Чтение онлайн

3. Враг демократии — коррупция. Она сейчас пронизывает все системы нашего социального организма. С ней боролись, борются и будут бороться. Но нельзя верить тем, кто утверждает, что Россия коррумпирована в значительно большей степени, чем большинство других стран мира. «Нам пытаются вдолбить это в голову, чтобы дискредитировать власть и внушить нам, что мы люди, мало способные к цивилизованной жизни».

4. Враг демократии — бедность. Если мы не снизим всерьез уровень бедности в нашей стране, то наше общество не сможет быть устойчивым. Борьба с бедностью предполагает обуздание коррупции, сокращение лазеек, позволяющих уклоняться от уплаты налогов, а главное — «более справедливое распределение национального продукта» (последний тезис Сурков, увы, не расшифровал. — В. И.).

5. Суверенитет необходим, поскольку современный мир — глобальный мир, а выгоды от глобализации распределяются неравномерно, и «когда нам говорят, что суверенитет — вещь устаревшая, как и национальное государство, мы должны все-таки задуматься, а не разводят ли нас». Поэтому, во-первых, защищать и укреплять свой суверенитет любому государству «просто выгодно», в противном случае его «разденут до последних ботинок». Во-вторых, только тот, кто отстаивает свое право на самостоятельное развитие, может быть конкурентоспособным, поэтому «суверенитет — это политический синоним конкурентоспособности». В-третьих, «русские, россияне, уже 500 лет являются государствообразующим народом, мы нация, привыкшая к государственности». Можно добавить — привыкшая к суверенитету. В отличие от каких-нибудь прибалтов, которые, едва рухнул СССР, принялись искать себе новую метрополию, нового хозяина. «Я не представляю себе русских, россиян, которые думают так же: "Сейчас мы в ком-то растворимся, к кому-то убежим, и там уж нас обласкают, обогреют и будут нами руководить"».

6. Защищать и укреплять свой суверенитет Россия может, только будучи в числе государств, которые принимают ключевые решения по вопросам организации мирового порядка, то есть в числе держав. Самоизоляцию на радость некоторым «патриотам» или внешнеполитическое самооскопление на радость либералам страна не может себе позволить. Во-первых, наше геополитическое положение таково, что, если даже мы захотим в своем доме тихо сидеть, «к нам все равно придут и спать нам не дадут». Во-вторых, уход России из глобальной политики, отказ от попыток влиять на ключевые решения приведет к тому, что эти решения будут приниматься ей в ущерб.

7. При этом следует помнить, что тот же статус постоянного члена Совбеза ООН достался России в наследство от СССР. А председательство в G8 представляет собой аванс, который выдали, «чтобы нас из виду не упустить». И мы живем между наследством и авансом. Нынешние поколения не могут похвастаться ни одним крупным экономическим или социальным достижением. «Пока мы не заработали реально, сами, своим трудом статус ведущей мировой державы».

8. Главные угрозы российскому суверенитету — международный терроризм; угроза военного столкновения (гипотетическая, к счастью); неконкурентоспособность экономики; мягкое поглощение по современным «оранжевым технологиям» при снижении национального иммунитета к внешним воздействиям.

9. «Основа суверенитета» — армия и военно-морской флот и, безусловно, ядерные силы.

10. «Экономический рост у нас большой, довольно впечатляющий, но, надо вспомнить, от какого уровня мы растем, и не особо зазнаваться. Структурная перестройка экономики чудовищно затянулась, и рано или поздно эта проблема, плавно ли, жестко ли, но даст о себе знать. И огромные государственные расходы, и неэффективная бюджетная сфера, и слабое развитие передовых отраслей экономики — это проблемы. Адепты "либерального мракобесия" предлагают просто все либерализовать до крайней степени, и само все вроде как образуется…» Ничего этого не будет. Еще часто призывают делать ставку на высокие технологии и тому подобное, как-то забывая пояснить, грубо говоря, откуда они возьмутся. Экономическая политика будет основываться на использовании тех ресурсов и развитии тех конкурентных преимуществ, которые уже есть. «Потому что, если у вас сильные ноги, вам лучше прыгать в длину, а не в шахматы играть. А если у вас большая голова, то, может, лучше и в шахматы играть».

11. ТЭК дает львиную долю национального продукта. Отсюда концепция «Россия — энергетическая держава». Речь ни в коей мере не идет о том, что надо быть и оставаться «сырьевым придатком». Задача в том, чтобы, максимально используя наши возможности, развить их и качественно улучшить наш ТЭК, причем не только путем закупки оборудования на Западе. Для начала мы должны научиться добывать нефть и газ более современными способами. Ведь, к примеру, наши нефтяники не умеют работать на шельфе. «Нам нужны знания! Нам нужны новые технологии!»

12. В некоторых отраслях ради сохранения суверенитета необходимо преимущественное влияние национального капитала. Национальный — не обязательно государственный. ТЭК, стратегические коммуникации, финансовая система, оборонная промышленность должны быть преимущественно российскими. Остальные отрасли нужно открывать по максимуму для зарубежных инвестиций, для глубокой модернизации. «Мы должны стремиться к участию в глобальной экономике в составе новых мультинациональных корпораций. Именно многонациональных, а не транс-, сверх-, над- и вненациональных. Экономическое будущее не в исчезновении великих наций, а в их сотрудничестве».

Я не могу не согласиться с большинством сказанного. И не отдать должное последовательности Суркова — он не обошел практически ни одного важного вопроса, кроме, пожалуй, будущего социальной сферы (пенсионная система, образование, здравоохранение) и всеми забытой административной реформы. Конечно, хотелось бы еще более жестких формулировок, более правых и откровенно этатистских. Хотелось бы услышать слова о порядке, без которого невозможна демократия. И мне представляется целесообразным акцентировать больше внимания на ядерной составляющей российской державности. «Энергетическая держава» звучит хорошо, но «ядерно-энергетическая сверхдержава» — лучше. Тем более что Россия по факту именно «ядерно-энергетическая сверхдержава». Это тот случай, когда кашу маслом не испортишь.

Часть лекции посвящена оранжевой угрозе и борьбе с нею посредством формирования «национально ориентированного ведущего слоя общества», то есть переформатирования элиты. Очевидно, что эти темы наиболее важны и для Суркова-чиновника, и для Суркова-идеолога.

Он прямо объявил: наши западные друзья вполне могут попытаться организовать здесь оранжевую революцию, потому что, «если у них это получилось в четырех странах, почему бы это не сделать и в пятой?». И эти попытки явно не ограничатся избирательным циклом 2007–2008 годов.

Несколько упрощая картину, Сурков делит современную российскую элиту на «офшорную аристократию» и «полусоветскую, полукомпетентную, привыкшую к поражениям бюрократию». На самом деле можно еще больше упростить, ведь никакой четкой грани между бизнесменами и бюрократами нет. Среди первых полно бывших чиновников или тех, кто при первой возможности приобретает госдолжности для себя или своих людей, а вторые нередко владеют компаниями, активно занимаются предпринимательством. И счета в офшорных банках есть у тех и у других.