Огнём и сталью
Шрифт:
— Мне сказали, что тут мои деструктивные наклонности смогут принести пользу обществу.
— Иногда мне хочется тебя убить, Поттер, — в отчаянье закатила глаза Гермиона.
— Тёмный Лорд хотел того же, ага…
— БОЖЕ! Как я его в этом понимаю!
Харальд рассмеялся, пока пышущая яростью Грейнджер мигрировала от него в дальний угол.
— Слушай, Ральд, — Поттер ещё окончательно не решил, нравится ли ему придуманное Уизли прозвище или нет. — А почему ты называешь Ты-Знаешь-Кого Тёмным Лордом?
— Если я буду называть его по имени, то почти никто не поймёт, о ком речь. Если по прозвищу, то девять из десяти здесь присутствующих будут дрожать от страха, — с лёгкой долей презрения произнёс Поттер, подсаживаясь к рыжему. Тот немедленно приготовил свои шахматы к бою. — А все эти глупости вроде Вы-Знаете-Кто… Сами-Знаете-Кто…
— Да нет, суть не в этом, — покачал головой Уизли. — Ты называешь его Тёмным Лордом. А так его звали только Упивающиеся.
— Знаешь, а это интересный момент… — задумался Поттер. — И я сам пока что не знаю, почему всё именно так…
Во вторник в три тридцать Харальд и другие первокурсники Гриффиндора торопливым шагом подходили к площадке, где обучали полетам. День был солнечным и ясным, дул легкий ветерок, и трава шуршала под ногами. Ученики дружным строем спускались с холма, направляясь к ровной поляне, которая находилась как можно дальше от Запретного леса, мрачно покачивающего верхушками деревьев.
Первокурсники из Слизерина были уже там — как и двадцать метел, лежавших в ряд на земле. Поттер вспомнил, как близнецы Уизли жаловались на школьные метлы, уверяя, что некоторые из них начинают вибрировать, если на них подняться слишком высоко, а многие всегда забирают влево.
«Учту, в случае чего».
Наконец появилась преподавательница полетов — Роланда Хуч. У нее были короткие седые волосы и желтые глаза, как у ястреба.
— Так, ну и чего все ждут? Начали! — рявкнула она. — Каждый встает напротив метлы — давайте, пошевеливайтесь!
Харальд посмотрел на метлу, напротив которой оказался. Она была довольно старой, и несколько ее прутьев торчали в разные стороны — чисто навскидку, хотя Поттер и не был особым экспертом, это был один из ранних «чистомётов». Если проводить параллели с истребителями людей — метла была ровесником послевоенных «вампиров».
— Вытяните правую руку над метлой! — скомандовала мадам Хуч, встав перед строем. — И скажите: «Вверх!»
— ВВЕРХ! — крикнуло двадцать голосов.
Метла Харальда чётко прыгнула ему в руку но большинству других учеников повезло куда меньше. У Невилла метла не сдвинулась с места, а у Грейнджер почему-то вообще покатилась по земле.
Правда, не мытьём, так катаньем всем первокурсникам в итоге удалось подчинить себе строптивые мётлы.
Хуч показала ученикам, как нужно садиться на метлу, чтобы не соскользнуть с нее в воздухе, и пошла вдоль шеренги, проверяя, насколько правильно они держат свои метлы. Поттер широко ухмыльнулся, когда преподавательница полётов в довольно резких выражениях сообщила Малфою, что он неправильно держит метлу.
— Но я летаю так уже не первый год! — горячо возразил Драко. В его голосе была искренняя обида.
— В таком случае, Малфой, это означает, что вы все эти годы летали неправильно и только чудом не убились.
Беловолосый выслушал всё это уже молча, наверное, поняв, что если продолжить дискуссию, то может выясниться, что он вовсе не такой специалист, каким хотел казаться.
— А теперь, когда я дуну в свой свисток, вы с силой оттолкнетесь от земли, — произнесла Хуч. — Крепко держите метлу, старайтесь, чтобы она была в ровном положении, поднимитесь на метр-полтора, а затем опускайтесь — для этого надо слегка наклониться вперед. Итак, по моему свистку — три, два…
Но Невилл, нервный, дерганый и явно испуганный перспективой остаться на земле в одиночестве, рванулся вверх прежде, чем Хуч успела поднести свисток к губам.
— Фальстарт, — печально произнёс Харальд.
— Стой! Стой, кому говорю! — крикнула Хуч, но Невилл стремительно поднимался вверх. Два метра, четыре, шесть… Харальд увидел бледное лицо Лонгботтома, испуганно смотрящего вниз. Вот он широко раскрывает от ужаса рот, вот он соскользнул с метлы, и…
БУМ! Тело Невилла с неприятным звуком рухнуло на землю. Его метла все еще продолжала подниматься, а потом лениво заскользила по направлению к Запретному лесу и исчезла из виду.
Хуч быстро подбежала к лежащему на траве Лонгботтому. Её лицо было даже белее, чем у Невилла.
— Сломано запястье, — услышал Гарри ее бормотание. Когда преподавательница выпрямилась, ее лицо выражало явное облегчение.
— Вставай! — скомандовала Хуч Невиллу. — Вставай. С тобой все в порядке. Так, студенты. Сейчас я отведу его в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Метлы оставьте на земле. Тот, кто в мое отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Ну, давай, пошли уже…
Хуч приобняла заплаканного Невилла и повела его в сторону замка. Лонгботтом явственно хромал.
— Травма, игрок выбыл, — прокомментировал Поттер, чувствуя как остальные гриффиндорцы неосознанно кучкуются вокруг него.
— Никакой техники безопасности! — яростно произнесла Гермиона, становясь рядом с Харальдом и полным гнева взглядом провожала уходящих к Больничному крылу Невилла и Хуч. — И так везде! Что за безответственность? Как таким людям вообще можно доверять жизни детей!
— Полностью с тобой согласен, Грейнджер, — кивнул Поттер. — А на той неделе ему едва не сожгло руки кислотой.
— Будь мы в обычной, а не волшебной школе, руководство уже можно было бы засудить! — продолжала распаляться девочка.
— Вот поэтому, наверное, волшебников и так мало, — мрачно произнёс мальчик. — Никакого инстинкта самосохранения и заботы о собственной жизни…
— Это нельзя так оставлять!
— А что ты сделаешь, Грейнджер? Потребуешь денежной компенсации или хотя бы официальных извинений?
— Да хотя бы извинений!
Между тем в кружке слизеринцев началось своё собственное брожение.