Чтение онлайн

— О, великолепно! Хмм… А ведь это крайне любопытно… Да, это действительно то, что надо, это просто прекрасно. Очень любопытно… Чрезвычайно любопытно…

Мистер Олливандер уложил палочку обратно в коробку и начал упаковывать ее в коричневую бумагу, продолжая бормотать:

— Любопытно… очень любопытно…

— Простите, сэр, — поинтересовался Харальд. — Что именно кажется вам любопытным?

Мистер Олливандер уставился на Поттера своими выцветшими глазами.

— Видите ли, мистер Поттер, я помню каждую палочку, которую продал. Все до единой. Внутри вашей палочки — перо феникса, я вам уже сказал. Так вот, обычно феникс за свой цикл отдает только одно перо из своего хвоста, но в вашем случае он дал сразу два. Поэтому мне представляется весьма любопытным, что эта палочка выбрала вас, потому что ее сестра, которой досталось второе перо того феникса… Что ж, зачем от вас скрывать — ее сестра принадлежала Тёмному Лорду. Да, тринадцать с половиной дюймов, тис… Странная вещь — судьба. Я ведь вам говорил, что палочка выбирает волшебника, а не наоборот? Так что думаю, что мы должны ждать от вас больших свершений, мистер Поттер. Тот-Чье-Имя-Нельзя-Называть сотворил много великих дел — да, ужасных, но все же великих…

— Отец, — после долго молчания произнёс Харальд, когда они вышли из магазина и отдалились на приличное расстояние. — Все эти палочки, то, что я умею говорить на парселтанге… Не означает ли это, что я могу стать таким же, как Волдеморт?

— Не думаю, сын, — спокойно ответил Норд. — Волдеморт был отличным тактиком, но никудышным стратегом. Он не понимал, что силой можно захватить власть, но не получится её удержать…

— Отец, но я ведь совсем не о том!

— Я тебя отлично понял, Гарри. Да, в каждом из нас таится что-то… что-то тёмное. Не просто способность плести самые чёрные и страшные заклинания. А готовность применять их на невинных. Я палач, сын. Палач, но не убийца. Я уничтожаю погань и мразь магического мира, но никогда и пальцем не тронул детей или родственников врагов, если они мне не угрожали. Это кодекс чести… клана Норд. Все эти Упиванцы… Они творили однозначное зло. Чистое и незамутнённое. Просто потому что им это нравилось, как нравилась власть над более слабыми. А я тебе говорю — это они были самыми настоящими слабаками. Истинно сильный всегда может позволить себе доброту, потому что быть добрым — гораздо сложнее, чем злым. Гораздо, сын. Постарайся запомнить это и понять.

Харальд накрепко запомнил тогда слова отца. И потом часто размышлял о них.

Тридцать первого августа Харальд проснулся в пять часов и уже не смог заснуть — слишком уж он был взволнован в предвкушении поездки в Хогвартс. Несмотря на ранний час отца уже не было — он уже где-то мотался по Лондону по своим аврорским делам. Комнату на втором этаже «Дырявого котла» они сняли два дня назад, чтобы без проблем добраться до вокзала Кингс-Кросс. Увы, но из Годрикс Холлоу путь до Лондона был неблизкий, так что приехать пораньше и немного пожить в гостинице — было наилучшим вариантом.

Харальд встал и надел свой неизменный костюм защитного цвета, в котором всегда лазал по лесам и сопкам вокруг родного города. Как ему рассказывал отец, в мантию переодеваться придётся в поезде, а прибывать на вокзал придётся в обычной человеческой одежде.

За истекший месяц Поттер основательно изучил личности людей с которыми ему придётся вскоре встретиться и внимательно проштудировал весь курс школьной литературы. В принципе, ничего нового он для себя там не нашёл, поэтому вместе с комплектом учебников в одну из спортивных сумок был упакован и личный книжный запас Харальда. Среди книг по зельеварению, заклинаниям и трансфигурации затесалось и несколько художественных произведений — «Властелин Колец», «Одиссея капитана Блада», «Таинственный остров», «Затерянный мир», «Хроники Хокмуна» и ещё кое-что по мелочам.

