Чтение онлайн

— А если это действительно так, что некая часть Синити осталась в этом страшном семени. Для меня есть угроза? Она ненавидела меня.

— И продолжает. — Провидица вздохнула, — вот тут не знаю. Если проклятье полностью поглотит нового хозяина, то возможно им завладеют и желания прежней корхи, ее помыслы…ее жажда.

— Надо же, сегодня ты удивляешь, — скривился злой как черт Соул, бросил короткий пылающий взгляд на Кит, но быстро отвел глаза, — ты чего-то не знаешь, вот так дела.

Хитки невозмутимо улыбаясь, откинулась на спинку стула и Кит показалось, что ее глаза заволокло еще большей чернотой, настолько, что цвет радужки совсем слился со зрачком. В следующий момент Кит вскочила как ужаленная, от неожиданности, от ужаса и от тех слов, что произносила эта миниатюрная юная девушка. Из глубины ее горла проскрипел хриплый, дребезжащий звук, голос древней старухи!

— Ты, жрец, питал ее ненависть, взращивал и преумножал. — Лицо Хитки исказилось в гримасе презрения и теперь она, исподлобья, буравила Соула жуткой чернотой глаз.

Тот, услышав ее слова, со всего маху ударил ладонью по деревянной столешнице. Из-под его пальцев, лизнули беленое дерево оранжевые язычки пламени. Стол затрещал, рискуя расколоться надвое. Миска с орехами с лязгом подпрыгнула и по каменному полу рассыпались все орехи. Кит, сделав пару шагов назад, ошарашенно глазела на этих двоих сумасшедших, метающих в друг друга искры гнева.

— Я никогда этого не делал! Я бы не стал пытаться навредить дочери Саддара таким способом!

Хитки глухо засмеялась, запрокинув голову. Замолчала и снова опустив голову, вкрадчиво, с ехидной издевкой продолжила выплевывать с хрипом то, отчего по волосам Соула скользнули волны пламени.

— Глупец! Корха видела твое лицо, твои голодные глаза, что искали источник того, что способно усмирить твой огонь, твой неутихающий жар… — Хитки понизила голос до шепота, но Кит не решилась подходить ближе, задержала дыхание, силясь не упустить и слова, — и когда ты его нашел, она поняла — жрец огня не останется прежним, вкусив разгоряченным телом свежесть утреннего инея на траве.

Кит тряхнула головой, словно это могло привести в порядок путаницу в голове от загадочных фраз Хитки. Черти что, она ничего не поняла, но одно уяснила твердо, теперь и ей угрожает опасность. Не верить провидице, что сейчас довела Соула до предельного бешенства, у нее оснований не было. Вон как раскипятился, запустил огненную рябь по темно-красным волосам — верный признак, Соул Корган теряет контроль над собой слушая нечто, что являлось горькой, неприятной, но правдой для него.

В отличие от Кит, ничего не понявшей из последней тирады Хитки, жрец огня замер, и в его глазах промелькнула тень понимания. До него дошел скрытый смысл всего услышанного, что заставило его даже выпустить огонь во вне. Плотно сжатые губы, движение мышц под слегка побледневшей кожей лица…Он молча встал.

— Вы знаете кто убийца? — Кит задала свой последний вопрос на сегодня, Соул даже не взглянул на нее, уставившись на очаг позади сидящей за столом Хитки.

Та покачала головой, но при этом смотрела на застывшего Соула. Медленно перевела взгляд на Кит. Черные глаза снова стали прежними.

— Знала, не сказала бы.

Соул, наконец, взглянул на Кит. Жрец огня тоже взял себя в руки. Лицо расслабленно-спокойное, а глаза перестали выдавать огненные вихри.

— Все, Кит. Сеанс закончен, нам нужно возвращаться.

— Да. — Согласилась Кит и подошла к нему, но все-таки не удержалась и обернулась на оставшуюся за столом девушку, — почему не скажете?

Ладонь Соула сжала ее локоть. Да знает она, что пора уходить! Но что поделать с ноющим внутри любопытством?

— Это твой путь Кит. Иначе мне не придется поздравлять императора с появлением высшего в славном роду Саддаров. К следующей весне…У него будут глаза цвета зимнего моря.

Из горла вырвался судорожный выдох. Кит перевела полные изумления глаза на окаменевшего Соула… И утонула в море эмоций его застывшего взгляда — здесь и неверие, и удивление, и отголоски горечи, мелькнула тень боли… Янтарные глаза опустились к ее губам.

— Соул? — прошептала Кит, но тот, скрипнув челюстью, с тихими проклятиями, увлек ее в темноту коридора.

Это ведь она о предстоящем замужестве сказала! Глаза цвета моря! Неужели Гэнсу суждено быть ее супругом и зря в сердце Кит зарождались тревожные сомнения. А может и не нужны для счастливой семейной жизни страсть и влечение, которых ей не хватало в их отношениях с молодым Хоуортом? Кит поморщилась — а причем здесь поиск убийцы? Ох, уж эти провидицы с их вечно путаными предсказаниями.

Они вышли на улицу и Кит с удивлением отметила, что солнце двинулось к горизонту окрасив, верхушки высоченных башен в багровые тона. Уже почти вечер и сюда, в узкие, ветвистые каменные улочки Сайконга спустился прохладный полумрак.

Соул провел ладонью по лбу, по гладкому шелку темно-красных волос и оглянулся по сторонам.

— Нам нужен экипаж. Нужно возвращаться во дворец.

— Почему ты не рассказал о Киаране и о том, что он провожал ее?

Он полностью проигнорировал ее вопрос и, деловито махнув в сторону центра, бесцеремонно подхватил за локоть.

— К центральной площади, там мы найдем на чем добраться.

Кит попыталась вырваться, но цепкие пальцы сжались сильнее.

— Я тебе вопрос задала!

— Узнал об этом сегодня. — Соул быстро шел, глядя прямо перед собой и Кит скользнув взглядом по острым скулам, с раздражением, задыхаясь от быстрого шага, прошипела.

— А… у Коичи. Пока вы лапали одну на двоих голозадую девку?

— Да! — рявкнул над ухом Соул и Кит оказалась прижатой к темной, холодной стене, — пока мы лапали голую девку!

К горлу подкатил ком, когда Кит почувствовала его руки на бедрах. Метнулась было в сторону, но путь преградила ладонь у лица на стене. Прижал еще ближе…Зажатая между холодной стеной и таким же твердым как камень, горячим телом Соула, Кит опустила глаза, почувствовав его дыхание на виске.

— И если бы кое-кто не притащил свою аппетитную задницу к Коичи, мой вечер в компании голых девок мог стать многообещающим.

Как витиевато, — сморщилась Кит от таких бесстыдных откровений и попыталась вырваться, но напор стал сильнее, позволяя ощутить ей все. Все! От груди, вверх по шее, следом лицо залило краской смущения.