Чтение онлайн

За время беседы Глана с мастером Морфесо его друзья, а особенно неугомонный Берендей, едва сдерживались от того, чтобы не встрять и не учинить какое вселенское шумство. Но весть о том, что в качестве компенсации за краткую разлуку со Счастливчиком им предлагают целый бочонок «лучшего в заведении» пива, отвратила их от необдуманных поступков.

Мастеру Морфесо было достаточно сделать легкий кивок в сторону стоявшего у барной стойки хозяина заведения, как тот с непостижимой для хромоногого инвалида скоростью преодолел разделяющее их расстояние. Маг одарил кабатчика таким суровым взглядом, что у того едва не подкосилась от страха его единственная нога, а хитроватые обычно глазки забегали из стороны в сторону – по всей видимости, пройдохе было чего опасаться. Однако взор чародея тут же смягчился, мол, на сей раз помилован, и он, как ни в чем не бывало, обратился к содержателю таверны своим обворожительно-бархатным голосом:

– Голубчик, за этот стол подашь бочонок темного крепкого, разумеется, за мой счет. А мне необходимо побеседовать с этим милым юношей, – он сделал жест рукой в сторону Глана, – в конфиденциальной обстановке.

– И закуси, за счет их магической светлости, – подал голос расторопный Берендей: коль хватать Птицу Счастья, так не за одно перо, а за весь хвост.

– И все, чего закажут, также, – подтвердил слова гнома Даг Морфесо.

Однако, судя по кислой физиономии кабатчика, перспектива поить и кормить банду Охотников за счет ордена Огненной Чаши не очень уж ему понравилась. Похоже, понятие «за мой счет» для здешних магов было эквивалентно понятию «за счет заведения». Единственным, что хоть как-то утешало Одноногого Луку, было то, что ко всему этому… этому (даже название сразу не подберешь подходящее)… короче, причастен его будущий зять, а уж с зятем он, как любящий отец, завсегда найдет общий язык. К счастью, самому Глану о его будущих матримониальных перспективах известно не было, поэтому он нисколечко не тревожился по поводу предстоящих разборок с обожаемым тестем.

После того как Лука, удрученный, побрел выполнять требование мастера Морфесо, сам маг, не глядя по сторонам, устремился в направлении двустворчатой двери одного из кабинетов. Юному охотнику ничего не оставалось, как проследовать за ним. При этом на душе Глана с новой силой заскребли кошки. Но он не поддался пессимистическому настроению. Дабы хоть как-то развеселить себя, юноша вспомнил, что однажды именно в этом кабинете уединился с хозяйской дочкой, где под зажигательную музыку они творили нечто, далеко выходившее даже за рамки известного эльфийского «Наставления юным отрокам и незамужним девицам». В подобных вещах наш герой всегда отличался умом и сообразительностью, а также стремлением к абсолютному совершенству.

– Итак, мой юный друг, – устроив свое худое седалище на ТОМ САМОМ диванчике, мастер Морфесо отхлебнул из хрустального бокала рубиновый нектар и взял быка за рога, – руководство ордена Огненной Чаши уполномочило меня сделать вам некое заманчивое предложение…

– Извините, мастер, – одна лишь мысль, что столь важная шишка восседает на том месте, где он и его подруга предавались разврату высшего порядка, здорово смешила юношу, однако внешне он старался ничем не выдать обуревающих его чувств, – неужели Сам? – при этом он загадочно ткнул указательным пальцем в направлении потолка.

– Ну Сам или не Сам, я не в курсе, но кое-кто из высших эшелонов власти весьма и весьма заинтересован в том, чтобы именно вы и никто другой выполнили для нас одну непыльную работенку. Чтобы сразу же подвигнуть вас в интересующем нас направлении, скажу, что вознаграждение будет в десять раз более того, что несколько дней назад вам выплатили гномы клана Рунгвальд. Да будет вам известно, бородатая мелкота вас здорово надула…

– Я в курсе, – не моргнув глазом и не изменившись нисколечко в лице, тут же отреагировал Глан. – Но, прошу прощения, мастер, обсуждать этические аспекты, касающиеся моих взаимоотношений с клиентами, я не намерен даже со столь уважаемой персоной, как вы. По большому счету, это также в ваших интересах. Если не ошибаюсь, вы предлагаете мне работу, и, как мне кажется, условия соблюдения конфиденциальности станут не самым последним пунктом в нашем договоре.

