Чтение онлайн

– Наблюдает за Разрушителем, – напряженно проговорила Меган. – Он здесь не из-за нас. Похоже, он меня не заметил.

– Решил его навестить, – сказал я. – Знаешь про то обрушившееся здание?

– Угу, – сдавленно ответила Меган. – Я ничем не могла помочь, Дэвид. Я…

– Обошлось без твоей помощи. Людей спас Проф.

– С помощью своих способностей?

– Угу.

Меган помолчала.

– А он и впрямь могущественный.

– Даже очень, – оживленно заговорил я. – Две защитные способности, любая из которых причисляет его к высшим эпикам. Знаешь, насколько это необычно? Даже у Стального Сердца защитная способность была только одна – его непробиваемая кожа. Ты бы видела Профа, когда он спасал нас в Ньюкаго!

– В туннелях? – спросила Меган. – Когда я…

– Угу.

– Моя надежная система этого не записала. Только твои слова.

– Поверь, это было просто невероятно, – восторженно продолжал я. – Я ни разу не читал про эпиков вроде Профа, способных испарять твердые вещества. К тому же он может создавать силовые поля, наверняка класса А. Он проделал гигантский туннель под водой и…

– Дэвид, – сказала Меган, – чем могущественнее эпик, тем тяжелее ему сопротивляться… переменам.

– Потому-то это так круто, – сказал я. – Ты что, не понимаешь, Меган? Если кто-то вроде Профа может оставаться добрым – это многое значит. Может, даже больше, чем убийство Стального Сердца! Ведь получается, что Регалия и другие тоже могут побороть в себе зло!

– Наверное, – неуверенно ответила Меган. – Мне просто не нравится, что он тут. Если он меня увидит…

– Ты же нас не предала, – сказал я, перебираясь через корни. – На самом деле.

– В каком-то смысле – предала, – возразила Меган. – А даже если и нет – есть и другие проблемы.

– Ты про Сэма? – спросил я. – Я объяснил, что ты его не убивала. Похоже, мне даже почти удалось их убедить. Ладно, я уже почти наверху. Где тот голубь?

– На здании к югу от тебя. Если будешь вести себя спокойно, тебе ничто не угрожает.

– Хорошо.

Я перевел дух, добравшись до восемнадцатого этажа. Подниматься я начал с десятого, а всего в здании их было двадцать. Еще два этажа, и я смогу поставить камеру и уйти.

– Дэвид, – спросила Меган, – ты ведь действительно в это веришь? Что мы можем бороться?

– Да, – ответил я.

– Огонь, – тихо сказала Меган.

Я замер посреди лестницы.

– Где? – спросил я.

– Это моя слабость.

Я похолодел.

– Огнемет, – объяснила она, – моя противоположность. Он мужчина, а я женщина. В той вселенной все наоборот. Здесь огонь лишает меня способностей. Там – это и есть моя способность. Огнемет служил мне идеальным прикрытием – никто не стал бы использовать огонь, чтобы меня убить, считая, что именно он составляет суть моего могущества. Но при свете естественного пламени тени, которые я вызываю, распадаются и исчезают. И еще я откуда-то знаю, что если умру от огня, то уже не воскресну.

– Мы сожгли твое тело, – прошептал я. – Там, в Ньюкаго.

– Треск, не напоминай! – Мне показалось, что голос ее дрогнул. – Я уже была мертва. Тело стало всего лишь оболочкой. Я всегда говорила людям Стального Сердца, чтобы они хоронили мои тела после смерти, но ни разу этого не видела. Хотя, наверное, весело было бы взглянуть на собственный труп.

Я не двигался с места. Несколько свисавших с ветвей плодов освещали лестницу мягким сиянием.

– Тогда почему Огнемет не исчезает? – спросил я. – Он состоит из огня, а это лишает тебя способностей. Значит, он должен пропасть.

– Он всего лишь тень, – сказала Меган. – Огонь не настоящий. По крайней мере, так я понимаю. Или…

– Или?

– Или, когда я извлекаю из другого измерения его тень, он забирает с собой некоторые законы той вселенной. Я… не знаю, как это все работает, Дэвид. Вообще. Иногда мне становится страшно. Но огонь действительно моя слабость. – Она помолчала. – Я хотела, чтобы ты знал. На случай, если… ну, ты понял.

– Не говори так.

– Приходится, – прошептала Меган. – Дэвид, ты должен знать. Наш дом сгорел, когда я была совсем маленькой. Я едва не погибла. Я ползла сквозь дым, прижав к себе плюшевого котенка, а вокруг все пылало. Меня нашли на лужайке, в копоти с головы до ног. Мне до сих пор снятся кошмары про тот день. Дэвид, если тебе удастся расспросить других эпиков… поинтересуйся, какие кошмары снятся им.

Я кивнул и тут же почувствовал себя глупо, поняв, что она не может этого видеть. Собрав всю свою силу воли, я снова начал подниматься по лестнице.

– Спасибо, Меган, – прошептал я, зная, что ей потребовалось немало смелости, чтобы рассказать мне все это.

– Угу, – вздохнула она. – Ты никогда не бросал начатого. И всегда искал ответ. Так что… может, найдешь и этот.

Добравшись до очередного пролета, я повернулся – и тут под моей ногой что-то хрустнуло.

Вздрогнув, я посмотрел вниз. Еще одно печенье. У меня возникло искушение его не трогать – те, что попались мне в прошлый раз, оказались весьма странными. Никто на базе так и не смог понять, в чем их смысл.

Но я знал, что просто так оставить это не могу. Наклонившись и стараясь не шуметь, я поднес клочок бумаги к светящемуся плоду.

«Это сон?» – прочитал я.

Я глубоко вздохнул. Угу. Вот жуть. Что делать? Ответить?

– Нет, – сказал я.

– Что? – спросила у меня в ухе Меган.

– Ничего.

Я помедлил, не зная, какой реакции ожидать. Ничего не произошло. Я снова начал подниматься, глядя под ноги, и, конечно же, обнаружил очередную гроздь печений, росших на лиане в следующем пролете.

Я вскрыл одно из них.

«Что за фигня. Ничего порой не понять», – прочитал я на бумажке.

Это что, ответ?

– Кто ты?

– Дэвид? – спросила Меган.

– Я беседую с печеньями-сюрпризами.

– Ты… чего?

– Объясню через минуту.

Я медленно двинулся дальше. На этот раз мне попалась свисающая лиана, на которой, словно семена, росли печенья. Найдя полностью созревшее, я вытащил бумажку.

«Меня называют Светозар. Ты ведь пытаешься ей помешать?»

– Да, – прошептал я. – Если ты имеешь в виду Регалию. Ты знаешь, где она?

Я вскрыл еще несколько печений, но во всех оказался один и тот же текст. Поднявшись повыше, я нашел еще одну гроздь.

«Не знаю, чувак, – прочитал я. – Мне ее не видать. Зато того, другого, я видел. На операционном столе».

– Разрушителя? – спросил я. – На операционном столе?

«Угу. У него че-то там вырезали. Уверен, что это не сон?»

– Нет.

«Мне нравятся сны», – прочел я в очередном печенье.

Я вздрогнул. Значит, Светозар действительно эпик. И этот город принадлежал ему.