Чтение онлайн

Франц только кивнул. Им не обязательно знать о том, что Генри решил избавиться от ребенка сразу после его рождения – это только усложнит ситуацию.

Зильта, которая до сих пор тихо плакала, издала сдавленный звук.

– Вы в самом деле в это верите? – спросила она, глядя на них огромными глазами. По ее блуждающему взгляду Франц понял, что она приняла лекарство. Он подошел к матери и на мгновение заключил ее в объятия.

– Мама, я знаю, как тебе тяжело. Но если ты любишь Лили, ты должна ее отпустить. Это наше единственное спасение. Если Лили останется здесь, ее доброе имя будет навеки запятнано. Этот мужчина может объявиться в любой момент и заявить права на ребенка. Что, если она вернется в трущобы? Ты ведь не хочешь, чтобы твой внук рос в бедности? А так она сможет вернуться к тебе через несколько лет.

Зильта покачала головой.

– Она не захочет ехать, – тихо промолвила она.

Франц кивнул.

– У меня есть план. – Он выпрямился. – Но мы должны действовать сообща.

Йо брел по улицам, не замечая ничего вокруг. После столкновения с Францем он спешно покинул больницу. Он знал, что, если его арестуют, у него не будет ни единого шанса увидеться с Лили. Все тело болело, и он не сразу понял, что эта боль была лишь отражением боли душевной. Страх и печаль отравляли его, словно яд. Лили пыталась убить их общего ребенка. Она даже не сказала ему о беременности. Она чуть не умерла. А, может быть, умирала в те самые секунды, а его не было рядом, его просто не пустили к ней.

И так будет всегда.

Он споткнулся о камень и на мгновение оперся о стену. Так будет всегда. Ее семья вечно будет стоять между ними. У них есть деньги, репутация, власть. Они устанавливают правила. И пока Лили зависит от них, у них нет будущего. Что будет с его ребенком? Кто будет воспитывать его? Неужели ему даже не позволят его увидеть? Он почувствовал, как при одной мысли об этом к горлу подступила тошнота. Он этого не вынесет.

Он брел мимо кабаков и пивнушек, избегая пьянчуг. Добравшись до «Вертепа разбойников», он едва справился со ступеньками, а затем кое-как взобрался на табурет у барной стойки. Ему нужно было как-то заглушить боль – он не мог ни о чем думать, пока она пожирала его изнутри. Поэтому он поднял руку и заказал шнапс.

Нахмурившись, Патти поставила перед ним бутылку.

– Судя по твоему видку, одного стакана здесь будет мало, Йо, – сказала она.

Он молча кивнул. А затем выпил. Быстро и не раздумывая, один стакан за другим. «Что мне делать?», – думал он при каждом глотке. – «Что, черт возьми, мне делать?»

Когда под утро Йо, наконец, вышел на улицу, он едва помнил, как его зовут и где он находится. Ему было очень плохо, все так и вертелось перед глазами. Пройдя несколько шагов, он споткнулся, и его вывернуло в канаву.

– Хо-хо, мальчик, будет!

Внезапно он почувствовал, как на плечо легла чья-то тяжелая рука. В поле зрения промелькнуло большое черное лицо.

– Август, – пробормотал он, выпрямляясь и вытирая рот.

Друг улыбнулся, а в следующий миг Йо, потеряв равновесие, рухнул прямо на него.

Август успел его подхватить.

– Нам лучше найти место поспокойнее, – сказал он.

Йо почувствовал, как Август взял его под руку, удерживая в вертикальном положении. Он до сих пор не понимал, что он здесь делает и почему ему так плохо, но знал, что может доверять Августу и безвольно дал себя увести.

– Мы идем ко мне, – сообщил ему друг, сворачивая в темный переулок. Йо вспомнил, что Август жил на улице, в пустом контейнере позади портовой закусочной.

– Мне… нужно домой, – пробормотал он, но Август покачал головой.

– До меня мы дойдем быстрее. Тебе нужно поесть и поспать, – убеждал он.

Голова Йо снова опустилась на грудь. Он не сопротивлялся. Ему было все равно. Весь мир потерял для него значение. Где-то в воображении он по-прежнему видел перед собой лицо Лили, и весь выпитый им алкоголь был не в силах притупить боль.

Они прошли всего несколько метров вглубь переулка, когда Август вдруг остановился. Он ослабил хватку, и Йо почувствовал на коже прохладный ночной воздух там, где еще мгновение назад его держал друг. Йо моргнул, затем услышал позади странный шорох.

– Что такое? – спросил он, оборачиваясь.

А в следующий миг чуть не задохнулся от ужаса.

Август лежал на земле. Он был весь в крови, на шее – открытая рана. Над ним склонился мужчина. Йо потребовалось несколько секунд, чтобы понять, кто это.

– Рой, – тихо сказал он, непонимающе моргнув. – Что ты?..

Но продолжить он не успел. Рой подошел к нему, и Йо увидел, как сверкнул нож. Живот пронзила острая боль.

Затем он упал.

Лили настолько ослабла от инфекции и у нее так долго не спадала температура, что на взволнованные вопросы родителей о том, выживет ли она, врачи до последнего лишь разводили руками. Но девушка обнаружила такую железную волю к жизни, о какой прежде не подозревала даже она сама. Теперь Лили была готова на все, лишь бы ребенок, от которого она еще недавно хотела избавиться, мог появиться на свет.

– Меня посадят в тюрьму? – прошептала она, когда впервые после визита к фрау Визе увидела отца.

Все это время он сидел рядом с ее кроватью с серым лицом, но, увидев, что она проснулась, быстро вскочил.

– Нет, не посадят. Дядя Роберт позаботился об этом, – сухо ответил он.

Лили подняла на него глаза. Отец по-прежнему казался таким далеким, таким холодным. Я пошла на это ради тебя, хотела сказать она. Но ее остановило суровое выражение его лица.

Эмма винила во всем себя.

– Почему ты не пришла с этим ко мне? – всхлипывала она, но Лили только отмахивалась.

– Я бы никогда не попросила тебя об этом! – сказала она, и это было правдой.

Дядя Роберт позаботился о том, чтобы эта новость не вышла за пределы ее палаты. Умом Лили понимала, что должна раскаиваться в содеянном и что она, должно быть, попадет в ад. Но в душе не было ничего – ни раскаяния, ни стыда. Была только уже знакомая странная пустота, которая пугала ее больше всего на свете. Йо она не видела с тех пор, как он привез ее в больницу.