Чтение онлайн

– Ничего-ничего! – испуганно воскликнула в ответ Маргарита Сергеевна. – Я тоже все понимаю! Осматривали, да. И я там каждый клочок земли осмотрела… Никаких следов!

– А… а внутри склепа – смотрели?

– Да. Пусто. Открыли двери – пусто… Пустой такой павильончик!

– Спасибо.

Вероника нажала на кнопку отбоя. Клима могли закопать в чьей-нибудь могиле.

Не перекапывать же целое кладбище?!

– Черт… – с досадой пробормотала Вероника. Цокая каблучками, она снова обошла склеп, а затем по утоптанной земле добежала до центральной аллеи.

«Надо еще раз поговорить с Максимычем… Только бы он выздоровел! Тогда к нему в скором времени должна вернуться память!»

Вероника вышла на улицу, поймала такси. Возвращаться домой не хотелось – сердце билось словно сумасшедшее, в голове кружился вихрь из мыслей и догадок… Надо успокоиться.

– Здесь остановите!

Вероника заскочила в торговый центр. Наличных – кот наплакал, но здесь принимают карточки… С ходу принялась мерить костюмы.

Шопингтерапия – великая вещь. Успокаивает.

Вероника обожала костюмы. Особенно строгие, английские. Прямые широкие брюки или юбки до колен. Пиджаки классического покроя… Может, в этот раз купить юбку и жилет? В академии дресс-кода не существовало, все сотрудники ходили в белых халатах, а что под ними – юбка или джинсы, – никого не интересовало. Но у Вероники был свой личный дресс-код.

Когда Вероника перебирала вешалки с костюмами, с плеча соскользнула сумочка, шмякнулась на пол – на свет божий выглянул угол старой тетради.

Тетради, в которой Клим нарисовал ее портрет. Романтичное, неземное создание – с открытой шеей, в рюшечках-кружевах…

Что хорошо в семнадцать лет, в тридцать семь уже глупо надевать… Или нет? Вероника подошла к другим вешалкам, с платьями.

– Девушка! Вот это, это, это… Сорок четвертый размер. В примерочную. И вот это еще!

– Да, конечно. Тоже сорок четвертого?

– Да.

Из всех платьев Веронике понравилось только одно – черное, длинное, до полу, руки открыты, оригинальное декольте – отделано кружевами, но так… ненавязчиво. Готика. Стилизация под декаданс. Романтика, но не приторная…

«Это платье понравилось бы Климу!» – подумала Вероника, поворачиваясь перед зеркалом.

– Как?

– Если сюда еще яркие аксессуары, будет просто чудесно! – пролепетала продавщица. – А так немного мрачновато…

Вероника вдруг вспомнила гранатовые украшения Жени Мещерской. Такие, наверное, подошли бы к этому платью. Гранатовый браслет на тонкое запястье, гранатовые серьги… Косу расплести – она слишком простит, не под этот наряд, волосы забрать наверх. В пучок. Открыть шею. Нет, никакого пучка… Ленту! Нежную, шелковую… Вот это будет образ! Клим был бы в восторге.

Вероника наряжалась для Клима. Она хотела ему понравиться. То, что Клима Иноземцева уже не существовало на белом свете, почему-то очень мало волновало Веронику.

Вероника купила платье. Купила ленту. Купила цацек из граната – конечно, с авторскими работами, что были на Женьке, не сравнить, но… Туфли. Пусть будут шпильки. На шпильках Вероника никогда не ходила, но одну-то пару туфелек со шпильками уж можно купить!

Дома Вероника оказалась в девятом часу.

Тараса еще не было.

Вероника переоделась в черное платье (такое готическое и декадентское!), встала на шпильки. Убрала волосы. Браслет ей показался грубоватым. Не то… Может, действительно обратиться к Женькиному умельцу? Хорошо, что визитку с его адресом не выбросила…

Бледное строгое лицо. Вероника подвела глаза, накрасила ресницы. Губы – темно-вишневой, почти черной помадой. Ой, а где-то был черный лак… Специально купила – красила ногти на прошлый Хэллоуин, должен остаться пузырек… А, вот он. Вероника быстро накрасила ногти, встала перед зеркалом. Самой стало страшно – невеста Черного Канцлера, да и только… Красное и черное, черное и красное. Кровь и могильная земля… Кровь Клима пролилась на могилу Черного Канцлера. Но она все равно найдет Клима, все равно.

Брызнула на ключицы духами – тяжелыми, удушливыми – тоже бесполезная, на один раз, покупка. Зимний запах, резкий – не для лета.

Приход Тараса застал ее врасплох. Хлопнула входная дверь.

– Никуся, ты дома?.. Ау!

«В хорошем настроении», – машинально заметила Вероника. В следующее мгновение в комнату вошел Тарас.

И остолбенел.

Пауза длилась не меньше минуты.

– Ни-ка?!

– Тарас… – пробормотала Вероника, чувствуя страшное смущение. – Я… Очень плохо, да?

Тарас сглотнул. Потом обошел Веронику вокруг.

– Тебе идет… очень оригинально. Полная смена имиджа!

– Правда?

– Ты знаешь… а мне нравится! – Он засмеялся. – Господи, Ника…

– Я вот платьишко на лето купила… А то как-то надоели эти костюмы…

Муж взял ее за обнаженные предплечья, повернул к себе. Потом резко прижал к себе, поцеловал.

– Ты меня с ума сведешь… Ох, Ника! Ника, Ника, Ника… – уткнулся носом в ее шею, шумно вдохнул. И едва слышно застонал. – О-о-о… Что это за духи?..

Он вел себя как юноша. Неловкий, нервный, горячий. Жадный. Не грубый, но… На грани.

Вероника привыкла к другому Тарасу – методичному и основательному. Предсказуемому. Она потому и не ревновала его никогда. Он пропадал целыми днями, а потом возвращался и – припадал к ней. Так было всегда. Вечный огонь. Не костер, не тлеющие искры, а ровное пламя. Его желание было величиной постоянной и неизменной.

В этот же раз Тарас буквально пылал и горел.

А вот Вероника как женщина огненным темпераментом никогда не отличалась. Она не была холодна, но… Иногда она уставала. И хотела только одного – спать. (Анекдот: «Приходит муж поздно вечером домой. На столе записка. „Дорогой, хочешь есть – ужин в холодильнике. Хочешь заняться сексом – не буди“…» – практически про нее…)