Чтение онлайн

— Зачем? — едва слышно прошептал умирающий глупец, но я не собиралась ему отвечать.

Какая ему-то теперь разница? А мне сейчас необходима полная концентрация. Застывшая на коленях тварь пыталась сопротивляться, рефлекторно выдергивала меч, но уже через несколько секунд обессилено обмякла.

Кажется, он понял, что не видать ему больше ни ада, ни Земли, ни даже стенок моего чрева. Теперь его души просто не существует.

Я сама как-то говорила Сергею, что у каждого архидемона есть уникальная способность, которая и использовалась императором, когда он сажал очередного неудачника в астральный колодец. Но оказывается, то же самое есть у демонесс. Мы не только являемся кормом архидемонов, и созданы, чтобы усиливать его способности, а тоже кое-что умеем. Ну, может и не так хорошо как они.

Все то время, пока меня пытали в замке демонов, я чтобы хоть как-то унять неописуемую боль, мечтала о миге, когда меня спасет мой Повелитель. К сожалению этого момента я не дождалась, но зато успела придумать как его отблагодарить. Мой подарок особенный и не забываемый — я в уме разработала оружие для убийства Князя. Конечно, будущее оружие может и не подействовать на Князя, но если мир устроен именно так, как его вижу я… шанс очень даже не плохой.

А дальше я стала обдумывать, как притворить мою идею в жизнь, а потом и «вырабатывать» у себя способность. Прошел долгий месяц, полных раздумий и боли, прежде чем я стала, уверена в своих силах. Я кузнец артефактов.

И вовсе не таких, какие сотнями делают смертные маги, а кузнец настоящий. Кузнец Душ.

По щеке, наконец, издохшего дьявола, покатилась слезинка — странно мне почему-то казалось, что у него напрочь отсутствует эта эмоция, и как там они называются… слезные железы. Впрочем, это неважно.

Выдернув душу обернутую в покрывало пламени ада, стала жертвовать частью своей сути. Черное, медленно, но верно, принялось цепляться за огонь и обволакивать этот полыхающий сгусток. Когда, через несколько долгих минут, образовался космически-черный кокон, недюжинным усилием воли, я стала его обрабатывать.

Будто мастер-кузнец, я делала заготовку, придавала форму, выковывала рукоять, шлифовала лезвие… Меня мучат сомнения, гложет страх провала, почти молилась непонятно кому, чтобы все получилось.

Получилось. Огромный черный меч блистал острыми гранями, и внушал трепет в сердце. Полыхающая внутри него мощь, просто задавливала невидимой тяжестью.

Но теперь остается самое главное — материализовать сплав человеческой души, пламени ада и сути демона. Князь наверняка не сможет устоять под ударом трех ипостасей!

Я закрыла глаза. Когда-то давно, император точно так же вырвал меня из тела ненавистной Кати, и небрежно велел мне материализоваться. Я постаралась вспомнить это чувство…

Приказ возымел действие! Я повалилась на землю рядом с телом Ловца: но на моем лице блуждает глупая улыбка — в моих руках лежит увесистый, черный как уголь и одновременно блестящий, будто стекло, двуручный меч!

— Я назову тебя Убийца, — прошептала я, обращаясь к своему первому творению как к ребенку. — А теперь отдохни мой хороший, скоро тебе предстоит убить Князя.

Потеряв изрядное количество сил, мне было лень шевелится, и, прижав меч к груди, повернулась набок и, глядя в поддернутые мутной пеленой глаза дьявола, улыбнулась:

— Твоя душа и пламя твоего мира послужат великому делу. Они помогут моему Повелителю стать Князем, а мне его княжной…

Так и не убрав улыбку со своих уст, заснула, как человеческий младенец.

Коридоры академии, не в пример аудиториям, выглядят один богаче другого. Просторные заполненные светом от рядов сквозных окон, или темные, освещаемые лишь масляными лампами, они выглядят так, будто с минуты на минуту ожидают принять короля или даже императора… Хотя о чем это я?

Академия ведь действительно является резиденцией короля. Именно здесь обитает всемогущий архимаг по имени Андарес. А, зная его любовь к роскоши, не стоит удивляться столь броской отделке всего этого небольшого лабиринта.

Встречающиеся по пути студенты и служащие академии, завидев меня уважительно кланяются, и бросают восхищенные взгляды на черные крылья у меня за спиной. В этом мире живут полные дегенераты — почти каждый мечтает стать демоном.

Сегодня утром, я вообще видел сногсшибательную картину: детвора, вместо того, чтобы помогать взрослым в восстановлении хозяйства, на пепелище играла в демонов и некромансеров. Причем с самого начала игра не задалась — они долго и упорно дрались всем скопом, жарко выясняя, кто из них достоин быть демоном. Слабую надежду внушает лишь то, что когда к клубу пыли и пепла, из которого то и дело показывались руки и ноги, подошел я, взмахивая крыльями чтобы воздушным ударом разогнать поднятую с окрестностей золу, замершие на секунду ребята скинули оцепенение и в тот же миг исчезли с поля зрения.

— Инстинкт самосохранения есть, — констатировал я, — жить будут.

Наконец я достиг нужного коридора, стены которого сливаются с потолком, минуя любые углы, а затем в середине, будто накатывают одна на другую, свисают над головой, словно ряд сросшихся сосулек. Ну и украшено это смелое дизайнерское решение соответственно: мало того, что врезана искусная резьба, так с ровным шагом вставлены десятки огромных бриллиантов… ну, по крайней мере, кажется, что это настоящие драгоценности — блестят и переливаются они ничуть не хуже.

Я остановился около двери и оглянулся на таскающуюся за мной хвостиком Номату. Из золотых глаз девушки льет гамма согревающих чувств. Волшебная, неземная любовь, человеческое обожание, собачья преданность… С той минуты, как она вырвала меня из под ножа магистра, не оставляет не на секунду. Она даже в купальню шла со мной — ума хватило остановиться только у самых дверей.

Но почему-то я этому безумию не противился… Жалел лишь иногда, что следом за ней как привязанный болтается Тад… А иногда и был ему благодарен. Я просто не знал, что сказать ей — девушке, которой боюсь причинить боль.

Вот и сейчас смотрю в ее лучезарные глаза, глупо улыбаюсь, а в голове крутятся странные слова: «Чертова сволочь, какого хрена ты ко мне прицепилась? Чего во мне нашла? Я ведь демон, понимаешь? Де-мон. По моей вине погибли тысячи людей, если останешься со мной, потеряешь себя настоящую. Мы с тобой не пара». Но не могу решиться сказать ей это вслух. Трус. Да что со мной такое?!

— Номата, — наконец сказал я, теряя из виду ее гипнотический взгляд, — мне нужно заниматься. А тебе надо отдохнуть. Тад, проводи миледи.