Чтение онлайн

– Ну-ну, не плачь, дитя мое! Она обязательно придет. Просто ей нужно время.

Лили кивнула.

– Может быть, это я должна ее навестить, – тихо сказала она.

Их взгляды встретились, а затем Герда внезапно обняла Лили, и на мгновение девушка ощутила полузабытый запах состоятельной дамы – смесь ароматов пудры, пота, помады и шиньонов. Он так напоминал ей о доме, что она не могла сдержать слез.

– Тише-тише! Ты смелая девушка, Лили Карстен! Безрассудная, но смелая, – пробормотала Герда, нежно похлопывая ее по спине. Даже сквозь всхлипы Лили слышала улыбку в голосе пожилой дамы.

– Моя дверь открыта для тебя, помни! А теперь пойдем-ка спасать моего кучера.

Кучеру в самом деле пришлось отъехать на два квартала, потому что наблюдавшая за ним банда подростков начала бросать в лошадь комья грязи. Когда Лили и Герда, наконец, отыскали его, старая дама села в карету и снова наклонилась к девушке из окошка.

– В какой-то момент дороги назад не будет. Подумай об этом, прежде чем решиться на следующий шаг! – сказала она.

Лили кивнула. Слезы успели высохнуть, но она вдруг почувствовала невероятную тяжесть, глядя вслед карете, которая вскоре исчезла за углом. Ей казалось, что с отъездом Герды обрывается последняя ниточка, связывавшая ее с прежней жизнью.

– Это ничего не меняет. Дороги назад не было с самого начала, – пробормотала она. На мгновение она замерла посреди улицы, глядя в пространство и борясь с охватившей ее печалью. А затем решительно повернулась и пошла к себе.

Герда наклонилась вперед и постучала тростью по потолку кареты.

– В Бельвю, Рейнхард! – крикнула она, когда кучер, замедлил ход лошадей, чтобы лучше слышать ее распоряжения.

И вскоре они уже ехали по подъездной дорожке, что вела к вилле Карстенов. После смерти Китти она была здесь лишь однажды. Произошедшее все еще не укладывалась у нее в голове. До чего это было непохоже на ее старую подругу – этот недостойный конец! Без соблюдения приличий и полагающегося уединения, в одной ночной рубашке, чуть ли не на глазах у слуг! Боль, должно быть, свела ее с ума, это было единственное возможное объяснение.

И все-таки… По спине Герды пробежал холодок, когда она посмотрела на дом. Теперь и мальчонки с ними нет. До недавнего времени это был дом, полный жизни, дом одной из самых душевных семей, какую она знала. А теперь – куда все делось? – он словно угас, темные окна смотрели едва ли не враждебно.

Позже, когда она сидела в гостиной с Зильтой, к ним присоединился Альфред. Он, казалось, считал своим долгом побеседовать с ней – расспрашивал ее о том о сем, долго собирался с силами, чтобы заговорить о матери. Герда заметила, что они с Зильтой держались друг с другом очень отстраненно. У обоих залегли темные тени под глазами, но, несмотря на свое состояние, они изо всех сил старались поддерживать видимость нормальности. Альфред успел поседеть, посеребрились и виски Зильты. Последняя, помимо прочего, пребывала в странном оцепенении, и, к своему величайшему изумлению, Герда заметила, что ее всегда безукоризненная прическа сегодня казалась неряшливой. Михеля и Лили старательно обходили молчанием.

Когда Альфред, наконец, оставил дам наедине, Герда, дождавшись, когда за ним закроется дверь, повернулась к Зильте.

– Я только что была у твоей дочери.

Зильта побелела, как полотно. Чайная чашка выскользнула у нее из рук и с грохотом упала на пол.

– Ты знаешь, где она? – прошептала женщина. – Знаешь, где Лили?

– Я так и знала, что здесь творится что-то неладное! – торжествующе воскликнула Герда. – Она рассказала мне, что ты ни разу не попыталась с ней связаться или увидеться. Это не похоже на твою мать, сказала я. Но она, должно быть, решила, что ты больше не желаешь ее знать. Ведь это не так? – Она с любопытством наклонилась вперед.

