Око Пейфези
Шрифт:
Стоя у открытого на минуту камина, Мохаммед обнял Халифу.
— Я вернусь завтра к полудню.
— Спокойной ночи, папочка.
Отец поцеловал дочь и отправился домой.
Под утро у Гарри внезапно разболелся шрам. Юноша встал, схватившись за лоб рукой, нащупал на тумбочке очки, набросил мантию поверх пижамы, сунул ноги в тапочки и поплелся в ванную — умыться холодной водой. По пути он недоумевал — вроде бы перед сном постарался освободить сознание как можно лучше, и все прекрасно получилось. Но боль в шраме не оставляла сомнений — что-то происходит.
Посмотрев в зеркало, юноша увидел, что шрам горит на лбу сердитой, рваной линией, пульсируя болью. Гарри ополоснул лицо и, морщась, вернулся в спальню, по дороге вспоминая прерванный сон. Там была гриффиндорская гостиная, камин… а потом из камина высунулась чья-то рука и положила на пол какой-то белый шар…
Повинуясь внезапному порыву, Гарри вышел в гостиную.
У камина действительно лежал белый шар, похожий на бильярдный. Точно, как во сне.
Гриффиндорец подошел ближе и наклонился, разглядывая его. Шар был абсолютно гладким, но Гарри показалось, что на обращенной к полу стороне что-то нарисовано.
Юноша хмыкнул и подтолкнул шар носком тапочка, но едва он его коснулся, как почувствовал знакомый рывок в области пупка…
Снейп проснулся от нестерпимого жжения в Метке. Быстро вскочил, разбудил через камин Дамблдора, сообщил ему о своем предстоящем отсутствии и принялся одеваться.
— Северус, если что, мы отложим обряд…
— Ни в коем случае, Альбус! Мое присутствие совершенно необязательно, а обряд нужно провести как можно быстрее. Он зовет меня среди ночи, впервые после целой недели затишья, значит, дело серьезное. Если мне удастся что-то разузнать, у Поттера будет хоть какая-то фора. Да и Око нельзя больше здесь держать.
— Ты прав, Северус. Будь осторожен.
— Как всегда.
На рассвете в комнате Халифы появилась МакГонагалл. Преподавательница Трансфигурации казалась встревоженной не на шутку. Шляпа сбилась набок, плотно сжатые губы побелели.
— О, вы здесь! — с облегчением выдохнула она, едва выйдя из камина.
— Что случилось, профессор? — всполошилась девушка.
— Идемте к директору, там все узнаете.
У Дамблдора сидел Снейп — бледный, аж восковой, и непривычно нервный. Халифа поздоровалась с ним и с директором, после чего ее оглушили новостью: Гарри Поттер попал к Волдеморту.
Из головы девушки разом испарились все мысли. Совсем как тогда, в замке Малфоев, когда она впервые встретилась с тем, кто имел наглость величать себя Властелином Тьмы. Словно со стороны, чужим взглядом, она видела, как Дамблдор поправил очки-половинки и вздохнул.
— Первый удар нанесен. За нами ответный ход.
Снейп поморщился, точно от зубной боли.
— Это еще не все, — он хмуро взглянул на девушку. — Я только что от Темного Лорда. Он дал мне особое задание, — его тон не предвещал ничего хорошего.
— К-какое? — запинаясь, спросила Халифа.
Зельевар резко поднялся и принялся расхаживать туда-сюда. Мантия развевалась за ним, словно черные крылья.
— Несмотря на все предосторожности, Лорд узнал о том, что и вы, и Око находитесь в Хогвартсе. Но он не знает точного места, где вас прячут. Он поручил мне доставить вас к нему. Немедленно.
Халифа так и осела в кресло. Повисла тишина. МакГонагалл что-то шепнула директору и быстро вышла.
— Он, наверное, хочет, не откладывая, провести обряд, — растерянно произнесла девушка. — А потом, овладев силой джинна, сразу же убить Гарри? Да?
Дамблдор кивнул. Только тут Халифа заметила, что Снейп судорожно сжимает в руках плоский черный футляр.
— Что это такое?
— Портключ, — профессор приоткрыл крышку, показав лежащий внутри красивый серебряный медальон. — Велено было отдать его вам. Подарить или подбросить.
Девушки обычно не могут удержаться, чтобы не примерить новую безделушку.
Халифа невесело хмыкнула.
— Ему не откажешь в логике. Я и правда люблю украшения. Но вы же… — она не закончила фразу, с надеждой глядя на Мастера зелий.
— Что — "вы же"? У меня теперь есть выбор, — сухо сказал Снейп. — Проигнорировать его задание и присоединиться к отряду авроров, берущих логово Лорда приступом, либо сдать ему вас и продолжить играть эту партию в расчете на возможную лазейку. Но второй вариант для вас очень опасен.
— Авроры уже готовы, — предупредил Дамблдор. — Они ждут только нашего сигнала.
— А как они собираются добраться до Лорда? — спросила турчанка.
Снейп молча показал на футляр с медальоном.
— И куда они попадут?
— В лапы охранников, но их там немного.
— А если портключом прибуду не я, а авроры, Лорд узнает об этом сразу?
Мастер зелий сдержанно кивнул.
— И что тогда будет с Гарри?
Снейп еле заметно изменился в лице.
— Даже если это будете вы, для Поттера мало что изменится.
У девушки возникло ощущение, что еще немного — и профессор не выдержит, сам схватит портключ и в одиночку бросится спасать Гарри. Она тихо сказала:
— Вы сейчас в таком же положении, как и мой папа неделю назад. Ему пришлось выдать местоположение Ока, чтобы мои младшие братья и сестры смогли избежать похищения и пыток. Теперь вам приходится выбирать между Гарри и мной. Но ведь Гарри Поттер — надежда всего магического мира. Его жизнь важнее моей.
Пафосность этого заявления вызвала едкую усмешку зельевара. Дамблдор покачал головой и тихо возразил:
— Мисс Дасэби, Волдеморту не нужны ни вы, ни ваша смерть. Ему нужна магия джинна, переданная Оком. А этого тоже никак нельзя допустить.