В другие сумки были упакована одежда — мантии и обычная человеческая, обувь, смены белья. Где-то внутри этого вороха был надёжно запрятан небольшой ящик с «вальтером», который отец наказал применять только в случае исключительной угрозы для жизни — своей или чьей-либо. Да и Харальд сам прекрасно понимал, что боевое оружие — это вовсе не игрушки и им баловаться не стоит.

Где-то там же лежала запасная волшебная палочка к которой Поттер привык ещё с детства и набор метательных ножей, который отец подарил ему на десятилетие. Изменив своим традициям мальчик оставил при себе лишь пару клинков — чисто для хозяйственных нужд. В другой сумке было аккуратно упаковано нечто, гордо именуемое Харальдом «набором юного диверсанта» — ингредиенты для простеньких взрывчатых зелий, ёмкости для импровизированных гранат, плотно закрытая бутылка с самопальным напалмом, инструменты, проволока, скотчи, гвозди и прочее по мелочи.

Честно говоря, Харальд не думал, что извечная тяга что-нибудь взорвать или поджечь будет уместна в школе, где будут возможны человеческие жертвы, но отец давно приучил Поттера жить по принципу «мало ли что?».

Сонно каркнув на левое плечо мальчика уселся огромный ворон, заставив Харальда слегка покачнуться. Мальчик немедленно потянулся к висящему на поясе мешочку с наложенными чарами холода, где лежали небольшие кусочки мяса, и протянул угощение Хугину.

Отец действительно привёз пару огромных умных воронов, которых Харальд немедленно окрестил Хугином и Мунином в честь птиц скандинавского бога Одина. Насколько понял мальчик эта парочка не пришлась ко двору в Отделе Тайн из-за своих размером — они элементарно не везде пролезали.

Поттеровский Хугин сразу же облюбовал плечо мальчика в качестве насеста, что в первый раз кончилась несколько плачевно, когда острые когти ворона с лёгкостью пропороли и одежду, и кожу Харальда. Впрочем, он не обиделся, а немного залечив раны, просто приладил к своей куртке на плечо толстую кожаную нашлёпку. Также ворон получил на одну из лап металлическое кольцо со стилизованными под рунический шрифт буквами HP — как собственность наследника рода Поттеров.

Сам наследник тоже был окольцован фамильной печаткой главы рода с гербом Поттеров — палочки и меча на фоне треугольного щита. Кольцо раньше принадлежало Джеймсу, а теперь его носил его сын. Впрочем, в права главы рода Харальд раньше четырнадцати лет вступить не мог ни при каких случаях, поэтому до этого возраста никакого свободного распоряжения финансами и имуществом ему не полагалось. Всё только через опекуна, который, впрочем, тоже не мог оперировать слишком уж большими суммами.

А денег у Поттеров хватало с избытком. Плюс ещё стоило учитывать то, что Харальд являлся и единственным наследником Сириуса Блэка, который был представителем одного из самых древнейших и богатейших родов Британии.

Мальчик был в курсе всего, но к собственном богатству он относился крайне прохладно. Всё, что ему было необходимо в наличие имелось, а остальное — ненужные излишества. И пусть в его распоряжении было ещё три фамильных особняка, дом у мальчика был всё-таки один — восстановленный после ночи 1981 года летний домик Поттеров.

На вокзале «Кингс Кросс» Норд и Поттер были ровно в десять тридцать. Перегрузив вещи из багажника джипа на тележку, они двинулись к барьеру-проходу на платформу 9 и 3/4. Отец уверенно прошёл прямо сквозь него, будто бы через пустое место. Немного помешкав и собравшись с духом, за ним последовал и Харальд.

Он находился на забитой людьми платформе, у которой стоял паровоз алого цвета — не просто электровоз, а самый настоящий паровоз. Надпись на табло гласила: «Хогвартс-экспресс: 11.00». Харальд оглянулся назад и увидел, что билетная касса исчезла, а на ее месте находится арка с коваными железными воротами и табличкой: «Платформа номер девять и три четверти».

Над головами собравшихся на платформе людей плыли извергаемые паровозом клубы дыма, а под ногами шмыгали разноцветные кошки. До Гарри доносились голоса, скрип тяжелых чемоданов и недовольное уханье переговаривавшихся друг с другом сов.

Первые несколько вагонов уже были битком набиты школьниками. Они высовывались из окон, чтобы поговорить напоследок с родителями, или сражались за свободные места. Поттер с отцом двинулся дальше, заглядывая в окна вагонов в поисках свободного местечка.