Чтение онлайн

– Я не понимаю...

– Любовь – крылья за спиной. Вырастает крыло у меня и еще у одного хорошего человека. Чтобы взлететь, надо просто обнять друг друга.

– Ты сказочник! Сильно идеализируешь любовь в своей жизни, – посмеялся Кеша. Он искренно пытался перекричать гул праздничных компаний, отчаянно веселившихся за соседним столиком.

– Эти крылья – самое большое сокровище в мире, – продолжал Илья, как ни в чем не бывало.

Ветрогоны орали под самым носом, но он каким-то чудом научился их не замечать и на них не реагировать.

– Красивая, но бесполезная сказка про любовь, – резюмировал Кеша.

– Почему? – удивился Илья. – Мне кажется, так оно и есть.

– Я никогда не встречал такую девчонку, чтоб с ней захотелось летать. Через некоторое время от нее хочется бежать. И это правда. Может, мне не везет, но любви нет. Это инстинкт и желание.

– Любовь есть, Кеша, – улыбнулся Илья словно грустный клоун. – Она выписывает билеты, расставляет знаки на обочинах дорог и отправляет всех влюбленных в аэропорт.

– Мы увидимся в позабытом аэропорту при попытке успеть на когда-то отправленный рейс...

– Я успею, Кеша. Я обязан успеть. Она без меня пропадет. Мы заложники друг друга в этом мире. Если я не успею, сила из союзника превратится в демона и сотрет нас с лица земли.

– Что?! – громко удивился Кеша.

– Я не могу материализовать нашу встречу, потому что я сомневаюсь. Меня расформируют на атомы и молекулы за сомнение в том, нужен ли ей я.

– Странный ты человек. Все у тебя не так, как у людей. Ты не можешь поверить очевидному, ее никогда и не было.

– Она есть, Кеша. И ей грозит большая опасность. Это все, что я знаю наверняка. – Илья отпил пиво и примолк. Компания ветрогонов разгулялась и делала все, чтобы прервать едва уловимую связь между Ильей и Динкой. Находиться рядом с ними было невыносимо.

Динка очнулась в кафе и в ту же минуту вспомнила, что альтернативная реальность существует. К сожалению, она об этом забывала в ту же минуту, как ее душа стукалась об землю после ночного полета. Хоть Динка никак не могла забыть привкус кофе после ночных путешествий, но она не могла себе объяснить, как такое получается. Некоторое время Динка мечтала о том, чтоб прихватить из одной реальности в другую какой-либо волшебный предмет. Но «волшебный предмет» выскальзывал из руки, рукава, джинсов и не проходил «код доступа» у строгих наблюдателей ментальных коридоров и границ. Динка возвращалась к жизни без памяти, что где-то далеко она проживает совсем другую жизнь. И в этот раз, сидя в кафе, она мечтала об одном – не забыть об этом, когда ее душа вернется на материк – Землю. Старичок словно вышел из стены. Подтянутый, моложавый, с совершенно не запоминающимся лицом. Описать это лицо не представлялось возможным. Оно было совершенно нормальным. Глазу не за что было зацепиться. Только синие, как лед, глаза делали его узнаваемым из тысячи подобных лиц.

– Звездочка моя! Звонкий мой колокольчик! Вспомнила, моя девочка! А я думаю, где она заигралась! Где она пропадает! Нежный голос души моей! Одиноко мне здесь! – неожиданно пожаловался старичок и критично осмотрел Динку с ног до головы. – Задала ты нам работу! Лучшие специалисты разводят руками! Петляешь по городу, путаешь следы! Новая революционная форма энергии! Ты нам очень нужна! – Старичок ласково подмигнул Динке. – Я очень нуждаюсь в твоей энергии и силе! А ты нуждаешься во мне! Без нас ты точно пропадешь! Жертвоприношения бабочки можно избежать. Идти, кроме нас, тебе не куда. – Старичок смотрел на Динку с восхищением. – Это мой мир! У меня долгое время не было ничего своего – ни имени, ни Пути, ни дома. Эта планета была бесхозная. Я просто привел ее в порядок. – Глаза старичка наполнились ледяным блеском. Будто их заполнила свежая талая вода. – Подарить людям любовь – значит их оскорбить. Им так хочется получить в подарок чувство собственного величия. Знание об уникальности своей личности. Конкретную цель в жизни. Собственную исключительность. Доказательство своей избранности. Мозг – хитрая клетка. Он создает человеку иллюзии, что он думает. Но это не правда!

– А кто создает? – недоуменно переспросила Динка.

– Думаю за всех я. Они только повторяют мои лучшие наработки в области человеческой психологии. Люди действительно уникальны. По наивности и доверчивости им нет равных во всей Вселенной. Они обожают все яркое. Обожают повторять громкие фразы. Это развязывает руки настоящему манипулятору. Например, Незнайке в Солнечном городе. – Старичок хитрил, но сквозь неожиданное лукавство сверкал настоящий голодный волчий блеск.

– Что? – Динка чуть не проснулась от удивления.

– А то, – подмигнул ей старичок. – Я действительно много про тебя знаю. Осталось вычислить тебя в большом городе и устроить встречу в прямом эфире. – Хе, хе, хе...

Старичок закашлялся, а изумленная Динка выразительно захлопала серыми глазами.

