Чтение онлайн

— Внимание! Фиксирую облучение радаром!

«Опять ракеты?»

— Внимание! Истребители запустили ракеты!

«Проклятье, так и есть! А ведь теперь в первых рядах летят они! Значит…»

Эти ракеты были помельче и побыстрее предыдущих. Похоже, что если те зенитные, то нынешние очень похожи на классические «воздух-воздух». И значит, в отличие от предыдущих — бьют не по объему, а наводясь на цель.

— Заремба, ловушки и дипольные отражатели!

— Частота плавает, ДО неэффективны.

Денис вглядывался в сотню надвигающихся отметок ракет. Уже совсем близко!

— Плевать! Используй все!

Дипольные отражатели, полоски металлической фольги, снесло сразу же после выброса, на такой скорости они сгорели почти мгновенно, если и дав засветку радару, то на считаные мгновения. Зато полуметровые зеркальные шары имитаторов сработали почти как надо, заполонив пространство точными копиями излучений, идущих от такшипов. Вот только своих двигателей у них не было, и оставалось надеяться, что ракеты аспайров недостаточно умны, дабы отличить имитацию от реального такшипа. Благо времени для того, чтобы распознать обман, у скудных мозгов ракет почти не осталось. С одной стороны, использующий все известные способы радиоэлектронной борьбы такшип, с другой — яркая, вопящая на всех диапазонах «возьми меня!» приманка. И большая часть ракет на приманки купилась, пронесшись сквозь строй такшипов и рванув далеко позади, лишь слегка опалив краску на хвостах.

Но не все. Эти ракеты тоже несли маломощные ядерные боеголовки. Взорвись такая в полукилометре, и такшип лишь тряхнет, но аспайры показали, что их системы наведения просто великолепны. Целых восемь ракет прорвались сквозь все ловушки и ухищрения РЭБ, дотянувшись до нежных тушек тактических кораблей. От близких попаданий такшипы буквально испарились, трехсоттонному кораблику не пережить попадания даже самого ничтожного ядерного боеприпаса. Еще один пал жертвой близкого разрыва, буквально сметенный ударной волной. И новая порция радиации, противный треск счетчика Гейгера, едва проникающий через затуманенное боевой горячкой сознание.

Такшип еле заметно дернуло, и тут же пошла ощутимая вибрация, такая сильная, что заныли зубы.

— Внимание, фиксирую попадание. Повреждение таранного щита.

Дениса бросило в пот едва ли не раньше, чем комп сообщил о попадании. И последствия попадания были весьма ожидаемы, поток сорвет щит, и огненное облако начнет лизать тонкий слой термозащиты. Которая вряд ли продержится дольше пары минут, а значит, придется уходить вверх, за атмосферу, под удар плазменных орудий. Выбор невелик.

— Комп, характер повреждений?

— Шестимегаваттный лазерный импульс длительностью семь сотых секунды. Таранный щит пробит на глубину пяти миллиметров, длина проплава два метра.

Луч лишь скользнул по такшипу, будь он более прицельным, импульс такой мощности играючи пробил бы и щит и тонкую лобовую броню. Покопавшись в памяти, Денис вспомнил, что луч мощностью шесть мегаватт за секунду прожигал чуть больше метра легированной стали. Конечно, металлокерамика термозащиты была более устойчива, чем простая сталь, но даже полусекундного импульса вполне хватило бы для сквозного пробоя усиленной таранным щитом брони.

К счастью, прорез оказался неглубоким, и, по оценкам компьютера, таранный щит должен был продержаться еще несколько минут. Вполне достаточно, чтобы подобраться к брюху флотилии аспайров.

Но так повезло не всем. На тактическом дисплее разом погасли еще три отметки, а два такшипа довольно резко стали менять орбиту, стремясь побыстрее покинуть атмосферу. Остальные то ли вообще избежали попаданий, то ли как и «Живучий» получили незначительные повреждения. Видимо, средства радиоэлектронной борьбы в какой-то мере сбивали прицелы вражеским истребителям.

Поредевшие клинья уже почти вышли на намеченную дистанцию, теоретически они хоть сейчас могли выныривать из атмосферы. Флот аспайров давно уже находился в досягаемости противокорабельного оружия. Вот только до выхода Второго ударного из-за планетарного диска, оставалось еще целых семьдесят секунд.

Истребители аспайров тем временем проскочили мимо и начали торможение, меняя орбиту, чтобы пристроиться такшипам в хвост. Обманывать с этого расстояния системы наведения их лазеров стало гораздо труднее, и такшипы стали получать одно попадание за другим.

— Внимание, фиксирую попадание! Пробит правый бак рабочего тела, теряем водород. Фиксирую попадание в сопло правого маршевого двигателя. Рекомендую не превышать мощность правого двигателя свыше пятидесяти процентов.

Денис беспомощно наблюдал, как мощные потоки энергии полосуют его машину. Продолжись это избиение хотя бы пару минут, и такшипам не помогли бы никакие уловки, но тут наконец-то к игре присоединились припоздавшие аэрокосмические истребители с планеты. Первая группа, всего три звена «Молний», что как раз двигались навстречу аспайрам, едва сблизившись на расстояние поражения, выпустили свои ракеты.

Как только Денис сообразил, что аспайрам сейчас не до них, он тут же вызвал бортинженера:

— Заремба, ситуация?

— Теряем рабочее тело, но не сильно, прорез уже почти затянуло протектором. С дюзой пока непонятно, но луч явно прошел через выхлоп и существенно ослаб. Правда, тягу я рекомендую ограничить.

Он слегка помедлил и с непривычным для себя жаром поинтересовался:

— Какие потери?

Денис глянул на тактический дисплей. Два поврежденных после предыдущего залпа такшипа, что рванули в космос, уже были уничтожены. Момент их гибели Денис пропустил, занятый собственными проблемами, а потому не мог сказать точно, кто их уничтожил. То ли истребители, то ли плазменная дробь с «пушек». Для Зарембы Денис ограничился пространным:

— Большие.

И отключил связь. Времени на перечисление потерь не оставалось, через считаные секунды наступало время атаки.

— Ольсен, готовность!

— Понял.

— Ускорение не выше трех гравов! У нас повреждение правого сопла.

— Понял.

Господи, насколько же было легче, когда он сам сидел в кресле пилота! Некогда думать, ведь нужно держать машину на курсе и нет этого проклятого чувства, что в следующую секунду ты погибнешь так же, как и твой предшественник в этом самом кресле. Денис стиснул подлокотники, и в распаленном мозгу промелькнула лишь одна мысль: «Если что, то лишь бы сразу».