Чтение онлайн

— Джудит ведет себя очень достойно, пытается справиться с трудностями сама. Но я-то знаю, каково ей сейчас! Она действительно сильная, но в этом и кроется ее слабость, ее незащищенность! Ей не на кого опереться!

— И потому ты готов подставить ей свое плечо?

— Да, готов, — подтвердил Дэниел. — Но Джудит вызывает у меня не жалость, а уважение… и нежность. Я отношусь к ней почти так же, как к тебе.

— То есть как к сестре? — спросила Эмили вполне серьезно.

Дэниел вновь задумался: что-то мешало ему ответить утвердительно. Вспомнил, как успокаивал Джудит, прикасаясь к ее вискам, и что при этом испытывал. Только ли братские чувства?

— Нет, — ответил наконец он и себе, и Эмили. — Сегодня был момент, когда я чувствовал почти физическое родство с Джудит. Но все-таки это было родство иного свойства, не то, какое существует между братом и сестрой. С тобой у нас не бывает недомолвок, мы всегда можем понять друг друга. А перед Джудит я немного робею. Словно подросток, который не знает, как подступиться к девочке, чтобы нечаянно ее не обидеть. Да, пожалуй, это наиболее точное определение. Весь мой богатый опыт общения с женщинами кажется мне теперь бесполезным и никчемным, его абсолютно невозможно применить к Джудит.

— И слава Богу! — не удержалась от восклицания Эмили. — Хватит уже ходить по кругу и ушибаться об одно и то же.

Они понимающе посмотрели друг на друга: все уже было сказано.

— Спасибо тебе, Птенчик, — произнес Дэниел, ласково целуя сестру на прощание. — Ты мне очень помогла. А дальше я сам во всем разберусь.

Глава тринадцатая

В ловушке

Майкл не на шутку напугался, увидев заплаканное лицо жены. Он вообще не мог припомнить, чтобы Джудит когда-либо плакала, а тут… Не иначе как Форестер ей все рассказал!

Понимая, что это неизбежно должно было случиться, Майкл специально заготовил оправдательную речь и теперь только ждал, когда Джудит прямо обвинит его в супружеской измене. А чтобы ей легче было начать, сам спросил:

— Ты плакала? Случилось нечто невероятное?

Джудит, не ответив, припала к его груди, и Майкл услышал лишь глухое всхлипывание.

— Да что с тобой? — повторил он вопрос. — Объясни!

— Нет, не могу, — вымолвила она. — Я не знаю, что со мной происходит. Но мне очень плохо, Майкл!

— Что значит плохо? Ты заболела?

— Нет. Я запуталась…

Это было совсем не похоже на то, что Майкл ожидал услышать, и потому он произнес совершенно искренне:

— Думаю, из нас двоих больше запутался я.

— Да, я говорю невнятно, — восприняла это как упрек Джудит. — Но ты прости меня.

Ее слова внушали надежду на то, что тревога, как и вчера, оказалась ложной. Майкл перевел дух, но тут же подумал, что жить в постоянном страхе не сможет.

— Тебе не в чем извиняться, — произнес он как можно мягче. — Это я в последнее время был недостаточно ласков с тобой. Вот ты и загрустила. Но теперь все будет по-другому. Обещаю!

Майкл действительно решил уделять Джудит больше внимания, чем до сих пор. Если Форестер сдержит слово, то, может, все и утрясется. Сузан переберется за город, он будет ездить туда якобы по делам фирмы. А домой станет возвращаться пораньше…

Джудит тем временем вытерла слезы и виновато улыбнулась ему. Он обнял ее, поцеловал в губы: обещания ведь надо выполнять! А Джудит, преисполненная благодарности, ответила на поцелуй горячо и нежно, окончательно развеяв сомнения Майкла.

Он подхватил ее на руки и закружил по комнате, ощущая себя поистине счастливым. Еще бы! У него есть все, о чем может мечтать любой мужчина: доходный бизнес, красивая любовница, добрая и милая жена!..

— Я люблю тебя! — сказал он Джудит, почти не покривив душой.

И, решив, что жену тоже надо иногда баловать, отнес ее в спальню и принялся демонстрировать сексуальный опыт, который приобрел в общении с Сузан.

У Джудит уже не было сил изумляться — она полностью подчинилась воле Майкла, который сам не ожидал, что способен на такую страстность в постели с женой. Ведь еще вчера он пересиливал себя, обнимая и целуя Джудит.

А сегодня все произошло с необычной легкостью, и это вдохновило Майкла: значит, он ничем не хуже других мужчин, которые ухитряются прекрасно ладить и с женой, и с любовницей. Следовательно, связь с Сузан может длиться хоть всю жизнь.

При воспоминании о возлюбленной Майкл едва удержался, чтобы не произнести ее имя вслух. И потом еще несколько раз оно готово было сорваться с его уст. Необходимость все время помнить, что рядом с ним жена, а не Сузан, требовала от Майкла дополнительного напряжения сил, и, отдав их без остатка, он тотчас же уснул.

А Джудит долго не могла оправиться от потрясения. Они были женаты около девяти лет, но никогда Майкл не выражал свои чувства столь пылко. Даже в медовый месяц.

Что с ним случилось? Отчего такая метаморфоза? Вероятно, почувствовал, как она от него отдалилась. Испугался, что может потерять ее навсегда, и потому преодолел свою всегдашнюю стеснительность. Бедный Майкл! Хорошо хоть он не знает, в чем причина этой отчужденности. И никогда не узнает!

Она уйдет из журнала, забудет о Дэниеле. Это было наваждением. Искусом… Волшебный голос, ласковые, магические руки… Что они сегодня сделали с нею, эти руки!..

Джудит поймала себя на том, что вновь думает о Дэниеле. Как это может быть, чтобы чужой, посторонний человек занимал все ее помыслы, а родной, близкий, надежный не значил ничего? Такого не может быть. Не должно быть!

Она осторожно провела рукой по лицу Майкла, и он, блаженно улыбнувшись во сне, вдруг явственно проговорил:

— Сью!..

Джудит сначала не поняла, что он произнес женское имя. Ей вспомнилось, как Эндрю, засыпая, тоже иногда бормотал что-то невнятное, и, снова погладив мужа по щеке, прошептала с материнской нежностью:

— Спи. Спи, мой хороший.

Но Майкл потянулся к ней, сладко причмокнув губами, и абсолютно четко повторил:

— Сью… Сью… любимая…

Джудит в ужасе отпрянула от него. Он говорит «Сью»? И называет ее любимой?! Так вот в чем причина внезапной страстности Майкла! Он влюбился в Сузан, мечтает о ней, видит ее во сне. Но не найдя выхода своему чувству, внезапно обрушил его на Джудит. Наверное, и лаская ее, представлял, что это Сузан…