Огнём и сталью
Шрифт:
Рядом с ним тут же приземлись остальные гриффиндорцы и кинулись устраивать обнимашки. Харальд последовательно увернулся от Фреда и Джорджа, но был пойман всеми тремя охотницами, расцелован в обе щеки, а затем его облапил Оливер.
— Поттер, ты псих!!! — проорал Вуд. — Но ты чертовски крутой псих!!!
— Я знаю, — с достоинством ответил Харальд и с наслаждением вдохнул воздух, наполненный вонью горящей зажигательной смеси. — Чувствуешь чем пахнет, Оливер?
— Победой!!!
— Правильно, сынок, — ухмыльнулся Поттер. — Так пахнет напалм, так пахнет победа.
— Мэм!
— Поттер, — МакГонагалл строго взглянула на вошедшего в её кабинет мальчика. — Должна признать, что я считала вас абсолютно неуправляемым и несносным молодым человеком. Все эти ваши драки, взорванный туалет, разбитые окна, постоянная мания что-то поджигать…
— Мэм, — тут же оживился Харальд. — Я внимательно изучил правила квиддича — в них не запрещается поджигать игровое поле после окончания матча…
— Я не только о сегодняшнем дне, — вздохнула женщина. — Впрочем, и о сегодняшнем тоже… Я рада, что вы наконец-то нашли свой путь… не отличающийся особыми разрушениями и жертвами, и пошли по стопам вашего отца, став ловцом гриффиндорской сборной. Спасибо вам за отличную… хоть и несколько безумную игру, Поттер.
— Всегда пожалуйста, мэм! Мэм, разрешите задать вопрос?
— Да, разумеется.
— Закрыла ли моя сегодняшняя игра тогдашнюю провинность или нет? Если нет, то сколько мне нужно ещё отыграть матчей?
— Я, наверное, не совсем вас понимаю, Поттер… — даже немного растерялась МакГонагалл.
— Мэм, мне уже можно уходить из сборной или нужно будет отыграть ещё несколько матчей? — видя искренне изумление профессора, Харальд добавил. — Понимаете, мне, мягко говоря, не слишком нравится квиддич…
— Признаться… я впервые вижу мальчика, которому он бы не нравился квиддич… Но, Поттер…
— Сказать по правде, мэм, я бы не хотел отвлекаться от учёбы на всякие… тренировки и матчи. Так когда я смогу покинуть сборную?
МакГонагалл крепко задумалась.
Гриффиндор уже многие годы не поднимался в общем зачёте по квиддичу выше второго места. И во многом из-за этого уже много лет не брал кубок межфакультетского соревнования. Никаких особых бонусов вообще-то все эти соревнования не давали, но были вопросом престижа. Увы, но Гриффиндор в последнее время не особо блистал ни на спортивном, ни на учебном поприще, поэтому довольная ухмылка уже практически приросла к декану Слизерина, доставляя ему вполне резонный повод для гордости своими студентами — первыми и в учёбе, и в спорте.
И вот, наконец, такой шанс! Невероятно сильная за все последние годы сборная по квиддичу, способное в плане учёбы молодое пополнение (из которых, правда, в жесточайшем минусе был Лонгботтом, но зато одними из лучших учеников во всей школе являлись Поттер и Грейнджер)…
Но вот теперь проблема похуже разбитых носов и взлетевших на воздух унитазов.
Поттер — явно способный ловец, но, увы, не питает ни малейшего интереса к квиддичу. И если он не захочет играть, то приказать ему не получится. А надавить будет крайне сложно… да практически невозможно, чего уж там.
— Гарри… Ты понимаешь, что я не могу приказать тебе играть в сборной…
— Прекрасно понимаю, профессор.
МакГонагалл мрачно уставилась на Харальда, нахально поблескивающего своими ярко-зелёными глазами. Действительно, прямо как у матери…
— Впрочем, если это нужно факультету, то я буду играть вплоть до особых распоряжений, — заявил мальчик.
— Ммм… Хорошо, Поттер. Тогда… может быть, у вас есть какие-нибудь просьбы?
— Если честно, есть одна, мэм, — взгляд Харальда стал немного безумным. — Могу ли я получить доступ в Запретную секцию библиотеки?
Минерва культурно выругалась (не вслух).
Поттер явно назвал свои условия в обмен на своё участие в сборной. С одной стороны ничего особо плохого в этом не было… Но с другой — выдавать Поттеру информацию из Запретной секции было себе дороже. Всё равно что давать обезьяне ящик гранат.
Профессор взглянула в абсолютно честные глаза Харальда и тихонько вздохнула. Факультету был нужен кубок по квиддичу…
— Эх, надо было мне тогда за Малфоем лететь! — сокрушался Рон тем же вечером.
— Надо было… — рассеянно соглашался Харальд, изучая сделанные в библиотеке конспекты по мотивам наиболее любопытных книг из Запретной секции, куда он сегодня получил доступ.
— Или мне, — подал голос Симус.
— Или тебе…
— Это несправедливо! Ты же не любишь квиддич!
— Не люблю…
— А почему тогда играешь?
— Меня МакГи попросила.
— МакГонагалл тебя попросила о таком? — усомнилась корпевшая над эссе по трансфигурации за соседним столом Грейнджер.
— А что такого? Попросила. Ну, и я не стал ей отказывать — это же для всего факультета…
— Так уж и для всего?
— Гермиона, ты уже у нас самая фанатичная ревнительница баллов! Очки, что зарабатываются в матчах идут в актив факультетов. Так что обычно кто выигрывает кубок по квиддичу, тот выигрывает и межфакультетское соревнование…
— Можно подумать у нас тут спортивная школа, раз уж неучебные достижения имеют столь высокий вес… — проворчала девочка.
— Действительно неправильно, — флегматично согласился Харальд. — Да и сам квиддич далёк от совершенства — его надо бы модернизировать…
— Хм, и как именно? — заинтересовался Рон.
— Убрать правило, что при поимке снитча игра прекращаетс. И меньше очков за его поимку давать. О! И сделать время игры фиксированным, чтобы по две недели не играли как некоторые идиоты. Изменить для вратаря ограничение по передвижению на поле боя. Добавить двух боковых судей для лучшего фиксирования нарушений. Ввести карточную систему предупреждений и удалений игроков. Ввести градацию ценности голов в зависимости от расстояния с которого был заброшен мяч. Ограничить время нахождения квоффла в руках охотников. Для этого можно установить термодатчик, реагирующий на человеческое тепло, который в случае более чем десятисекундного пребывания мяча в руках подрывает его зарядом Си-4…