Чтение онлайн

— Конечно, нет, — пробормотала она.

— Стыдиться этого бесполезно, — сказала Карен. — Ты, наверно, спрашиваешь себя, как я догадалась. Все очень просто — твои рукава.

— Рукава?..

— Они у тебя всегда длинные. Даже в эту адскую жару. И блузки ты застегиваешь на все пуговицы. Так обычно поступают женщины, которых бьют мужья. Чтобы синяки были не видны.

Элизабет было невыносимо слушать дальше. Щеки ее горели как в огне. Ей хотелось поскорее выйти отсюда.

— Это же классика, — продолжала Карен. — Медики легко определяют такие вещи. Возможно, Линкольн тоже…

— Вы сами не знаете, что говорите! — перебила Элизабет.

— Ты злишься, потому что я говорю правду. Это тупиковая ситуация, очень частая. Парень бьет жену, а она, бедняжка, убеждена, что сама в этом виновата. Я поговорю об этом с моим отцом, если хочешь. Я уверена, что он сможет тебе помочь.

Элизабет больше ничего не слышала. Ей казалось, что ей в уши заливают расплавленный свинец. Она едва успела открыть дверь и выбежать на воздух, иначе наверняка упала бы в обморок. Она с трудом прошла несколько шагов по гравию, потом, тяжело дыша, села на шину от грузовика, валявшуюся тут же. Долгое время взгляд ее был устремлен в пустоту, потом она стала рассматривать колодцы на дне шахты. Вокруг было темно, как ночью. Элизабет продолжала сидеть неподвижно, блуждая взглядом в сумраке.

Ей казалось, что она куда-то проваливается.

Если Карен Уэлш обо всем догадалась, то же самое могут и другие.

Ее соседи. Ее семья. Те, кто принимает ее за обычную, ничем не примечательную домохозяйку.

— Элизабет, с тобой все в порядке?

Карен стояла перед ней с бутылкой в руках.

— Смотри-ка, что я нашла! Мистер Джонни Уокер собственной персоной! Хочешь глоточек?

Элизабет отвернулась. Карен засунула бутылку в накладной карман брюк.

— Ну, как хочешь.

Она снова скрылась в здании и через какое-то время показалась наружу, волоча за собой какой-то металлический ящик.

— Тут целая куча инструментов, настоящий арсенал. Надеюсь, с их помощью мы сможем привести в порядок электрогенераторы.

Элизабет подхватила ящик за ручку с другой стороны. Ее дрожь прекратилась, взгляд снова стал осмысленным. Теперь она поняла, почему это место вызывало у нее мурашки: черные колодцы напоминали два глаза на голове гигантского паука.

И сама она была не более чем мелкой мошкой, попавшей в его паутину, откуда ей никогда не выбраться. Измученной, беззащитной. Всю дорогу обратно она не произнесла ни слова.

Сет подождал, пока обе женщины уйдут. Потом отодвинул решетку, загораживающую туннель, и выбрался из шахты на солнце.

Он немного прошел вперед, глядя на цепочку пустынных холмов. Иметь в своем распоряжении такое огромное пустое пространство было для него настоящим счастьем.

Кончиком ногтя он соскреб засохшее пятнышко крови со своего камуфляжного комбинезона.

День обещал быть великолепным.

Он дошел до шины от грузовика, на которой незадолго до того сидела Элизабет, и провел ладонью по ребристой поверхности. Затем наклонился, чтобы попытаться уловить ее интимный аромат сквозь запах каучука. Он долго наблюдал за ней из темноты туннеля. Он был почти совсем рядом, а она даже не догадывалась о его присутствии.

Это вызвало у него мощнейшую эрекцию.

Он сунул руку под комбинезон, чтобы ублажить себя. Затем открыл сумку, висевшую у него на плече, и еще раз проверил содержимое. Два пластиковых пакета были на месте. В одном лежал кусок оранжевого шланга длиной с резиновую дубинку. В другом — зеленая рубашка с изображенными на ней игральными картами.

Сет облегченно вздохнул. Теперь, когда с кандидаткой номер один было все улажено, нужно было переходить к следующему в списке. Он застегнул сумку, думая о том, какова будет реакция этого мальчишки, Питера Ди Маджио.

Потом, насвистывая, двинулся к поселку. Сегодня в самом деле чудесный денек.

Большой Боб и Тройка О.

Томас улыбнулся. Ему показалось забавным, что он об этом вспомнил. Все равно что рыться на чердаке и случайно наткнуться на чемодан, который считался давно потерянным.

Получив пощечину от матери, Большой Боб отлетел назад и, упав, ударился об угол стола. Ничего серьезного — только ссадина на левом виске.

Увидев ее, Томас восхищенно присвистнул.

— Ни хрена себе! Ну ладно, на этот раз она тебя хоть не отлупила…

На голове у Боба был еще один рубец — его можно было увидеть, раздвинув пряди всклокоченных волос, — глубиной примерно три миллиметра.

— Думаешь, мне повезло?

Боб скорчил гримасу, изображая Кинг-Конга. Томас покатился со смеху.

В тот день они играли в уличный хоккей. Это было в одно из воскресений, незадолго до каникул, — уже потеплело. Они катались на роликах по эспланаде недалеко от понтонного моста Санта-Моники. Мячами служили свернутые футболки, клюшками — длинные палки. Ништяк!

— Это здорово, что ты пришел! А твои ребята без тебя не скиснут?

— «Соколы Эль-Пуэбло» никогда не киснут, — с гордостью ответил Томас. — К тому же босс — я.

— Что ты им сказал?

— Что работаю со своим стариком. Он сегодня на фуникулере «Ангельский полет». В выходные двойная плата, грех упускать такой случай.

Было шесть часов. Солнце уже спускалось, и в его мягких лучах стволы пальм казались бронзовыми. Издалека доносилась музыка — там вертелась детская карусель. Из ресторана «Моби Дик» пахло горячими блинчиками. Целые семейства загорали на пляже.

— Только посмотри на Китиху! Наверняка забыла, сколько времени.

— Хоть на сегодня оставила нас в покое…

Энджи, по прозвищу Китиха, нянька Боба, растянулась на песке в нескольких метрах от них. Сто килограммов доброты и респектабельности. Солнечные очки, закрытый купальник, запрокинутая голова. Кажется, она хотела выглядеть как Памела Эвинг в «Далласе» [13] , за исключением того, что Патрик Даффи вряд ли пришел бы в восторг, повстречавшись с ней.