Чтение онлайн

Эйджер, находившийся рядом с Линаном, и Гудон в строю Красноруких лучше разбирались в смысле происходящего и могли определить, когда четты брали верх или же, наоборот, получали отпор – и от этого Линану в некотором смысле приходилось еще тяжелее. Отдав приказ о начале атаки, он почти никак не мог больше повлиять на события – пока не придет время дать вступить в бой центру или резерву, а ему крайне не хотелось этого делать до получения какого-то ясного представления о положении дел на флангах. Ему нужно было знать, с какого рода войсками столкнулись его верховые стрелки и не сцепились ли они на каком-то фланге с рыцарями Двадцати Домов. Требовалось узнать, какого качества войска противостоят им, тверды они духом или деморализованы. Он знал, что Коригана прислала бы ему всадников со сведениями, будь у нее такая возможность, но эта атака, казалось, продолжается уже много часов.

– Твой центр становится норовистым, – предупредил Гудон.

Линан окинул стой взглядом и увидел, что Краснорукие и воины из клана Океана выглядят разочарованными. Они постоянно ерзали в седлах, дергали тетивы луков, обнажали и снова убирали в ножны мечи.

Линан пришпорил кобылу, пустив ее легким галопом. Сперва он проскакал перед кланом Океана, так, чтобы воины наверняка заметили его, а затем обратно к Красноруким. Когда он завладел вниманием всего строя, то остановился перед ним.

– Наше время скоро настанет, но вы должны проявить терпение. После этой битвы никто на всем Тиире никогда не сможет выступить против четтов, не испытывая страха! – Четты разразились торжествующими криками. – Вы мои воины, и сегодня я сам поведу вас в бой.

Крики сделались громче, и он вернулся к Эйджеру с Гудоном. Гудон похлопал его по спине.

– Поистине, маленький господин, это было неплохо.

– Весьма неплохо, – допустил Эйджер. – Не Элинд Чизел, но неплохо.

– А что сказал бы мой отец?

– «В атаку», – усмехнулся Эйджер.

Линан был удивлен.

– Просто «в атаку»?

Эйджер пожал плечами.

– Скорее: «В атаку, долбанные шлюхины сыны», но общее представление ты получил.

Слух о чудотворце быстро распространился. К трактиру приносили все новых и новых пострадавших.

Олио уже не вполне сознавал, что делает. Исцеляющий поток протекал через него подобно реке голубого огня в его голове. Поле зрения сузилось до такой степени, что он уже едва видел укладываемых перед ним жертв пожара. Рука его протягивалась вперед, касалась кисти, или глаза, или рваной раны, а затем перед ним клали другого.

Через некоторое время он стал слышать голос, зазвучавший в голове, и голос этот казался знакомым, но никак не удавалось совместить его с каким-то именем или лицом.

Ему было нужно остановиться, но он не знал, как. Принц попытался сказать «довольно», но с его уст не слетело ни звука.

И все это время тот голос пытался сказать ему что-то – Олио был уверен, что-то очень важное.

Новые жертвы. Он почувствовал, как падает, но чьи-то руки подхватили его и удержали на ногах. Река огня становилась все шире и шире, в глазах у него все больше и больше меркло, и вот настал момент, когда он уже не видел ничего, кроме этой реки. Ему захотелось войти в нее, покинуть эту юдоль, и не успел он пожелать, как это случилось. Он плыл, уносимый течением реки, и ее воды постепенно покрывали его, пока наконец он не утонул в свете. На миг Олио в последний раз услышал тот голос где-то в затылочной части головы, вновь и вновь повторяющий единственное слово – и узнал в этом голосе свой собственный. А затем голос пропал.

– Пехота не сможет долго такое выдержать, – прокричала Чариона, перекрывая грохот битвы. – Оба наших фланга начинают рушиться. Большая часть пехоты и легкой кавалерии уничтожена. Мы должны задействовать тяжелую кавалерию!

