Чтение онлайн

После этой командировки мы с Виктором виделись лишь пару раз. В один из таких он и рассказал мне о ней, а я лишь умудрился записать все, что запомнил.

Примерно через полгода, я узнал о том, что Виктор уволился и уехал куда-то в Польшу. Мы общались еще несколько месяцев. Знаете, мы писали такие еще бумажные письма, на которые клеили глупые марки, вам не понять.

Специально не буду раскрывать нашу с ним переписку, чтобы каждый сам решил, чем Виктор занимается теперь. Скажу лишь одно, на момент последнего письма, он был, как минимум, счастлив. Поэтому вполне логично считать это счастливым финалом, если не считать то, что Виктор находится в розыске за якобы пропаганду и шпионаж, в Стране в которой он родился и на которую работал…

А я. Я сижу на кухне, жду пока приготовится моя яичница с беконом и думаю о всяких пустяках, которые происходили со мной в течении жизни. Каждый из них вспоминается с улыбкой иронии. Странное все-таки человек создание – сначала страдает, а потом как все закончится, так вспоминает с улыбкой.

Меня зовут Карл, и я тоже вспоминаю об испытаниях, которые закончились, с улыбкой.

Был у меня в семидесятых еще один знакомый журналист. Совсем не помню, как его звали, так как мы общались исключительно по переписке. В свое время он навел не мало шороху в своей сфере. Писал исключительно скандально и дерзко, мог вывести любого читающего его редактора из себя завуалированными фразами, которые сводили с ума всех читателей.

Правда с ума сходили не только его читатели. У него начались проблемы в личной жизни, которые впоследствии перерастали все в более крупные и крупные.

Знаете, как гигантский снежный ком на великой снежной горе.

Казалось бы, вот ты. Вот твои лыжи, вот твой спуск, а дальше как хочешь. Либо научишься и привыкнешь к крутым перепадам, резким спускам и различным ухабам, либо сползешь с горы как все, на жопе или кубарем. И так и не научишься в полной мере набирать скорость и качественно тормозить.

Видимо мой знакомый научился быстро набирать скорость, но вот тормозить он так и не научился. Парень попросту влюбился. Насколько я знаю он был счастлив, как щеночек из приюта.

Как меня зовут вы, наверное, уже помните, мой знакомый журналист однажды подарил мне небольшой рассказ из своей жизни.

Странно осознавать, но я вдруг вспомнил его имя – Майкл.

Вчера, пытаясь уснуть, я много думал о том, как прекрасна ночь.

Я лениво накинул на себя куртку, взял ключи от автомобиля и вышел из дома.

Открыв дверь своего «Кадиллака» и запустив двигатель, мне показалось, что я нарушаю незримый покой этих мест.

Желтый свет ночных фонарей освещал парковку, а мой конь медленно двигался между рядами спящих авто. Стрелка на спидометре показывает на отметку 25 миль в час. По тротуарам идут компании зевак, которые только что вышли из клубов и ресторанов. На душе стало как-то тепло, и я прибавил громкости на магнитоле. Из колонок полились звуки старого американского джаза, а на лице появилась дурацкая улыбка.

Я остановился на светофоре. Диктор по радио объявил, что половина ночи еще впереди. Зеленый свет включился как-то неспеша, а мой старый друг лениво покатил меня в место назначения.

Медленно подъезжая к забегаловке, которую я выбрал для своего позднего ужина, мой взгляд упал на окно, в котором за прилавком сладко спал молодой бедолага-кассир. Скорее всего он студент, они часто подрабатывают в таких местах по ночам.

«Кадиллак» остался на парковке, а я вошёл во внутрь. Так прекрасно, когда ты можешь занять абсолютно любой столик и залезть на любую полку своего подсознания. Но мой выбор пал на тот, который стоял прямо у окна.

Получив свои кофе и гамбургер, я начал наблюдать за все ещё сонным, но делающим попытки проснуться городом. В этот момент меня начали посещать разные мысли: о работе, отношениях, кино, музыке, и черт, даже о моде.

Почему-то именно сегодня каждая из этих мыслей требовала от меня глубоких размышлений, но я совершенно не хотел эти заниматься. Не сейчас. Сейчас я хотел просто наблюдать.

Я перекусил, выпил кофе, помечтал, вернулся в Кади и запустил двигатель. Из динамиков уже играло что-то популярное, меня это устраивает, но громче делать не буду.

По возвращении домой моя спальня уже заливалась лучами выкатывающегося из-за горизонта солнца. Я лёг обратно в постель, накрылся одеялом и начал медленно погружаться в сон. Давно не было таких прекрасных ночей наедине с собой. Я наконец-то смог расслабиться и в очередной раз обдумать свою жизнь.

На следующее утро продрав глаза раньше сигнала будильника, я решил еще немного полежать. Но минут через десять понял, что не смогу больше мять одеяло без дела. Сегодня я даже решил приготовить себе нормальный завтрак. Сам.

Лениво оторвав своё тело от кровати, я медленно побрел на кухню. Я подошел к окну и минут тридцать смотрел на жизнь давно проснувшегося города.

Приятное солнце уже пару часов купало в своих лучах, спешащих на ланч горожан. Газетчики все так же приставали к бегущим офисным работникам со свежими выпусками газет, а те в свою очередь, холодно и быстро пролетали мимо. Я вставал и передвигался по квартире настолько медленно, что пока собрался с мыслями на часах, стрелки остановились в районе трех часов.

Пока яичница с беконом ароматно плавилась на сковородке я успел раскидать гору макулатуры на свежие газетёнки и важные бумаги, и даже, набросать примерный график работы на сегодня.

Плотно позавтракав, мое сонное тело поплелась в ванную, чтобы хоть немного освежиться. После ванных процедур я уселся за своё «рабочее место», если его можно таковым считать. Первым делом я решил протереть пыль с печатной машинки, усердно работаю, не так ли? Денек обещал быть нетрудным – всего 2 мелкие статьи для местной газеты, за которые платят 50 баксов за штуку.