Чтение онлайн

— Охотно верю. — Он прервался и заказал у официантки сэндвич с креветками и картошку.

Пока он разговаривал с принимавшей заказ девушкой-готом, Симона продолжала рассматривать снимки.

Да, фотографии были чудовищны, но подобные снимки всегда такие. Как же она ненавидела, что этот мир полон тех, кто способен сотворить подобное с окружающими. Люди и сами способны причинить друг другу немало зла. Но то, что могли сотворить другие, не принадлежащие к человеческому роду обитатели, было кошмаром совсем иного толка. Кошмаром в буквальном смысле этого слова. А она была хорошо знакома и с теми, и с другими.

Официантка направилась на кухню.

Тэйт наклонился поближе к Симоне.

— Что-нибудь чувствуешь?

Она покачала головой.

— Ты ведь знаешь, что это бесполезно, Ти. Мне нужно касаться тела или чего-то, принадлежавшего жертве. Рассматривая фотографии, можно разве что пальцы порезать… или умереть от омерзения. — Передернувшись от сострадания к зверски убитой женщине, она захлопнула папку и подвинула её обратно к Тэйту.

— Хочешь после обеда прокатиться со мной в морг?

В ответ на его предложение она выгнула бровь.

— Я содрогаюсь при мысли о том, что ты сказал Лашонде при знакомстве. «Идем, детка, я покажу тебе свою коллекцию… жмуриков»?

Он расхохотался.

— Господи, обожаю твой юмор.

Жаль, что этот женатый мужик был одним из очень немногих, кому действительно нравились её шутки. Вторым был призрак-подросток, который преследовал её с тех пор, как Симоне исполнилось десять.

Джесси сидел справа от неё, но, кроме Симоны, никто об этом не знал. Никто не мог его видеть или слышать — вот уж повезло, так повезло. Джесси застрял в восьмидесятых, поэтому на нем был светло-голубой блейзер в стиле Дона Джонсона из сериала «Полиция Майами. Отдел нравов», а черные волнистые волосы стояли дыбом, как у Джона Крайера из «Милашки в розовом». Джесси фанател от Джона Хьюза и заставлял Симону смотреть его фильмы каждый раз, как их крутили по телевизору. В довершение своего ужасного костюма он носил тонкий белый галстук с изображением клавиатуры и кеды шахматной расцветки.

— Я не хочу ехать в морг, Симона, — процедил Джесси. — Мне там не нравится.

Она прекрасно его понимала, так как сама любила ездить в морг не сильнее, чем ходить на прием к проктологу.

Симона с жалостью взглянула на Джесси, но оба знали, что у неё нет выбора. Ради того, чтобы призвать убийцу к ответу, она согласна была на все — даже торчать в городском морге, вместо того, чтобы работать в своей лаборатории в Тулейне.

— Так что самое странное в этих убийствах? — спросила она, пытаясь отвлечь Джесси, чтобы тот не стал повторять и так знакомую ей тираду. Не то чтобы он не мог отправиться домой без нее — просто ему не нравилось оставаться одному.

Порой Джесси становился очень требовательным привидением.

Тэйт стащил у неё ещё палочку картошки.

— То, что эта мисс Глория встала и ушла прямо со стола для вскрытия.

Симона поперхнулась кока-колой.

— Что, прости?

— Ты все правильно услышала. Найлз из-за этого оказался в смирительной рубашке. Он так перепугался, что нам пришлось вызывать бригаду из психушки.

Она откашлялась.

— Жертва была в коме?

— Жертва была мертвее некуда. Как ты видела на снимках, ей разодрали горло, и Найлз как раз проводил вскрытие. Когда она вдруг начала дышать, он держал в руках её сердце.

— Угу… — В данный момент на другой ответ Симоны не хватило. — А потом она встала и ушла…

Он хмуро кивнул.

— Добро пожаловать в мой мир. Ой, нет, добро пожаловать в твой мир. Он даже более дикий, чем мой. По крайней мере, мне не приходится жить в одном доме с призраком, у которого даже есть своя комната. — Он огляделся и понизил голос: — Джесси здесь?

Симона кивнула на место, где, угрюмо уставившись на них, сидел подросток.

— Не понимаю, как она могла встать, если он держал её сердце в руках, — задумчиво протянула она.

— Это ты мне скажи. Видишь ли, мне приходится иметь дело… ну, чаще всего со всяческим паранормальным дерьмом. Ты же у нас королева странностей. А тут мне нужна именно королева, прежде чем придётся набирать на работу новеньких, которые не слетят с катушек, когда мёртвые начнут вставать со столов. Ты ведь знаешь, где найти таких необычных людей? Помнится, ты с такими общаешься.

— Спасибо, Тэйт. Я всегда так жду твоих хвалебных речей.

— Да, но ты хотя бы знаешь, что я люблю тебя.

— Как дырку в ботинке.

Он рассмеялся.

— Неправда. Ты лучший судмедэксперт, которого я когда-либо встречал, и тебе это известно. Если бы я мог украсть тебя из Тулейна и нанять к себе, я сделал бы это не задумываясь. И тот факт, что ты единственная, с кем я могу обсудить сверхъестественные смерти — для меня огромный бонус. Другие бы выделили мне палату по соседству с Найлзом.

Симона потянулась за маринованным огурцом.

— Верно. Я слышала, сейчас выпускают невероятные лекарства от галлюцинаций.

— Тогда имей меня в виду, они могут мне понадобиться.

И ей тоже, но это уже другая история. Впрочем, у нее такая странная жизнь, что всю ее можно считать затяжным глюком.

Если бы так.

Симона замерла, когда в желудке снова зашевелился странный холодок. Она оглядела тёмный ресторан, потом посмотрела в окно слева, выходившее на Декейтер-стрит. Ничего необычного, но неприятное ощущение не уходило.

— Что-то не так? — спросил Джесси.

— Опять это чувство.

Тэйт нахмурился.

— Что за чувство?

У неё запылали щёки.

— Вообще-то, я говорила с Джесси. Но последние две недели у меня такое ощущение, словно что-то следит за мной.

— Ты хочешь сказать «кто-то»?

Она покачала головой.

— Знаю, это звучит безумно…

— У меня только что труп ушёл прямо со стола во время вскрытия, а ты думаешь, что твоя история безумна? Да, подруга…

Именно это она любила в Тэйте больше всего. Он помогал ей чувствовать себя почти нормальной. Не говоря уже о том, что он единственный, кроме неё, знал о Джесси. Конечно, она тоже единственная вне узкого круга лиц, знала, что Тэйт — оруженосец тёмных охотников, группы бессмертных воинов, которые сдерживали и уничтожали вампиров-даймонов, питающихся человеческими душами.