Чтение онлайн

— Постой-ка, — нахмурился вдруг Аристарх. — Что это значит — «постараюсь»? Ты просто обязан их оправдать, сын мой! Ты представляешь воинство Христово, ты сегодня — карающая длань господа, и у тебя нет права на поражение! Думал ли ты о том, что может произойти, если победа достанется мерзкому прислужнику Сатаны?

— Нет, — слегка покраснев от смущения, сказал Николай. — Простите, святой отец, об этом я не подумал.

— А надо было! — назидательно приподняв указательный палец, промолвил его духовный наставник. — Что ж, сейчас я расскажу тебе о том, как я себе все это представляю. Если ты сегодня проиграешь, Паук и прочие сатанисты этим не удовлетворятся. Единственный, кто осмелился бросить им открытый вызов, оказался недостаточно силен, — решат они, — а стало быть, остальные и вовсе яйца выеденного не стоят. Да-да, именно так решат эти подлые негодяи, после чего примутся наводить в колонии свои порядки. Прольется много христианской крови, сын мой. Ну а плоды нашего труда, — взглядом отец Аристарх указал на почти достроенный храм, — будут разрушены и втоптаны в грязь обезумевшей дьявольской ордой. Думаю, ты догадываешься, какая судьба ждет меня, если Антихрист все же поднимет свою мерзкую голову. А ведь именно это непременно произойдет, если сегодня вечером ты падешь поверженным на арену Колизея. Не дай Бог, конечно, — священник перекрестился.

— Так что же мне делать? — слегка дрогнувшим голосом спросил Николай. — Ведь я всего лишь человек.

— Всеми фибрами души своей должен ты уповать на силу Господа! — воскликнул отец Аристарх. — И тогда благодать Его снизойдет на тебя, и ты сам сделаешься частью ее. Станешь неодолимым Господним орудием, сокрушающим все на своем пути. Вспомни о том, что я говорил тебе несколько дней назад. Опирайся в борьбе своей на священный символ креста, и ты победишь. Но это еще не все, — батюшка огляделся по сторонам, как будто то, о чем он намеревался сейчас рассказать, представляло собой некую страшную тайну. — Слушай внимательно, Николай. Я хочу поведать тебе о нетварных энергиях. Доводилось ли тебе когда-либо прежде слышать об этом?

— Нет, — покачал головой Ветров. — К сожалению, не приходилось.

— Тогда слушай, — улыбнулся отец Аристарх. — Нетварные энергии — это благодатные действия Божии, открывающие Бога тварному миру, позволяющие человеку сокровенным образом приобщаться Божеству. Да, Православная Церковь всегда утверждала учение о запредельном, премирном Боге. Но в то же время мы всегда указывали и на возможность обожения тварного человека, настоятельно учим о необходимости различения непостижимой Сущности Божией и доступных человеку нетварных энергий Божественной Сущности. Эти энергии суть Премудрость Божия. Святитель Григорий Палама учил об единой числом, но многообразной в своих проявлениях миру нетварной энергии, общей для всей Пресвятой Троицы. Догмат о непостижимом различии в абсолютно простом Божестве сущности и энергии был принят на Константинопольском соборе 1351 года и выразил принципиальное отличие православия от римско-католической версии христианства, поскольку в католичестве, признающем лишь нетварного Бога и тварный мир, отсутствует учение о нетварных энергиях и присущая этому учению богословско-мистическая глубина. Только у нас, только у православных есть эта сила, понимаешь?

Ветров оторопел. Он понял не все из сказанного отцом Аристархом, но, как ему показалось, вполне уловил основную суть.

— То есть, вы хотите сказать, что…

— Тише! — прервал его батюшка. Вновь подозрительно оглядевшись, Аристарх перешел на шепот:

— Думаю, ты правильно догадался, Николай. Да-да, вполне в человеческих силах обрести ни с чем не сравнимое могущество, которое поможет стереть в порошок любого врага. Стать, если можно так выразиться, бичом Божиим во плоти. Но такая способность дарована далеко не каждому. Открою тебе еще один секрет, Николай. В лоне Русской Православной Церкви существует секретное подразделение, занимающееся выполнением силовых операций. Называется оно просто — воины Церкви. Так вот, наши воины обладают множеством способностей, не доступных обычным людям. Но со времен Пересвета никто из них не был замечен в использовании нетварных энергий. И Церковь с нетерпением ждет, когда у нее, наконец, появится новый великий герой. Я чувствую — именно ты можешь им стать, Николай.

