Чтение онлайн

— Отыскали этого Гаркавенко?

— Кто — Денис? Конечно, отыскал. Обыкновенный алкаш, который за бутылку подпишет что угодно. О документах, касающихся магазина, ничего не помнит, поскольку в сознание приходит не чаще раза в полгода — по свидетельству его жены… Однако представлял его весьма скользкий адвокатишко из столицы, некто Политковский… Я звонил Юре Гордееву, и он…

— Знаю, с Юрой я разговаривал, передай Денису, если он не в курсе, что отныне Гордеев будет представлять в суде его клиентов, в Северотуринск он наведается через пару дней.

— А он что, уже вернулся от своей западноукраинской красотки?

— Ну и ну! — Турецкий покачал головой. — Надо же, не успели они встретиться, как уже вся Москва в курсе Юриного романа… Вернулся-вернулся… Кудаж он денется от своих клиентов? Давай дальше. Так что там насчет схемы?

— Да… Так вот. Это что касается, с их точки зрения, мелочовки. Крупную рыбу цепляют на крючок старым казацким способом: называется в просторечии шантаж, в УК РФ — вымогательство.

— Статья сто шестьдесят третья, части первая и вторая… — автоматически произнес Турецкий.

— Ага… В нашем случае, первые три пункта второй — а, б и в… до семи лет лишения… А любого современного бизнесмена по нынешним временам шантажнуть всегда есть чем, особенно если ты относишься к числу лиц, приближенных к императору…

— Сдается, мы таким образом добрались до «Щита»?

— Точно… Именно их охранники сопровождают все самые крупные сделки в городе, вообще пользуются доверием у клиентов, во всяком случае, так было поначалу. Сейчас вряд ли: дураков, особенно среди коммерческой части населения, у нас нет — какими бы там анекдотами о «новых русских» ни развлекался народ… Сейчас, насколько я понимаю, всеми заинтересованными людьми правит Страх — после двух убийств бизнесменов, наверняка отказавшихся платить вымогателям. Я имею в виду Кашева и Сергея Корсакова.

Нет никаких сомнений, что Мозолевский к убийствам обоих имеет прямое отношение — так же как и Шмелев!..

На последних словах в голосе Померанцева появились агрессивные интонации, и чуткий Турецкий моментально округлил брови:

— Тебя что-то сгущает в связи со Шмелевым?

Валерий смешался и слегка порозовел.

— Не то чтобы смущает… Просто я не сомневаюсь, что он в точности такой же убийца, как его дружок Мозолевский, а Денис…

— Ты же не хочешь сказать, что Денис покрывает старого знакомого?!

— Нет, конечно! Просто странно, что против Мозолевского улик раздобыли вполне достаточно, чтобы повязать его в любой момент, даже свидетеля, видевшего, как он стрелял в Юрия Александровича Корсакова, отыскали — старик Маслюков опознал этого «ангелочка» по фотографии. А насчет Василия — почти абсолютная пустота…

— Если не ошибаюсь, — прищурился Турецкий, — Шмелев оставался все это время на совести Яковлева… А?..

— Не ошибаетесь, — вздохнул Померанцев. — Я вам привез отчет о наружке…

Он кивнул на папку, лежавшую перед Александром Борисовичем.

— И что? — поинтересовался тот.

— Конечно, по мелочам зацепить можно, но зачем?.. Шмель довольно активно общается с местными братками, к слову сказать, не самыми отвязными и наглыми на общем фоне… Раз пять вполне открыто наведывался в особняк главного городского авторитета Коржа… Один раз побывал в прокуратуре — непосредственно у Пименова, провел в его кабинете целых полтора часа. Ну и что? Все это, вместе взятое, легко объяснимо его вполне легальной, в крайнем случае, полулегальной деятельностью. Конечно, якшаться с бандюками нехорошо, но это сфера скорее морального кодекса, а не Уголовного…

— Чем завершилась обработка его супруги? — через небольшую паузу поинтересовался Турецкий.

— Депрессией Альбертика, по-моему, — фыркнул Валерий. — Распечатки их любовного щебета я вам тоже привез. Но ничего новенького вы там не обнаружите, тут ваш Денис явно переоценил свои задумки. Мозолевский с ней об их делишках говорить вроде бы не отказывался, но крайне расплывчато, — это в последний день выяснилось уже, когда всем стало ясно, что Бертику пора делать ноги и что толку от этой «любовной» истории — никакого… А Шмель, похоже, с женой и вовсе делится исключительно доходами, а не методом организации этих доходов… Чего и следовало ожидать! Какой нормальный мужик, а уж тем более ненормальный, станет хвастать перед своей бабой, что у него руки по локоть в крови?!

— Не суди слишком строго, — вздохнул Турецкий. — Шансов на то, что супруга Шмелева — соучастница, было достаточно, поверь мне: во-первых, вся их общая недвижимость записана на ее имя. Во-вторых, у Евгении Петровны есть свой личный счет в банке, который систематически пополняется супругом. Счет немалый!

— Альберту она сказала, что как раз небольшой…

— А с какой стати она должна была говорить ему правду? — усмехнулся Сан Борисович. — Кстати, свои кровные Денис вернул?

— Минус десять тысяч! — фыркнул Померанцев. — Так ему, с моей точки зрения, и надо: в следующий раз подумает, прежде чем давать волю своей бурной фантазии!..

— Так-таки ничего существенного Альберт от нее и не услышал? — Турецкий испытующе посмотрел на Померанцева, который в ответ слегка пожал плечами. — Ладно, первым делом почитаю эти распечатки… Давай дальше.

— Ну осталось немного. А точнее, то, что вы и так уже знаете: Пименов и компания. Свой особняк уважаемый Сергей Кириллович отстроил совсем недавно и явно не на зарплату. Кстати, чуть не забыл, — в документах этого нет. Но выяснилось, что судья, отказавшая Борисенко и Меклеру в иске, некая Левакова — бывшая одноклассница Пименова… Кажется, все!

— Н-да… Турецкий покачал головой. — Улик, как ты понимаешь, маловато, исключительно насколько могу судить по Мозолевскому, хотя общая картина, сложившаяся в городе Северотуринске, в целом тобой обрисована, согласен, верно… Что Агеев? В свидетели относительно нашего прокурора не годится после своей эскапады?..

— Понимаете, Александр Борисович, я просто не знаю ответа на ваш вопрос — так же как и Денис. По идее, после того как Филя приложил пименовского охранника, они должны были испугаться и хоть как-то засуетиться… Но никаких волнений в этой связи, во всяком случае на следующий день, замечено не было…