– Конечно, нет! – На щеках Зильты выступили красные пятна. – О, сколько раз я писала ей! Франц и Альфред взяли на себя отправку писем. Они не хотят, чтобы я знала, где она.

– Что ж, мне неприятно тебя огорчать, но, похоже, твой муж и сын все это время тебя обманывали, Зильта, – спокойно объяснила Герта. – Лили так и не получила твоих писем. Как и ты ее, полагаю?

Зильта ненадолго закрыла глаза. Ее рот сжался в узкую линию.

– Если честно, я предполагала нечто подобное, – тихо сказала она. – Мне нездоровилось в последнее время. Часто приходилось лежать в постели. – На этих словах она инстинктивно прижала руку к низу живота. – Они беспокоятся за меня. Альфред думает, что все это и так сказалось на моем состоянии. Наверное, они просто хотели меня защитить. Но как они могли заставить меня поверить в то, что моя дочь… – Она покачала головой. – Так где же она? У тебя есть ее адрес?

– Есть. Но твой муж прав, Зильта. Ни в коем случае не ходи туда в одиночку! Это опасный район. Обещай мне!

Зильта взволнованно кивнула.

– Боже мой, и там она живет? Одна? Но как она, у нее все в порядке?

– Ох… – замялась Герда. – Насколько позволяют обстоятельства, у нее все хорошо. И хотя я ничего не могу говорить с уверенностью, что-то подсказывает мне, что она живет не одна.

– Ты хочешь сказать… с мужчиной? – Зильта побледнела еще сильнее. – Но с кем? Кто это может быть?

– Не знаю, но я видела у двери мужские ботинки.

– Что же сталось с нашей семьей… – вдруг прошептала Зильта. – Все ведь было так хорошо.

Теперь по ее щекам текли слезы. Герде очень хотелось обнять ее, но хотя она и годилась Зильте в матери и знала ее двадцать лет, приличия этого не позволяли, поэтому она только ободряюще похлопала ее по руке.

– Напиши своей дочери, Зильта! Она ждет тебя.

Той ночью Зильта долго не могла уснуть. Она смотрела, как луна блуждает над Альстером, прислушивалась к дыханию мужа, который впервые в жизни показался ей чужим. Когда часы в холле пробили два, она тихонько встала, схватила халат и туфли и, выскользнув из комнаты, отправилась в кабинет Альфреда. Она не осмелилась зажечь лампу, но на помощь пришла луна, которая и здесь заливала комнату серебристым светом, проникая внутрь сквозь большие окна. Зильта бросилась к письменному столу и вскоре нашла то, что искала. На протяжении долгих лет совместной жизни она знала, что у Альфреда есть тайник, но у нее никогда не было причины туда заглянуть. Она всегда доверяла мужу. Но теперь все изменилось.

Дрожащей рукой она вытащила письма и без труда узнала почерк дочери. Всхлипывая, она торопливо сунула их в карман и осмотрелась в поисках карты города. Снова и снова она вслушивалась в тишину дома. Когда из камина раздался треск бревен, она вздрогнула.

Наконец, обнаружив то, что искала, она поднесла карту к окну и, проведя пальцем по улицам, – мимо вокзала в сторону гавани, – нашла нужный адрес. Она заучивала улицы наизусть, мысленно повторяя их снова и снова, бормоча под нос названия переулков, пока не убедилась, что точно знает дорогу. Затем она на цыпочках прошла в прихожую и достала из шкафа пальто. И вскоре она уже спешила вниз по темной подъездной дорожке, скрываясь в тени кустарника.

Это была звездная, тихая ночь. Прежде Зильта никогда не ходила одна в темноте. Если подумать, она вообще не была одна – без кучера, без сопровождения. И точно не в этой части города. Тихий и безлюдный, Гамбург казался ей чужим. Дыхание взмывало в ночное небо белыми облачками пара, каблуки цокали по булыжникам, пока камни не уступили место полузамерзшей грязи и слякоти, и туфли не начали вязнуть в нечистотах. Зильта накрыла голову шалью, низко опустив ее на лоб, руки спрятала в муфту – и все равно успела озябнуть. Но она выбрала верное направление, все указатели соответствовали тому, что она запомнила.