На что чародей покачал головой и восторженно воскликнул:

– Похвально, похвально, молодой человек! Ваши учителя вполне могут вами гордиться. Так или иначе, условия вашей сделки с гномами клана Рунгвальд стали в какой-то степени достоянием гласности, заметьте, не по вашей вине. Иначе говоря, нам известна точная сумма, которую вам заплатили эти скопидомы… – Заметив, что Глан собирается отреагировать на его слова, Даг Морфесо замахал руками. – Нет, нет и еще раз нет! Я вовсе не собираюсь кого-то осуждать или хотя бы обсуждать. Однако орден Огненной Чаши готов оплатить ваши услуги в десятикратном размере. При этом вам не нужно будет лезть глубоко под землю.

– Если можно, поконкретнее, мастер. – Словоблудие адепта Огненной Чаши начало утомлять юношу, однако намек на возможность заработать аж двадцать пять тысяч полновесных франгов, а лучше еще более полновесных даркланских драконов, растормошил его и без того богатое воображение. – Хотелось бы узнать детали предстоящей работы.

Окрыленный сговорчивостью Охотника Даг Морфесо тут же приступил к изложению общих деталей будущей операции:

– Значит, так, Глан эр-Энкин, в составе небольшой группы адептов Огненной Чаши вы отправляетесь на Данис, где…

– Так, уважаемый, – невежливо оборвал чародея Охотник, – разговор окончен. Коль речь зашла о Данисе, я отказываюсь принимать ваше предложение.

– Но руководство вашей гильдии…

– Извините! – резко поднялся из-за стола юноша. – До тех пор пока я исправно отстегиваю в фонд Братства пятину от всех своих доходов, никто из самого высшего руководства гильдии мне не указ. Вот если бы я принял ваше предложение и отказался от его выполнения, тогда – да. Однако, поверьте мне, в здравом уме и твердой памяти я не поеду на Данис за все мыслимые и немыслимые богатства этого мира, поскольку… впрочем, не мне вам, магу высшего круга посвящения, объяснять причину моего отказа.

После этих слов Глан со всей возможной вежливостью откланялся, давая понять, что дальнейший разговор более неуместен, и твердой походкой абсолютно уверенного в себе человека покинул кабинет.

Мастер Морфесо еще какое-то время посидел, нервно вращая в пальцах недопитый бокал, затем криво ухмыльнулся и негромко прошипел:

– Ну что же, щенок, считаешь себя самым умным? Посмотрим, чья возьмет и кто перед кем будет ползать на коленях.

Затем он обвел злым взглядом помещение кабинета и остановился на зажатом в руке сосуде. Хотел было со всего размаху треснуть его о стену, но вовремя спохватился, не позволив эмоциям взять верх над собой. Поднявшись из-за стола, на котором остался так и не тронутый ужин, он подошел к зеркалу и внимательно осмотрел себя со всех сторон. Не найдя в своей безупречной внешности ни малейшей погрешности, он покинул помещение и, ни на кого не глядя, направился к выходу из питейного заведения. Дойдя до центра зала, мастер Морфесо, будто невзначай, кивнул закутанному в черное, так не понравившемуся Глану типу. В ответ получил еле уловимый кивок.

«Ну что же, – выйдя на свежий воздух из душной таверны, подумал маг, – время честной игры закончилось, пусть этим строптивцем занимаются люди Фарда Нола».

Сначала был мрак, усыпанный мириадами ярких немигающих звезд. Затем на фоне невиданных созвездий одно из множества светил начало разбухать, постепенно увеличиваясь в размерах, и в какой-то момент затмило все прочие. Нет, другие звезды никуда не исчезли с небесного свода, просто на фоне яркого собрата выглядели более чем скромно, несмотря на то что многие из них в десятки и даже сотни раз превосходят по массе и объему это, в общем-то, небольшое солнышко.