– Да, – повторил старичок. – Я знаю, Незнайка – твой символ свободы, индивидуальности, смелого решения. Еще я знаю, что падение Солнечного города не было случайным. Я – отличный манипулятор. Я придумываю новости задолго до их выхода в эфир. Каждый сезон я изобретаю новую фишку, которую за мной повторят миллионы. Я дарю людям иллюзии. В моем мире живут счастливые люди. Они знают, чего хотят, и тратят огромное количество сил, чтоб заработать счастье. Единственный недостаток моего мира – ты и такие, как ты. Вы ноете, плачете, смущаете умы. А сами не в силах предложить ни одной новой идеи. Мой мир – богатство и слава. Только не говори, что ты не такая! Я видел столько судеб, трагедий, драм! Не поверишь, иногда, играя с Индиго в игры на выживание, я мысленно болел за них, делал ставку на их разум и любовь. Мечтал, чтоб они прошли свой путь до конца. Не прогнулись, не предали мир, который их отправил в экспедицию и так подло про них забыл. Я ждал чудес веры, воли, любви. Мысленно проговаривал блистательные диалоги, жесткие споры. Мысленно им аплодировал, восхищаясь силой, волей и талантом. И что ты думаешь? Когда Индиго попадал ко мне, он был готов на все! Я ждал настоящего мифотворчества, великого соперника. Некий дух, который оправдает и мое существование в том числе. А ко мне приходил клоун, заяц, паяц. Мне было стыдно, что я с ними играл в эти игры. Они не способны оценить моих тонких иллюзий, намеков, тайн. Они попадали в мой музей восковых фигур. Куда я их помещал без жалости и упрека. Где бы ни начался Путь, он заканчивается на складе моего музея. Я дрожал и надеялся, что ко мне придет настоящий игрок. Что на небе заметили мое отсутствие, проявили уважение и послали настоящего Бога. Но ко мне приходят дети. Я видел гордецов, которые выпрашивали место в моей свите. Подкупал неподкупных. Ставил на колени невинных. И поверь, собрал достойную коллекцию, которой позавидует любой музей мира. Нерастраченная нежность, задушенный потенциал, песни несчастной любви, растраченные годы, слезы одиночества, монолог непонимания. Иногда у меня складывается впечатление, что я один в этом мире. Здесь так давно все происходит только так, как я захочу, что я боюсь, что себя я тоже придумал. Я играю свою роль. Но никто не знает, людям не понять – мое главное проклятие в том, что я не могу умереть. – Старичок вздрогнул. В этот момент фигурка его чуть сжалась. Перед Диной сидела чуть согнутый старичок-пружиночка, который мечтал, но не мог умереть. – Я действительно бессмертный. – Старичок дрожал и внимательно смотрел на Динку каким-то особым брезгливым, высокомерным взглядом. – Я хотел умереть. Но не смог. Я вечен. Эта планета – мой странный дом, покой, пенсия, старость. Я играю с людьми в солдатики. И мы летим, как голубой мячик в космосе. Не мешай мне. Уходи домой. Ты здесь не нужна. Я не хочу тебя испытывать. Мне страшно. – Старичок протер большим пальцем глаза, которые словно наполнялись талой водой.

Динка засунула руку в карман джинсов и тут удивилась по– настоящему. В кармане лежал маленький пластмассовый солдатик, которого она нашла в киндер-сюрпризе. «Видно, Майка подбросила», – растерянно пронеслось у нее в голове. Динка посмотрела старичку в глаза.

– Не смотри, – старичок прикрыл лицо двумя руками. – Жжет. Ты опалишь и исчезнешь. А мне здесь жить вечно. Уходи! Скоро за тобой придут!

Динка сжала в руках пластмассового солдатика, и тот треснул пополам. В воздухе будто что-то щелкнуло. В кафе запахло озоном. Подул свежий ветер, будто где-то далеко кто-то открыл невидимую глазу ДВЕРЬ. Поведение старичка было странным для бессмертного. Он схватился за сердце и повалился на столик. А вскоре рассеялся как дым. На месте исчезновения старичка осталась банка с пауком.

Динка машинально взяла ее в руки, пытаясь разгадать истинный смысл сна. Она знала, что все кончено. Самое страшное позади. Пространство подчинилось ее мысли, вздрогнуло под напором ее воли и намерения. С этой минуты ей больше ничего не страшно. Динка знала, что с утра она все забудет, а потому стремилась задержаться во сне, чтоб как следует все обдумать.

Динка проснулась с солдатиком в руке и никак не могла вспомнить, зачем сжимала его с такой силой, что он врезался в руку до образования набухших кровью рубцов и даже сломался пополам.

– Алло! Кеша!

– Алло! Старик, ты соображаешь, сколько времени? – Кеша тянулся к будильнику. – Шесть часов утра! Ты сошел с ума!

– Я открыл ДВЕРЬ! Это чудо, но она поддалась!

– Как ты про это узнал? – Открытие ДВЕРЕЙ Кеше не нравилось даже спросонья.

– Я прошел сквозь пустоту и уперся в ДВЕРЬ. Я открыл ее. Ветер света, сквозняк желаний!

– Как ты понял, что открыл правильную ДВЕРЬ?

– Щелчок! Где-то далеко раздался щелчок! Если все прошло правильно, скоро исполнится мое желание!