверь за мной закрылась, чтобы он не сказал мне после, этого

я уже не услышу.

Надо поторопиться.

Я уже дошла до кухни и бросила рюкзак на стул. Мне бы тут же ринуться разгружать его, по-

быстрому разбросать все по ящикам и шкафчика, уйти к себе в комнату, но нет!

– Я безнадежна!
– проговорила я себе под нос.

Я вернулась в коридор, быстро сбрасывая с ног кроссовки. Я не могу перебороть себя в этом.

Меня уже никто не будет ругать за грязную обувь, песок и следы на дорогих коврах, но тем

не менее я не в силах избавиться от этой привычки. Так и жду, что в спину врежется гневный

окрик мамы: “Алекс! Разувайся!”

– Рад, что ты наконец поняла это.

Джейк открыл дверь, останавливаясь рядом со мной. Теперь моя очередь замирать и морщиться

от досады, что я и сделала, но быстро взяла себя в руки.

– О! Ты рад, в кои-то веки!

Я выпрямилась, повернувшись к нему, заставила себя улыбнуться. Джейк перевел взгляд на мои

губы, задержавшись на них ненадолго, в следующее мгновение он смотрел на мою обувную

полку, куда я только что сунула свои кроссовки. Я не стала смотреть, что он будет делать

дальше, пошла на кухню, стараясь при этом не спешить.

– Сегодня наверняка произойдет что-то из ряда вон выходящее!

– Тебе виднее, - ударилось мне в затылок.

Зря старалась. Он шел следом за мной.

“Мне бы минуту! Всего лишь минуту вдали от него!”

Я так надеялась на то, что он пойдет к себе или быть может уйдет на крышу, где он так

любит околачиваться по вечерам.

Напрасно.

Я выгрузила на стол содержимое рюкзака, стараясь не смотреть в его сторону. Уверена, что

не увижу там ничего нового.

– Скоро зима.

– По моим наблюдениям осень, - проговорила я старательно ровным голосом.

Я раскрыла второе отделение, точно помню что бросала туда биодобавки и несколько маленьких

баночек с искусственными джемами. И еще кое-что. Я точно помню, что загрузила их в этот

отдел, перед этим освободив от картонных упаковок и никому не нужных инструкций.

– Нам нужно топливо.

Джейк раскрыл доску, высыпая находящиеся в ней фигуры на стол. Несколько из них упало на