Чтение онлайн

— Боже милосердный, ты выглядишь так аппетитно, так бы тебя и съел, — заявил он, щекоча ее поцелуями в шею. Саванна рассмеялась, а он, улыбнувшись ее матери, сказал: — Ты тоже выглядишь красавицей, Алекса. Настоящей красавицей. И платье у тебя такое сексуальное.

— Надеюсь, не слишком, — снова забеспокоилась Алекса.

— Ты звезда средств массовой информации из Нью-Йорка. Пусть завидуют, — заявил Генри, абсолютно неотразимый в своем смокинге. Правда, покрой его смокинга был более современным, чем у большинства присутствующих мужчин, и купил он его в Лос-Анджелесе.

Как и ожидалось, Луиза, слишком занятая, не заметила Алексы и Саванны. Поток гостей, прибывших на прием, казался нескончаемым. Но и поместье родителей Скарлетт поражало своими размерами. Когда гости проходили мимо, Генри представлял им Алексу как свою мачеху, что тронуло ее сердце. Когда он говорил это, люди смутно вспоминали давно забытую историю о прежнем браке его отца. Все сочли очень милым, что она и мальчики еще поддерживают дружеские отношения.

Алекса немного поболтала с Генри, потом подошла и снова ушла Саванна, затем появился Том и напомнил насчет танца. А вскоре вся семья ушла, чтобы сняться вместе с женихом и невестой, и Алекса побродила вокруг одна с бокалом шампанского в руке. В толпе она заметила несколько смутно знакомых лиц, но не встретила никого хорошо знакомого и вздохнула с облегчением.

Полчаса спустя вновь появился Генри и повел ее к столу. У дверей ей вручили карточку с номером стола.

— Ого! — воскликнул Генри, заглянув в ее карточку. — Кажется, тебя сослали в Сибирь. Что и следовало ожидать. Должно быть, в рассаживании гостей принимала участие моя мать.

Оба рассмеялись, потому что она тоже этого ожидала.

— Храни ее Господь!

После ее слов они рассмеялись еще веселее.

— Вот именно. Она меня сегодня не замечает, потому что я отказался прийти с женщиной. Теперь могу сказать, что пришел с тобой.

Алекса была рада поболтать с ним. Он умел поддержать компанию и любезно сопроводил ее к столу. Потом ушел на свое место, которое находилось в противоположном углу шатра. Саванна тоже сидела отдельно. Но прежде чем уйти, Генри шутливо предупредил Алексу, что нынче вечером здесь ожидается множество знаменитостей: будут, вполне вероятно, президент, королева английская и, разумеется, папа римский. Генри остался таким же забавным шутником, как в детстве, и Алекса всегда любила его, впрочем, так же как и Трэвиса. Но Трэвис в отличие от младшего брата был гораздо более спокойным ребенком.

За столом Алексы сидели очень приятные люди — четыре пожилые супружеские пары, примерно ровесники ее матери, а рядом с ней католический священник, оказавшийся весьма интересным собеседником. Однако вопреки надеждам ее матери прекрасного принца Алекса здесь сегодня едва ли встретит. Но она этого и не ждала.

Несколько раз в течение вечера к ней подходил Генри. Время от времени мелькали вдалеке Саванна и Тернер, а когда после ужина начались танцы, Генри повел ее танцевать. Весь прием по случаю бракосочетания проходил в шатре невероятных размеров.

— Как ты думаешь, они купили его на деревенской ярмарке? — спросил Генри, когда они начали танцевать, и Алекса усмехнулась. Шатер, казалось, соорудили из десяти тысяч миль белого атласа.

Алекса и Генри станцевали два танца, потом их заметил Том и отобрал ее у сына. Музыканты только что заиграли фокстрот, и он умело повел ее в танце. Танцуя, Алекса испытала странное чувство, но решила не обращать на это внимания. Они сделали крутой поворот и налетели на мужчину, который пробирался через толпу танцующих, видимо, направляясь к бару. Том сначала не обратил на него внимания, потом узнал. Он держал Алексу за руку и потянул за собой, не желая отпускать ее. Алекса как будто уже где-то видела этого человека, но понятия не имела, кто он. Высокий, с манерами джентльмена, виски тронуты сединой, на вид ему около пятидесяти лет. Мужчина улыбнулся, увидев Тома; улыбка его стала еще шире, когда он увидел Алексу.

— Что вы здесь делаете? — с улыбкой спросил незнакомец, вероятно, с кем-то ее спутавший. Она надеялась, что не с Луизой.

— Простите?

— В прошлом месяце я часто видел вас в новостях по телевизору. Вы выиграли очень трудное дело, советник. Примите мои поздравления! — сказал он. Смущенная и польщенная, она удивилась, что он узнал ее здесь. Правда, Алексу сначала встревожило, что его одобрительная улыбка и похвала относятся скорее к ее декольте, чем к интеллекту. Но все было не так плохо.

И тут Том представил их друг другу. Пришел ее черед удивляться.

— Сенатор Эдвард Болдуин, — официально представил его Том, и Алекса поняла, почему лицо мужчины показалось ей знакомым. Это был сенатор от Южной Каролины, и говорил он, как почти все здесь, с чарлстонским южным акцентом.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, сенатор. — Алекса улыбнулась.

Они обменялись рукопожатием, сенатор кивнул и направился в бар, а Алекса с Томом продолжили танец, разговаривая о том, какая красивая получилась свадьба. Должно быть, это торжество обошлось родителям Скарлетт в миллион долларов, но чего не сделаешь для единственной дочери. Алексе нравилась скромность Скарлетт и ее желание работать медицинской сестрой, а через несколько лет обзавестись детьми.

В невесте Трэвиса не было ничего показного или претенциозного. Алекса это одобряла, Том тоже. Луизу потряс размах свадьбы. Предварительный ужин прошел гладко, и она постаралась сделать все возможное, чтобы родители невесты не смогли ее переплюнуть, но такого все-таки не ожидала.

Том станцевал с Алексой еще танец — медленный вальс в честь старшего поколения, который напомнил ей об их свадьбе в Нью-Йорке. Потом он отвел ее за стол. При таком шуме невозможно было вести серьезный разговор, и это радовало Алексу. Во взгляде Тома появилась тоска, он уже выпил слишком много шампанского. Алекса поблагодарила его за танцы и продолжила разговор со священником.

Два часа спустя, когда она собиралась незаметно вернуться к себе в отель, неожиданно появился сенатор Болдуин и уселся на стул, с которого только что поднялся священник.

— Здесь кто-нибудь сидит? — озабоченно спросил он.

— Только папа римский, — небрежным тоном сказала Алекса, и сенатор громко рассмеялся. — По словам моего пасынка, папа собирался быть здесь, но это оказался всего лишь священник из местной церкви. Он ушел.

— Я как завороженный следил за вашим делом, — вернулся сенатор к прежнему разговору. — Как вам удалось не позволить федералам забрать его у вас, несмотря на то что было затронуто столько штатов?