Однажды
Шрифт:
– Ну а вас-то можно?
Мих:
– Меня точно можно. Я ласковый, и очень нуждаюсь в утешении и поддержке.
Я правильно понимаю намеки и иду его обнимать. Он прижимает меня к себе как-то не совсем по-дружески и даже успевает проникновенно подышать в ушко.
– Миииих!
Мое шутливое отбрыкивание игнорируется. Более того, я чувствую, как попу обхватывают двумя ладонями и слегка сжимают.
– Мих, ты чего?
– теперь я была серьезна, перестав отбиваться и пытливо заглядывая ему в глаза.
Он сразу отпускает меня и падает в кресло. На его лице широкая радостная улыбка, признаки возбуждения или смущения не обнаружены.
– Это что было?
– я не сержусь, но все же хочется расставить все точки над и.
– Объятия. Дружеские.
– Не, Мих. Не вариант. И ты это знаешь.
– Знаю, - спокойно соглашается он.
– Но надо же было попытаться. Попа у тебя классная, понимаешь? Когда еще случится подержаться.
И он снова улыбается. Потом резко подскакивает:
– Ты это... не обиделась?
Мне нужно было подумать. С одной стороны, мне хотелось дружить с этим парнем. Не заморачиваться на правилах приличия, обниматься при встрече, обсуждать интересующие меня тонкости мужской психологии, может, и флиртовать иногда. Но это если я буду точно знать, что он тоже не всерьез. Ранить его чувства, дав надежду, я точно не хочу. Поэтому мне нужно, чтобы он совершенно однозначно понимал все мои действия.
– Нет, не обиделась. Ты мне нравишься, но любовных отношений с тобой я не хочу. Если тебя устроят дружеские - буду рада. Если нет - остановимся на деловых. На будущее: обнимать - да, трогать попу или грудь - нет. Целовать в щеку - да, в губы - нет. Зато обсуждать можем ну совсем любые темы.
Коллина медленно хлопает в ладоши.
– Так его, Ась. А то обнаглел совсем, краев не видит. Захотелось ему!
А Мих, как ни странно, выглядит очень довольным:
– Ася, я тебя уже обожаю. Готов дружить и не покушаться на святое. Если не передумаешь. Но вообще, поцеловаться хочется. Интересно же, как это в другом мире делают...
Он хитренько смотрит на меня. Блин! Мне тут же становится интересно, как это делают здесь. Я не могу оставаться серьезной.
– Ты совершенно нахал. Иди сюда, будешь моим учебным пособием.
– Для тебя - все что хочешь!
– он быстренько снова меня обнимает, уже гораздо приличнее, мягко держа ладони на талии.
Я поднимаю к нему лицо и смотрю на губы. А симпатичные. Четко очерченные, без всякой небритости вокруг. Правда, мне нравятся более пухлые, но тоже ничего. Он деликатно прикасается ко мне губами. Ждет. Ладно.
Осторожно провожу своими сухими губами по его, влево-вправо. Слегка прихватываю его верхнюю губу и сразу отпускаю. Он прижимается ртом чуть сильнее, но все еще ничего не делает. Кончиком языка касаюсь середины нижней губы, затем медленно и сильно провожу языком по верхней. Втягиваю нижнюю себе в рот и слегка посасываю, глажу языком. Не, без ответа не интересно. Отстраняюсь, заглядывая ему в глаза - они возбужденно блестят, но в целом Мих выглядит спокойным.
– Круто, мне понравилось. Моя очередь?
Снова подставляю губы. Он мягко и ласково втягивает их себе в рот, посасывая, покусывая, зализывая. Но ко мне в рот язык не отправляет, мой к себе не приглашает. Любопытные отличия. Мне слегка приятно, но и только. Бывший муж целовался лучше. Останавливаю процесс - он ждет моей реакции. Я отчетливо понимаю, что страсти между нами нет и уже никогда не будет.
– Неплохо, - говорю.
– Но у меня возник вопрос по технике.
Мих обескуражен, Коллина хохочет.
– Ася, ты неподражаема. После поцелуя этого донжуана ты не падаешь к его ногам, а имеешь к нему вопросы по технике. Это гениально!
Мих совсем немного смущен, но тоже улыбается вовсю.
– Спрашивай, что уж.
– У вас не принято во время поцелуя засовывать язык друг другу в рот?
– Обычно так не делают, потому что не всем это нравится. Это... очень интимно, понимаешь? Я разрешил себе чуть больше с тобой, потому что ты сама использовала язык. Иначе я бы целовал более сдержанно. А глубокий поцелуй - это уже почти секс.
Его взгляд опять становится хитреньким, вижу, как он изо всех сил давит улыбку:
– Ася, ты знаешь, что такое секс? Могу показать.
Аж втягивает щеки, чтобы не заржать. Радость ты моя, оптимистичная.
– Спасибо, пока обойдусь. Я думаю, после всего, что между нами было, мы просто обязаны выпить. Давай, хвастайся, что притащил.
Мне показали несколько бутылок вина, названия, конечно же, ни о чем не говорили. Характеристики 'это сладкое, это яблочное, это терпкое, это крепкое, это вообще отличное, мое любимое' были полезны, но определиться не помогли.
– Выберите для себя, а я чуть-чуть попробую.
Мы устраиваемся в гостиной и разговариваем обо все на свете. Блиц-опрос проясняет, что физиология у нас одинаковая, отношения у людей примерно такие же: любят, ссорятся, мстят, мечтают, ленятся, воруют, спасают, дружат. Браки у старейших аристократических родов договорные, социальное неравенство партнеров сильно не приветствуется. Зато у людей это союз между одной женщиной и одним мужчиной, а вот у других рас есть варианты. К однополой связи относятся спокойно - такие отношения не принято афишировать, но за закрытыми дверями каждый может делать то, что хочет. Среди аристократов достаточно распространено иметь и жену, и любовницу. Для женщин требуется любовника тщательно скрывать, но его наличие подразумевается. Важным для меня моментом стал факт, что подарок нельзя не принять - это серьезное оскорбление, понимается как 'знать тебя не желаю'. То есть, если клиенты принесут мне в подарок борзого щенка или ядовитую змею - я должна буду оставить их себе. Правда, дарить ненужные вещи не принято.
И все, буквально все пронизывает магия.
Я делюсь своей идеей про игровой клуб. Мих тут же предлагает устроить завтра тестовую игру - он позовет друзей и сразу будет видно, заинтересует ли их такой формат.
– Коль, ты как?
Она выглядит огорченной:
– У моей мамы завтра день рождения. Я не смогу поиграть, хотя очень хочу. А вот послезавтра приду к тебе за два часа до приема помочь со сборами, ты не против?
– Конечно, спасибо. Мих, твои друзья любят думать?
– Да.