Огненный Марс
Шрифт:
– Беда, Инна, – сказала Клара, опустив голову.
– С Кирюшей что-то? – испугалась Инна.
– Можно и так сказать… Он решил отменить свадьбу.
– Ой! – Инна едва не уронила чашку. – Но почему? Он мне ничего не говорил…
– Он влюбился.
– В кого?!
– В какую-то Настю. Я ее видела. Девица на двадцать лет моложе его.
– На двадцать? Слушай, ты ничего не путаешь? Извини, но я как-то не могу поверить, что Кирилл…
– Самая что ни на есть типичная ситуация, – перебила Клара. – Седина в бороду, а бес в ребро. Она – хищница, юная и беспринципная. А он… а он дурак, твой брат. Не хочет понимать, что его используют.
Как ни странно, но Инна ничуть не обиделась, что ее брата сейчас называли «дураком». В каком-то смысле Кирилл всегда был мальчишкой, способным на безрассудные поступки. Поэтому Инна старалась его опекать. И не хотела разъезжаться – тогда, пятнадцать лет назад. Пыталась остановить брата, но Кирилл твердил, что не хочет стеснять сестру…
Но если правда – то, о чем рассказывает сейчас Клара, то это ужасно. Юных хищниц вокруг полно.
Да, Клара не самая лучшая партия, но если Кирилл оставит Клару и свяжется с такой вот малолетней фифой…
– А знаешь, что самое интересное? – напряженным голосом продолжила Клара. – Они и знакомы-то – всего ничего. Раза три только виделись. И вот, после третьей встречи – он готов меня бросить. Отложить свадьбу и вообще… Перевернуть все с ног на голову.
– Ты точно это знаешь?
– Что можно, я из него вытянула. Да он и сам ничего не стал скрывать. Говорит, что дело вовсе не в этой Насте, что он не любит меня и потому не хочет связывать навсегда свою жизнь с нелюбимой… Но кто этому поверит? Любил-любил и вдруг разлюбил перед самой свадьбой? И двадцатилетняя профурсетка тут тоже ни при чем? Смешно! – закричала Клара. Инна протянула ей чашку с чаем. – Спасибо. Он ведь даже тебе ничего не сказал!
– Да, ничего, – пробормотала Инна. Брат всегда с ней советовался. А это значит, что происходило совсем уж нечто из ряда вон выходящее.
– Если ты не вмешаешься, то я не знаю, что будет.
– Ужас какой… – пробормотала Инна. Ей и в самом деле стало вдруг страшно. – Я сейчас позвоню брату. Мы с ним встретимся, обсудим все…
– Сейчас его на объект вызвали. Это действительно правда. В прошлый-то раз он мне соврал… Сказал, по работе. А сам к этой Насте ездил. Но сейчас на городской звонили. Я первой трубку сняла… ты лучше с этой особой пообщайся. Уверена, ты ее насквозь увидишь. Действуй не через него, а через нее.
– Ты права, пожалуй, – кивнула Инна. – Как мне с этой девицей связаться?
– Я тебе ее адрес дам. В записной книжке у Кирилла нашла. Да, да, это нехорошо, лазить по чужим телефонам и записным книжкам, но что мне делать? – с отчаянием, ненавистью, с мукой в голосе – опять закричала Клара.
Инна немедленно согласилась ехать.
…А как не согласиться, когда судьба брата под угрозой? Нет, конечно, сейчас он был уже вполне самостоятельным взрослым мужчиной, но даже самостоятельные взрослые мужчины могут совершать дикие, необдуманные поступки – поскольку нет в них той мудрости, что присуща лишь женщинам…
Младший брат – единственный родной человек. Личная жизнь у Инны не сложилась. Именно из-за брата. Она же всю юность и молодые годы с ним возилась, ведь маме было некогда. Женихи Инны ревновали ее – поскольку девушка не могла уделять им много внимания. Мужчины – они же такие собственники и эгоисты…
Самые лучшие годы Инна потратила на Кирилла. А потом что… Уже и самой не хотелось замуж, потому что все лучшие кандидатуры были разобраны, а довольствоваться чем-то меньшим – это себя не уважать. Как там, у Хайяма? «Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало, Два важных правила запомни для начала: Ты лучше голодай, чем что попало ешь, И лучше будь один, чем вместе с кем попало…»
Инна ни в чем не винила – ни мамочку, ни брата, ни себя, – что интересы своей семьи поставила выше своих, личных интересов. В конце концов, чем она хуже тех женщин, которые прожили всю жизнь рядом с идиотами, бабниками, алкоголиками и вырастили неблагодарных, никчемных детей?.. Так что Омар Хаяйм прав, как всегда, прав.
Потом, когда Кирилл повзрослел, встал на ноги, Инна ослабила контроль над братом. Нет, конечно, иногда давала советы, помогала по возможности, всегда интересовалась его жизнью… Но вот чтобы влезать в нее, в жизнь брата (как намекнула когда-то Клара, давно), – такого никогда не было.
Кстати, о личной жизни брата. Уж в нее-то Инна точно никогда не лезла. Ни-ког-да.
– …Вы кто? – спросили Инну из-за двери.
– Я сестра Кирилла Павловича Вяземского, Инна. Откройте, пожалуйста, нам надо поговорить, – четко, бесстрастно произнесла Инна, глядя на «глазок». Голос у той особы, что пряталась в квартире, звучал тонко, пискляво даже, манерно. «Клара права, мне надо именно с этой Насти начинать. Я ее сейчас припугну, и она живо отстанет от Кирюши…»
Дверь распахнулась, и Инна оказалась нос к носу с девушкой. Первый, стремительный осмотр разлучницы ничего не дал – обычная девица, каких по десять штук на каждом углу.
– Проходите, – пропищала девица. – Так вас Инной зовут? А я Настя. О чем же вы хотите поговорить?
Навстречу Инне в коридор выбежал довольно крупный рыжий кот. Уставился с любопытством – огромные ошалелые глазищи изумрудного цвета…
– Марсик. Марс, – представила кота девица. – Вы не бойтесь, он совершенно безобидный. Немного дикий даже – долго прожил на улице. Сюда, пожалуйста… Садитесь, куда хотите.
– Меня история вашего кота совершенно не интересует, – сухо произнесла Инна. Прошла в комнату, но садиться не стала, демонстративно.
– Да? А зря. Мы ведь с Кириллом познакомились именно благодаря этому коту, – призналась девица.
«Бред какой-то. Голову мне котами морочит…» – подумала Инна, внимательно оглядывая комнату. Осмотр ее немного разочаровал – обстановка была самая обыкновенная, без этих гламурных штучек-дрючек, которыми отличаются жилища юных хищниц.
– Давно вы познакомились с Кириллом? – спросила Инна.
– Нет, не очень. А почему вы не садитесь? Торопитесь куда-то или хотите показать, что в этом доме даже садиться не хотите?