Чтение онлайн

– Нет, сведешь, – ответил Грег. – Ты вечно сводишь меня с ума. Просто в следующий раз, когда у вас с Николь будет в ванной один из ваших очередных «моментов» ты меня как-нибудь предупреди, черт побери!

– Пап! – взвилась Николь из кухни. – Ты же поклялся, что никогда больше не будешь упоминать это!

Щеколда на двери в мою ванную в реабилитационном центре испортилась. Грег решил, что мы в тренажерном зале или еще где-то и... эм... и напоролся на нас с Николь в душе. Как раз в тот момент как он открыл дверь, чтобы сходить по нужде, Николь выкрикивала что-то колоритное.

Он усмехнулся и прикрыл ладонью глаза.

– Прости, но думаю у меня травма на всю жизнь.

– Не заливай, – проворчала Николь в ответ. – Ужин в десять!

– Эм... что ж... – пробубнил Гарднер, покраснев, и постарался сменить тему. – Эм... в общем... я говорил с Кэтрин и ей бы хотелось увидеть другие твои работы. Мне кажется, она подумывает о том, чтобы продемонстрировать их в своей галерее. Что ты об этом думаешь?

– Я думаю – ни за что на гребаном свете, – ответил я.

– Томас...

– Не начинай, – огрызнулся я. – Я тебе уже говорил... это просто хобби.

Гарднер присел на край моей постели и уставился на меня. Когда он так делал, мне по-прежнему казалось это стремным – уж слишком это было похоже на смотрение в зеркало.

– Не обязательно, чтобы это было хобби, – произнес он... в очередной раз. – У тебя есть огромный талант. Хотелось бы думать, что от меня, но ты гораздо лучше меня, несмотря на мое звание доктора искусств и того факта, что ты по сути не проходил никакой элементарной подготовки.

– Я не собираюсь переезжать в Чикаго, – сказал ему, так как знал, что к этому идет... в очередной раз.

– Здесь Николь. Здесь Грег. Выпустившись, она вряд ли сможет заниматься морской биологией в Чикаго.

Гарднер вздохнул и провел рукой по своим волосам. Я мысленно остановил собственную руку от аналогичного жеста.

– Что если... что если и ты пойдешь в школу здесь? – спросил он.

– Куда? На искусство?

– Да.

Я нахмурился. Никогда особо не задумывался об этом.

– У меня предложение, – сказал Гарднер.

– Что ты предлагаешь? – спросил я.

– Нет-нет, – исправился он, – я не это имею в виду. Я хотел сказать, что получил предложение – приехать сюда и преподавать в общественном колледже. Таким образом у тебя появится бесплатный педагог в моем лице и вместе с тем, ты будешь рядом с Николь.

– Ты спятил? Ты мне ничего об этом не говорил.

– Я не хотел ничего говорить до получения реального предложения, – пожал он плечами. – А оно поступило на прошлой неделе.

– Ты собираешься бросить Чикагский Институт Искусств ради преподавания в общественном колледже? Серьезно?

– Да, думаю, что мог бы.

– Гарднер, это безумие.

– Почему?

– У тебя уже есть прекрасная должность в замечательном учебном заведении. Зачем тебе понижение? Это нелогично!

На минуту он опустил глаза на лежащие на коленях руки и снова пожал плечами.

– Я только начинаю узнавать тебя, – наконец сказал он. – Знаю, ты не хочешь переезжать, и понимаю почему – у тебя весомые причины. Я хочу быть частью твоей жизни и если ради этого мне нужно сменить работу...

На грудь будто камень свалился, и я вынужден был сесть. Понятия не имею, как мне следовало реагировать на эти новости. Он собирался переехать из Чикаго лишь ради того, чтобы быть поближе ко мне? Зачем ему это делать?

– Я не понимаю, – наконец изрек я.

– Я просто... Я... – он замолчал и начал нарезать круги по комнате вновь вцепившись в свои волосы. В конце концов он сделал глубокий вдох и выдал:

– Ты не желаешь меня видеть.

Я вновь почувствовал тяжесть в груди.

– Я не это имел в виду, – пояснил я. – Я просто не понимаю, зачем тебе все бросать.

Он снова перевел на меня взгляд и из-под сведенные бровей на меня смотрели теплые глаза.

– Я итак уже много чего пропустил в твоей жизни, – тихо произнес он. – Мне не хочется больше ничего пропустить.

Я по-прежнему понятия не имел, как на это реагировать. В голове промелькнули мысли о моем папе – Лу Мэлоуне – стоило мне задуматься в попытке вспомнить когда-либо сделанное им, что было бы хоть отчасти близко к этому. Хотя он постоянно толдычил, что многим пожертвовал ради меня, ничего из того, даже не сравниться с этим.

– Ты не обязан это делать, – наконец произнес я.

– Знаю, что не обязан, – ответил он, встал и прошел к другому концу кровати, где сидел я и опустился рядом, прежде чем вновь заговорить. – Но я хочу это сделать, Томас. Мне хочется быть поближе к тебе. При таком раскладе тебе не придется опять мучаться с самолетом – тем более я знаю, как ты это ненавидишь – а у меня в свою очередь появится возможность чаще тебя видеть. Хочу получше тебя узнать. И Николь.

Я посмотрел в его глаза и был уверен в его искренности. Его губы изогнулись в знакомую, кривую улыбку.

– К слову о Николь... ты ее уже спросил?

– Пока нет, – признался я и почувствовал, как запылало лицо. – Не знаю, как начать.

– Сомневаюсь, что могу быть особо полезен в таком деле, – сказал Гарднер. – Может, просто спросишь?

– Мне пока не представилась ни одна свободная минута наедине с ней.

– Судя по тому как вы относитесь друг к другу, не представляю, чтобы она отказалась.

– Но все же может, – тихо сказал я и бросил беглый взгляд в сторону кухни, однако ее не увидел. Был слышен звук раскладываемых тарелок и подноса. – Сомневаюсь, как перенесу это. Она говорила, что ее мама часто повторяет, что не следует заключать брак до тридцати.