Чтение онлайн

— Ты же хорошо своим официантам платишь, и чаевые у вас о-го-го… опуская глаза, проговорила Карина.

— Ты хочешь работать? — снова спросила Марина. — Только честно говори, денег не хватает? А я на что? Ты только скажи.

Валера запрещал брать у Марины деньги, но она все равно старалась сунуть их сестре — на подарки ей и Олежке. Да и Карине хотелось, чтобы деньги для своей семьи они с мужем зарабатывали сами. Об этом она и попыталась поведать Марине.

— Если места нет, ты так и скажи, я куда-нибудь еще…

— Да найду я тебе место, если это и правда очень надо! — видя, что сестра говорит серьезно, сказала Марина. — Только, может, что получше можно придумать.

— Что «получше»? Марин, мне нравится работать официанткой, а кем повыше, тем же метрдотелем, я не смогу ни за что. Да и не хочу.

Марина хлопнула ладонью по столу.

— Трудно же это. Ты ж видела, что у меня официантами в основном ребята работают. Подносы такие тяжелые, блюда же в «Генерале Топтыгине» все основательные, и заказов много. Забыла, как выматываешься под конец смены?

— Не забыла, — уверенно заявила Карина. — Да и я теперь сильная стала, не то что раньше. Подумаешь, подносы тяжелые. Я же, Марина, взрослая женщина, я ребенка родила.

— Ну и нужно тебе, «взрослой женщине», на подхвате бегать?

— Но если я сама хочу? — Карина уже явно настаивала. — Если можешь, Марин, я тебя прошу, возьми… Скучно мне.

— О, вот весело-то тебе станет, когда пахать, как конь, начнешь. У меня же порядки суровые. Не забалуешься.

— Вот и хорошо. Работать хочу, уставать, с людьми общаться, чего я все дома сижу? — с необычным жаром говорила Карина. — Да и Олежка пусть в сад ходит. У нас тут в микрорайоне знаешь какой сад хороший есть. С разными там методиками развивающими. Что Олег у нас все с мамками-няньками, достали мы уже его. Пусть с ребятишками общается, ему уже надо. Да, мы с Валерой обговорили все, он очень даже не против, чтобы я работала. Веришь?

— Да верю. — Марина, кажется, сдалась.

Признаться, она даже ждала, что Карина когда-нибудь захочет выползти из своего гнезда. Но чтоб к ней в ресторан — это было несколько неожиданно для Марины. Но раз хочет — пусть, конечно. И даже хорошо, при ней сестра будет, никто её не обидит.

— Ну давай, раз такое дело, конечно, оформлю тебя. К Олегу в смену. Помнишь нашего Олежека?

— Помню, конечно! — Карина необыкновенно обрадовалась, словно сестра дворец ей подарила. — Я буду хорошо работать, ты ж меня знаешь!

— Знаю… — засмеялась Марина.

И хоть очень не любила говорить раньше времени о том, что ещё не случилось, все-таки не удержалась и сказала:

— Каринка, знаешь что? Я собираюсь ещё один ресторан открыть. Специально для тебя.

— В каком смысле для меня? — не поняла Карина.

— В прямом смысле. На тебя его оформлю, ты будешь владельцем. Сделаем его таким, как ты захочешь. Это уже почти совсем реально, честное слово. Вот чуть-чуть ещё — и все. — Марина прижала кулак к губам. — Да, чуть-чуть, и уже строительство начнется. Вернее, переоборудование. Такое помещение нашла — закачаешься! И все там будет наше! А ты говоришь — официанткой…

— Мариночка, не загадывай ничего такого, я тебя прошу! — сообразив, что Марина не шутит, а вновь строит наполеоновские планы, с испугом заговорила Карина.

— Я абсолютно серьезно. Надо в жизни осваиваться.

— Ой…

Видя, что сестра только расстраивается, Марина прекратила разговор на эту тему.

И уже через неделю Карина, к большому удивлению Валериного семейства, вышла на работу в ресторан. Попала в объятия повара Димы, Валентины Павловны, Наташи Ореховой и бармена Павлика, которого Марина тоже отыскала и устроила к себе. Бармен он был великолепный, настоящее украшение «Генерала Топтыгина» и радость его посетителей.

— Ну, теперь ты у меня самый главный шпион, ты знаешь все, что происходит в моем тылу, — в шутку, но достаточно серьезно говорила ей Марина, — так что смотри там, мне очень интересно, как все мое хозяйство с вашей стороны видится. Мне только правда нужна. Вот ты посмотри и оцени, насколько совершенна система, которую я тут придумала.

Ну что было говорить? Не пропускать заказы через кассу было практически невозможно, все заносилось в компьютер, обсчитывать по той же причине тоже сложно, свой товар приносить и впаривать было некогда, начальники не дремали, а чаевые выходили за день очень неплохие. Все это весьма устраивало Карину, так что, ей казалось, Маринина система действительно была совершенной. А что там другие делают, наверняка ведь хитрят же, конечно, — Карина не видела. Посетителей всегда было хоть пруд пруди, и приборов сервировки такое множество, что справиться со всем этим хозяйством действительно было очень тяжело.

При всей разнице во внешности, которую можно было заметить сейчас в сестрах-близнецах, некоторые посетители из Марининых знакомых все-таки принимали Карину за сестру.

— Ой, Марина, неужели тебя разжаловали? — удивился как-то, присмотревшись к Карине, один посетитель. — Да за что ж тебя в официантки-то? Это ты себе школу выживания устроила? Наказываешь, что ли, сама себя или проверяешь, как стонут работники под твоим руководством?

Карина по привычке отшутилась, но вскоре Марина сама вышла к нему это оказался какой-то её важный партнер, и дяденька, сообразив что к чему, бросился обнимать сестер.

— Ну ты даешь, Марина! — качал он своей разудалой головой. — Умеешь ты меня удивить и порадовать! Как ни придешь, все у тебя сюрпризы! Умеешь жить, черт побери!

— Да что ж тут уметь? — улыбнулась Марина. — Это не я, это природа так распорядилась.

— Ну, спасибо и вам с сестрой, и природе! — согласился он, и Карина оставила их с Мариной за столиком, а сама убежала исполнять свои официантские обязанности.

Николай сам свалился Марине на голову. Совершенно неожиданно он появился вместе с Русланом, который приехал в ресторан с вопросом о новых поставках.

…В кабинете Марины Руслан сидел, как у себя дома. Это было почти единственное, что Марина могла ему позволить. И Руслану ничего не оставалось, как довольствоваться этим. Он шутил, сам смеялся громче всех, Николай же, сидящий в углу, лишь изредка хмыкал, а Марина вот уже минут двадцать не поднимала взгляда от бумаг. Но и до неё доходили Руслановы шутки, она похихикивала или вовсю хохотала, не отрываясь, правда, от своих бумаг.