Чтение онлайн

— Толстый, очень-очень толстый, — продолжал нахваливать свой товар Бур, и кончик его пениса дрогнул от вожделения. — Блей и этот толстый -хорошо! — он облизал пересохшие губы.

Блейд отрицательно покачал головой.

— Нет. Бур и этот толстый — хорошо, очень хорошо! Бур — вождь, Бур — первый, Бур брать самый-самый толстый!

Бур огорченно вздохнул, подарив, тем не менее, толстой самке многообещающий взгляд.

— Другой? — вежливо поинтересовался он, поведя лапой вдоль шеренги, в которой было не меньше половины женщин. — Блей хочет другой?

— Нет. Все самый толстый — Бур. Остальные — мясо.

Ему нелегко дались эти слова, хотя он ничего не мог изменить. Конечно, все остальные — в котел. Иного исхода не существовало.

— Блей — хорошо? — сказал вождь с явно вопросительной интонацией. Нахмурив лоб, он построил более сложную фразу: — Блей — здоров?

— Блей — здоров! — подтвердил предмет его отеческих забот и, вырвав у ближайшего стража дубинку толщиной с руку, ловко переломил ее о колено.
– Блей здоров как стая орангутангов! Но это не значит, что он будет жрать обезьянье мясо и заваливать этих вонючих самок!

Бур, смущенный потоком незнакомых слов, произнесенных вдобавок на английском, смущенно почесал темя. Все-таки этот Блей ненормальный! Не хочет самку! Правда, к нему, к вождю, проявляет полное почтение… Конечно, Бур выберет самок, половину руки… или даже больше… Мяса — вдоволь, и можно прокормить еще пару-другую женщин…

Он мотнул головой, приглашая Блейда проследовать вдоль шеренги.

— Бур, Блей идти, смотреть дальше. Смотреть хорошо! Выбирать!

Два предводителя сделали несколько шагов, потом Бур остановился и ткнул кулаком в челюсть крепкого кривоногого парня.

— Это! — Затем он критически осмотрел соседа избранника, покачал головой и вдруг оживился — следующей стояла толстая молодая самка. Вождь ткнул ее тоже. — Это? — он вопросительно посмотрел на Блейда.

— Это, это! — подтвердил его ассистент. Что ж, выглядели эти троги не хуже всех прочих.

Еще несколько шагов.

— Это, это, это, это! — кулак вождя работал без перерыва. Блейд вел подсчет.

Они подошли к концу шеренги.

— Это, это, эт…

— Хватит! — Блейд положил ладонь на волосатое плечо, — Рука… половина руки… и два! — свои вычисления он сопроводил наглядной демонстрацией: растопырил перед физиономией Бура пальцы обеих рук, потом -одной, потом показал еще два пальца.

Вождь в раздумье поскреб отвислую нижнюю губу.

— Два? — спросил он, в свою очередь показывая два пальца, — Два -толстый? Хорошо?

— Хорошо, — согласился Блейд. Кто он такой, чтобы возражать вождю, если тому угодно увеличить свой гарем еще на пару самок? В конце концов, они хотя бы будут избавлены от котла!

Он сделал шаг вперед и увидел темные молящие глаза, странно живые и блестящие на неподвижном обезьяноподобном лице. Юноша, почти подросток… Коренастый, но крепкий и сильный; длинные руки с цепкими пальцами свешиваются едва ли не до колен, сквозь курчавый, еще редкий мех проглядывает коричневая кожа, губы довольно тонкие — для трогов, конечно. Но главное — его взгляд! Этот парень хотел жить — в отличие от остальной толпы живого мяса, примирившегося со своей участью. Такое желание подразумевало и более тонкие чувства… во всяком случае, можно было надеяться, что они существуют.

Блейд резко остановился и ткнул юношу кулаком в челюсть — точно так же, как Бур.

— Это!

Вождь, презрительно скривившись, оценил его выбор.

— Нет толстый! — вынес он вердикт, — Нет хорошо! Мясо!

— Это! — настойчиво повторил Блейд, снова ткнув парня, на сей раз -в ребра, — Это! Это — Блей — хорошо!

— Блей — хорошо? — губа у Бура недоуменно отвисла. При слове «хорошо» мысли у вождя работали в определенном направлении, а эротических изысков более цивилизованных обществ троги пока не ведали. Проще говоря, гомосексуализм им был незнаком — ни в теории, ни на практике.

— Блей — хочет — второй! — пустился в объяснения Блейд. Числительные играли важную роль в иерархии клана трогов. Первый означало главный, старший. Второй, в определенных ситуациях, указывало на помощника, заместителя и вообще близкое к первому лицо, — Это — второй — Блей! Второй — Блей — хорошо!

Бур как будто понял. Что ж, у него, вождя, был свой помощник-посыльный, этот самый Квик-Квок-Квак. Значит, Блею тоже необходим парень… скажем, носить его оружие, мыть каменное блюдо и чесать под лопатками. Вот только…

Вождь снова оглядел юношу и с сомнением пробормотал:

— Нет толстый… Плохо… — он поискал глазами в группе усыновленных счастливчиков и кивнул на самого рослого. — Вот этот — хорошо! Толстый! Руки — толстый, ноги — толстый, голова — толстый! Это — второй — Блей! Хорошо?

— Нет! — Блейд яростно сверкнул глазами; этот спор уже начинал ему надоедать. — Руки толстый — хорошо! Ноги толстый — хорошо! Голова толстый — плохо! Это, — он хлопнул своего избранника по макушке, — голова хорошо! Блей хочет это!

Бур, собственно, не собирался пререкаться — тем более, что в самом конце шеренги имелась парочка на удивление толстых и аппетитных самок. Вождь устремился к ним, небрежно махнув лапой в сторону темноглазого юноши:

— Хорошо! Это — Блей — хорошо!

Блейд ухватил парня за руку и выдернул из шеренги смертников. Тот широко раскрытыми глазами уставился на своего спасителя и господина. Приложив ладонь к груди, Блейд назвал свое имя, стараясь говорить медленно и отчетливо;

— Я — Блейд. Блейд! Хо-зя-ин! Ты?..

— Мой зовут Грид. Грид помогать тебе. Грид — твой второй! Грид -рядом, всегда! Грид — не мясо! Грид — помогать Блейд!

Стараясь понять эту небывало длинную для трога речь, Блейд не сразу сообразил, что слышит знакомые слова. То был невнятный, почти неразборчивый и исковерканный до невозможности — но несомненно айденский язык!

— Хозяин! Хозяин! Скала!

Блейд открыл глаза. Грид тряс его за плечо, показывая рукой вперед, где за облаками белесого тумана маячило нечто массивное, темное.