– Нет! – крикнул Гален в ответ. – Еще не время. Центр четтов еще бездействует. Если мы сейчас пустим в ход рыцарей, нам больше нечего будет бросить в бой. Пехота должна продержаться, иначе все погибло.

Оба командующих умолкли и перевели взгляды на Сендаруса. Тот лично посетил каждый фланг и видел, какие они несли потери. Отряд четтов налетал галопом, выпускал залп стрел, а затем отступал, сменяемый другим отрядом. Сам по себе ни один из этих залпов не причинял большого вреда, но в целом они начинали наносить значительные потери и разрушали боевой дух. Все попытки контратаки приводили пока только к уничтожению преследующих частей. Но Гален был прав. Пока Сендарус не узнает, что Линан намерен предпринять в центре, у него не оставалось иного выбора, кроме как сдерживать рыцарей. И все же кое-чем помочь флангам он все-таки мог.

– Уводите лучников с того бугра, – приказал он Чарионе. – Перебросьте их всех на левый фланг. Дальность боя у них выше, чем у конных стрелков. А когда вражеская атака начнет слабеть, переведите их на правый фланг.

Чарионе хотелось услышать совсем не это, но у нее хватило ума понять, что на данном этапе сражения ей ничего большего от Сендаруса не получить, и она поспешила к своим войскам отдавать приказ.

– Это оставит уязвимым наш собственный центр, – указал Гален.

– И представит для Линана соблазнительную цель, – контрдоводом ответил Сендарус. – А как только он сделает ход, мы будем знать, где именно нам задействовать наших рыцарей. Надеюсь, он двинется в бой скорей раньше, чем позже.

Гален молчаливо согласился.

Дженрозе все это казалось таким нереальным. Рядом с ней, сидя на одном из крупных жеребцов, взятых из числа трофейных после победы на Воловьем Языке, Камаль пристально смотрел прямо вперед, иногда чуть поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. Лицо его оставалось почти невозмутимым; лишь лоб самую малость морщился, когда он иной раз хмурил брови. Перед собой Дженроза видела лишь редкий строй Красноруких и воинов клана Эйджера. А дальше за ним раздавался приглушенный металлический грохот, похожий на шум, доносящийся на улицу с вовсю работающей кухни. Над равниной медленно плыла туча белой пыли.

Дженроза попыталась увидеть что-то мысленным взором, но там не наблюдалось ничего, кроме ее собственного замешательства. Она гадала, что же в данную минуту думали Подытоживающая и другие прибывшие с армией маги. Предыдущей ночью она спросила у По-дытоживающей, нет ли какого-нибудь заклинания, которое она могла бы применить для обеспечения победы, и та посмеялась над ней.

– Мы можем устроить дождь, – сказала Подытоживающая, – но не вижу, чем это может помочь. Или же можем устроить пожар и надеяться, что он распространится по траве в нужном направлении, но не вижу, чем и это может помочь. Нет, лучше всего пристегнуть меч и присоединиться к тому, вместе с кем ты готова умереть.

Ну, хотя Дженроза не очень-то владела мечом, она была вместе с Камалем и именно здесь собиралась оставаться. К ним галопом подскакал всадник.

– Его величество просит вас подъехать к нему.

Камаль кивнул, и они с Дженрозой последовали за всадником. Эйджер, Гудон и Коригана были уже там.

– Есть какие-нибудь признаки тяжелой кавалерии? – спросил Камаль.

Коригана покачала головой.

– А как насчет Аривы?

Коригана снова покачала головой.

– Но они перевели на свой левый фланг лучников. Я начинаю терять всадников. Если же я отведу свои силы с этого крыла, вражеский командующий просто перебросит лучников на другой фланг. Если не предпринять чего-нибудь, вся наша атака застопорится, а я уверена, что их пехота вот-вот не выдержит и рассыплется.