— Пересвет? — удивленно произнес Ветров. — Насколько я помню, это был русский богатырь, который победил Кочубея перед началом Куликовской битвы. Но какое отношение он имел к Церкви?

— Самое прямое, — улыбнулся батюшка. — Ведь он был монахом-воином, одним из тех, чьим примером вдохновлялись позже первые воины Церкви. Пересвет был иноком Троице-Сергиевского монастыря, и благословение на участие в Куликовской битве он получил от самого святого старца Сергия Радонежского. Перед битвой князь Дмитрий Донской отправился к старцу в монастырь за благословением. Татаро-монголы в те времена считались непобедимыми, а имя преподобного Сергия, как праведника и чудотворца, было прославлено по всей Руси. Благословение, полученное от такого человека, должно было вселить надежду во всех воинов. Преподобный Сергий не только благословил князя, но и дал ему в сопровождение двух иноков, хорошо владевших оружием. Этими иноками были Александр Пересвет и Родион Ослябя, которых преподобный Сергий перед этим постриг в Великую Схиму.

Соперник же его, Кочубей, не был ни татарином, ни монголом, ни даже печенегом. А был он странствующим тибетским монахом-поединщиком, которого наняла Орда. Выставили его на поединок перед битвой потому, что знали — никто не может совладать с Кочубеем. Когда же в Тибет пришло известие о его смерти, тибетцы начали выяснять, кто же сразил их прославленного земляка. И узнали в конце концов, что лишь православному монаху Пересвету оказалось это под силу.

— Стало быть, Пересвет обладал способностью использовать нетварные энергии?

— Да-да, он был способен на это. Именно потому православный воин и смог сразить слывшего непобедимым Кочубея. Хоть и сам при этом погиб, — с огорчением произнес священник, — все-таки, восточные мастера боевых искусств тоже чего-то да стоят. Я очень надеюсь, что скоро в рядах православных людей тоже появится такой человек, новый великий герой. И будет вдвойне приятно, если им окажешься ты, Николай.

После их разговор перешел на более общие темы, и вскоре Николай, попрощавшись со священником и получив от него благословение на бой, отправился обратно в камеру. Остаток дня он намеревался провести в молитвах. Тело его, считал Николай, было достаточно подготовлено к грядущему поединку. Оставалось как следует подготовить дух.

Но у входа в корпус его внезапно остановил один из заключенных. Был то легендарный Медведь — здоровенный бородатый мужик, который, пожалуй, и самого Паука смог бы опрокинуть одним ударом, зацепив попутно с десяток его прихвостней, да только вот, будучи человеком глубоко верующим, ни в какие тюремные свары не ввязывался. Впрочем, до того, как оказаться здесь, он явно придерживался несколько иных взглядов — Коля Ветер знал, что за решетку Медведь, как и он сам, попал за убийство сатаниста. Но это было и все, что Ветров знал о Медведе.

— Приветствую тебя, брат мой во Христе, — сказал Медведь, жестом остановив Николая.

— Здравствуй, — кивнул Ветер. — Как поживаешь?

— Да как все, — усмехнулся бородач. — Тюрьма — это, знаешь ли, такое место, где человек сидит, независимо от того, лежит он или стоит. Ну да хватит шутки шутить. Дело у меня к тебе есть, Коля.

— Важное? — Ветрову не терпелось поскорее приступить к молитвам.

— Еще какое! Оно касается того, что будет сегодня вечером. Я, конечно, не сомневаюсь, что ты — боец бывалый, тертый. Но, поверь мне, Коля, Паук этот — он тоже не лыком шит. Этот злодей прямиком из Ада свою силу черпает, потому и наглый такой. Он, не черт, конечно, но и не простой отморозок, ох, не простой! А потому хочу я для тебя, Николай, вспомоществование кое-какое осуществить. Вот, держи, — с этими словами Медведь вытащил из кармана своей серой робы прозрачный пакетик с какой-то сушеной травкой. Вытащил — и протянул Николаю.

— Что это? — полюбопытствовал Ветров, крутя пакетик в руке. — А, понятно. Нет, ты извини, но я такими вещами не увлекаюсь. В армии, правда, баловался пару раз, но дальше этого дело и не пошло. Не лежит душа.

— Да ты меня неправильно понял, — улыбнулся здоровяк. — Это не наркотик. Я дал тебе монастырский травяной сбор. Одно из древнейших средств, которыми пользуются православные бойцы, чтоб увеличить свою силу. Завариваешь такой пакетик в кружке вместо «чифиря», выпиваешь — и на несколько часов становишься вдвое, а то и втрое сильнее, чем ты есть. Тут уж от индивидуальных особенностей организма зависит.