Чтение онлайн

Из всего состава инспекторского отделения в то время в штабе находились только мой заместитель подполковникА. А. Московцев и майор И. П. Любимов. Остальные были в командировках.

Однажды утром подполковник Московцев прямо-таки ошарашил меня неожиданным предложением:

— Товарищ полковник! Есть возможность достать билеты в Театр Красной Армии. Не хотите ли?..

В театре я был очень давно. Так складывалась жизнь. После окончания академии служил в городе Речица, воевал на Карельском перешейке, позже — пограничный городок Вяртсиля и снова Белоруссия. С первого дня войны на фронте...

В тот же вечер с разрешения начальника штаба мы с Московцевым отправились в театр. Но увы! Не суждено мне было и на этот раз насладиться игрой артистов. Возле нашего четвертого ряда стоял офицер штаба. Он тихо сказал мне:

— Товарищ полковник, вас срочно вызывает командующий.

Пришлось распрощаться с Московцевым.

Через двадцать минут я был в кабинете командующего гвардейскими минометными частями. Там уже находились члены Военного совета Дегтярев и Гайдуков.

Генерал Аборенков сразу же приступил к делу:

— Товарищ Нестеренко, вы должны завтра утром выехать в штаб Северо-Западного фронта, в оперативную группу генерала Бажанова. Он туда прибыл недавно, ему надо помочь. Полки его раздерганы подивизионно, разбросаны на большие расстояния и перемешаны. Из-за распутицы затруднено снабжение. Разберитесь и доложите, что можно и нужно сделать.

Командующий встал из-за стола, прошелся по кабинету:

— Вот что еще. О своем прибытии обязательно доложите командующему фронтом генералу Курочкину и члену Военного совета Булганину. Просите их помощи в обеспечении полков горючим и продовольствием. Убедите их, что дивизионы надо собрать в свои полки и отвести в безопасное место.

...В четвертом часу утра с водителем из опергруппы Ю. П. Бажанова на юрком «газике» мы уже мчались по Ленинградскому шоссе на Северо-Западный фронт. Весна в сорок втором выдалась ранняя. До Калинина дорогабыла сравнительно хорошая, но чем дальше, тем она становилась хуже. Места вокруг были низменные, болотистые. Покрытие шоссе не выдерживало большого потока тяжело груженных машин. В асфальте сплошь и рядом образовались провалы, а кое-где он вспучился. Когда грузовая машина попадала колесами в провалы, она тут же садилась на дифер. Вытянуть ее было труднее, чем из самой густой и вязкой грязи. Приходилось еще больше разрушать асфальт. Тогда только трактор мог вытащить машину. Многие участки дороги были покрыты толстым слоем хвороста, засыпанного землей, а обочины изрыты поперечными дренажными канавками. Все это затрудняло движение. В некоторых местах легче было проехать вне дороги — по раскисшему грунту.

В пути у нас случилась неприятность. Водитель заметил, что мотор стал быстро нагреваться. Оказалось, что потерялась пробка картера и все масло из него вытекло. Запасной пробки не было. Решили попытаться найти утерянную. Для этого пришлось пешком идти обратно по следу вытекавшего масла. Примерно через километр масляный след оборвался. В этом месте мы начали искать маленькую металлическую пробку, руками осторожно перебирая каждый прутик настила. К нашему счастью, мы все же нашли ее. Снова налили масло в картер и двинулись в путь.

На второй день мы прибыли в штаб фронта. Командующий фронтом генерал П. А. Курочкин и генерал Ю. П. Бажанов в это время находились на левом крыле фронта. В штабе опергруппы гвардейских минометных частей я застал вновь назначенного начальника штаба полковника А. П. Ярового. Мы с ним учились в академии на одном курсе. Прибыл он на Северо-Западный фронт несколько дней тому назад. Перед этим в Москве мы встретились с ним случайно: Яровой был вызван в отдел кадров гвардейских минометных частей на переговоры. Тогда он меня расспрашивал, что это за войска и следует ли соглашаться на новое назначение.

— Я же артиллерист-корпусник, а тут предлагают в какую-то неизвестную артиллерию, — говорил он.

Я ему тогда порекомендовал дать согласие не раздумывая. И вот мы снова встретились. Яровой первый рассказал мне о том, что снабжение частей прервано, что поступают тревожные радиограммы об отсутствии снарядови продовольствия. В то же время противник, контролируя шоссейную дорогу, идущую с запада на Демянск, активизировал свои действия. Замкнуть кольцо окруженной фашистской группировки в районе Демянска нашим войскам не удалось. Гвардейские минометные полки П. В. Шутова, А. А. Налбандова и Г. И. Мартынова оказались без снарядов.

После разговора с Яровым я тут же отправился на доклад к члену Военного совета фронта Н. А. Булганину. Он принял меня дружелюбно. Посетовал на раннюю весну и отсутствие дорог, рассказал о мерах, которые принимались и принимаются, чтобы помочь полкам, находящимся за рекой Ловать. Помощь эта заключалась в том, что им на парашютах сбрасывали продовольствие и боеприпасы — в основном патроны к винтовкам и автоматам. Делались попытки на парашютах сбрасывать и ящики с реактивными снарядами, но многие из них падали в болота и озера. А те, которые удавалось разыскать в лесу, стоило большого труда дотащить до огневых позиций. К тому же снаряды, попадая в воду, приходили в негодность. В день моего приезда также готовилась операция по сбрасыванию боеприпасов и продовольствия войскам, находившимся на передовой линии и отрезанным от своих тылов из-за внезапно наступившей распутицы.

К концу беседы Булганин спросил меня, что я намерен делать. Я доложил, что хочу пробраться к полкам, находящимся за Ловатыо.

— Думаю, что надо постараться переправить полки на восточный берег реки, — сказал я. — Без снарядов держать их на прежних позициях опасно.

Мое решение Булганин одобрил и попросил ежедневно радировать обо всех трудностях. От Булганина я направился в штаб артиллерии фронта. Командующий артиллерией генерал П. Н. Ничков находился на левом крыле фронта. Меня встретил начальник штаба генерал-майор Владимир Иосифович Брежнев. Он тоже посетовал на отсутствие дорог.

— Кто в этих болотах не бывал, — пошутил генерал, — тот и горя не видал.

На другой день, получив продукты, горючее, пилу, трос, домкрат, лом, траковые цепи к колесам, мы двинулись в путь. Офицера штаба для сопровождения мне не выделили, так как почти все они были в разъездах.

К счастью, наступили солнечные дни. Кое-где на возвышении дороги стали просыхать, и мы уже сравнительно легко преодолевали еще вчера не проходимые места. Всего лишь два раза за весь путь пришлось прибегнуть к посторонней помощи, чтобы вытащить машину.