Чтение онлайн

Да. Всему виной был нетерпеливый, вспыльчивый характер, доставшийся мне от отца. Не лучшие качества для журналиста.

— Хорошо. — Сказала я покорно, предварительно шумно выдохнув свое негодование. — Я доработаю материал и вернусь. Найду надежных свидетелей… к черту, сама отправлюсь туда под прикрытием!

— Не смей! — Гаркнул Карл, вскочив со своего кресла. — Знаешь, детка, это слишком далеко зашло. Я запрещаю тебе работать над этим. Вот. — Спешно раскидав одной рукой бумаги перед собой, он схватил со стола полупрозрачную синюю папку с парой листков и швырнул мне. — Возьми. Фармацевтический завод в Дэстоне сливал отходы в почву. Двухголовые телята, красная кукуруза, слепые от рождения дети. Тебе нужно громкое дело? Вот оно! Нам нужен человек, чтобы осветить его с места событий.

Я присвистнула, заставив Карла скривиться, как от зубной боли.

— И вы так просто отдаете мне это? Лишь бы бросила свое расследование? Что происходит, Карл? Если бы я не знала вас, то решила бы, что Железного Райта купили или запугали!

— Луна Энворд, — прохрипел он, прошив меня насквозь наливающимся кровью взглядом, — не испытывай мое терпение!

— Нет. Оставьте себе или отдайте Марку. Парень тут вкалывает как проклятый, а все еще занимается заполнением дыр и рекламой ширпотреба. У меня уже есть материал. И вы его опубликуете.

— Я запретил тебе! — Повысил голос главред, но тут же охрип и закашлялся от волнения. — Хочешь, чтобы я тебя уволил? Вот увидишь, уволю!

— А, к черту! — Выпалила я, едва не зарычав от негодования. — Я сама уволюсь и продамся "Хардньюс" или "Дэйливью". За полцены. Чтобы вы локти кусали, когда моя бомба взорвется на их страницах, а не на ваших!

То как Карл побагровел от злости и выпучил глаза при упоминании прямых конкурентов, стоило возможных последствий и хоть немного подняло мне настроение.

— Да как ты… видел бы тебя сейчас отец! Луна, просто пойми: это опасно. Такой материал не для тебя, ты не справишься! Что бы Джеймс сказал…

— Что вы размякли и потеряли хватку, Карл. Был бы отец жив, он бы обязательно поддержал меня.

— Да откуда тебе знать! — Раздраженно выпалил мой крестный и тут же умолк, прикрыв глаза руками и сдавив пальцами переносицу, точно от сильной мигрени. — Прости, Луна. Я не со зла. Я же хочу как лучше для тебя. Я обещал Джеймсу позаботиться о его малышке. Пойми, ты отличный журналист, но есть дела… в которые не стоит лезть даже матерым псам вроде меня.

Я глубоко вздохнула, мысленно считая до десяти. Как же меня раздражала эта его чрезмерная опека.

— Мне уже давно не три года, дядя Карл. Мне двадцать три и я устроилась на работу в “Лайтхаус” не для того, чтобы отсиживаться за вашей спиной. Я не такой журналист! Если бы не была готова к рискам своей профессии, то устроилась бы в журнал “Садовод”.

— Может и стоило… — устало произнес он, а мне едва планку не сорвало.

— Что-о?! И это говорит мне человек, который два года жил у нас на чердаке, расследуя дело о полицейском произволе?

— Да. — Жестко ответил Карл, вмиг растерявший всю мягкость черт и голоса. — Если бы я не вцепился в тот материал мертвой хваткой, то не был бы уволен. От меня не ушла бы жена, а твой отец… — Он запнулся, помрачнев еще больше.

Взгляд его скользнул по небольшому шкафчику за моей спиной, в котором стояли нетронутые бутылки с крепким алкоголем. Подарки гостей и коллег, к которым он не притрагивался. Где-то там же, под стеклом лежали и символические медали за трезвость — год, два года, пять лет… Одному богу известно, какой выдержкой нужно обладать человеку, имевшему в прошлом большие проблемы с алкоголем, а ныне получающему дорогие бутылки по каждому случаю. Ведь люди не особо заморачивались, выбирая подарок.

В кресло главного редактора мой крестный сел только четыре года назад, а с зависимостью с переменным успехом боролся уже семнадцать лет. С тех пор как не стало моего отца.

— Если бы вы отступили, то не сидели бы сейчас на этом месте. Если бы вы отступили, никто бы не взялся за полицейский департамент и шефа Абнера. Кто знает, сколько бы людей еще погибло в угоду интересов этого жирного ублюдка и в каком городе бы мы сейчас жили. Вы же знаете моего отца куда лучше меня. Так разве он не был готов отдать жизнь за правду и справедливость? За людей?

Карл шумно вздохнул и опустился обратно в свое большое кожаное кресло, уютно скрипнувшее под ним.

— Даже если и так. Это не значит, что тебе стоит идти по нашему пути. Я не хочу для тебя такой жизни, Луна. И он бы не хотел. Ты только в начале карьеры и это дело может разрушить тебя.

— А это уже не вам решать. — Бросила я, отступая к двери. — Я имею право сама выбирать свой путь, и я не смогу жить спокойно, умалчивая о том, что происходит. Зная, что в моих силах повлиять, а может даже и остановить этот кошмар. Девушки, совсем юные сироты! О них просто некому беспокоиться. Подумайте, это могло случиться со мной или с вашими дочерьми.

Мы столкнулись взглядами и я выдержала его, заставив опустить глаза под натиском моей решимости. Нет, дядя Карл, я уже не маленькая. Мне не нужна ваша рука, чтобы не упасть. А если и упаду, то это будут мои шишки. Они нужны мне, чтобы стать сильнее и достичь мастерства в своем деле.

— Если вы не даете добро на материал, я возьму отпуск за свой счет. Можете уволить меня, Карл, но я все равно напишу эту статью и найду того, кто ее опубликует.

В кабинете повисла мрачная тишина. Райт поднял на меня полный невыразимой тоски взгляд и тихо сказал.

— Хорошо. Ты уволена. Ты не хуже меня знаешь, что это расследование не провести без поддержки и ресурсов газеты. Одумаешься — возвращайся. Я буду рад принять тебя обратно.

Глава 2

Я не поставила, а буквально швырнула коробку со своими офисными пожитками на кухонный стол. Звук бьющегося стекла больно резанувший по накаленным нервам, заставил тут же пожалеть об этом.

Среди немногочисленного барахла единственной вещью которая могла разбиться, была рамка с фотографией отца. Нашей единственной совместной фотографией, ведь он терпеть не мог фотографироваться…