Оковы прошлого
Шрифт:
— Метео! — рыкнула моя напарница.
— Д-да! — подпрыгнул от неожиданности глава клуба.
— Если среди слухов об отеле есть что-то подходящее — выкладывай. Все, что сможешь вспомнить.
— Не знаю, насколько это поможет, но с постараюсь вспомнить. Дайте пожалуйста минуту.
Никаких особых вопросов. По крайней мере, Карраско хоть немного понимает, что к чему… Или, по крайней мере, неплохо держит себя в руках.
— А зачем это? — спросил Филл, который чувствовал себя очень неуверенно. Он мог лишь пытаться успокоить свою напуганную девушку. — Если это важно, то надо всем знать.
— Тульпы — рождены из слухов и легенд. Люди сами создают их своей верой и страхом, но все они подчинены тем самым «легендам», которые их составляют, — ответил Метео.
— Ага, если по «легенде» что-то убивает человека через семь дней после просмотра «проклятой кассеты», то оно обязано убить жертву ровно через неделю и никак иначе. Пример из практики, так сказать, ходила тут нелицензионная копия Звонка, — хмыкнул я, — Мы не дали ей успеть к сроку — и все. Нарушить «правила» тульпы — самый верный способ избавиться от нее.
Народ напрягся, узнав, что и такое вокруг происходило.
Думаю, я их еще сильнее напугал. Еще бы Болтушка не кривлялась и не провоцировала народ дрожать от страха. Её очень радует, что её немного видят и реагируют.
— Именно. Потому рассказывай все подробности. Рассказывай все что знаешь.
— Есть одна подобная история. «Проклятый номер 33» известен тем что тут покончила с собой молодая девушка, ждущая своего суженного для совместной ночи. Но тот её бросил, и несчастная свела счеты с жизнью на этой кровати, — указал он.
Кюн Сун и Юрген тут же встали и отошли чуть подальше от лежанки.
— Теперь тот, кто призовет её ночью будет заперт тут пока не умрет. О том, что кто-то снимал этот номер все, забывают, а когда двери все же открываются, то находят там труп напуганного несчастного умершего со страху и голоду. Таковы слухи, что я читал, — закончил он рассказ.
— Хм-м-м-м, понятно, — задумалась Эри. — Тогда волноваться смысла нет. Предлагаю посидеть и подождать. Может у кого карты имеются?
— Чего?! — офигели все и смотрели на Эри огромными глазами.
— Если то, что сказал Метео правда, то ситуация и правда не так плоха, как может показаться, — спокойным тоном ответила Эри. — После изгнания тульпа больше не нападет напрямую, понимая, что ничего нам сделать не сможет. Попытка захватить меня или Ника вообще может кончиться для нее хуже некуда, наши духи могут не дать ей уйти обратно в безопасность.
Над её головой показалась лапа Торо, чем заставила подружку Филла визгнуть от страха. Болтушка на моей спине только замахала руками.
— Во-вторых, Юрг прихватил с собой еду и воду. Потому дня 2–3 мы с легкостью выдержим. А вот она — нет. Мы проверяли по рабочим каналам, ничего достаточно интенсивного, чтобы породить тульпу тут не было. Не знаю, какое чудо дало ей столько сил, но долго оно не продлится. Особенно учитывая, что мы не собираемся лезть на стенки от ужаса.
Ну да. Тульпам нужны эмоции. Страх, любопытство, отчаяние — что угодно. В конце концов, они — это ожившая история, а история, не пробуждающая в нас чувств, обречена быть забытой. И наоборот, если жертвы будут достаточно ей «увлечены», тульпе может даже не понадобиться внешняя подпитка — их самих будет достаточно. Это, конечно, голая теория, и речь скорее о тульпах, терзающих десятки жертв, но связь между ними и человеческими чувствами не подлежит сомнению.
— Ну и в-третьих, в ближайшее время в здание прибудут штатные сотрудники четвертого отдела. Тут как бы гремлины завелись, и чистка от них планируется в ближайшее время, максимум — завтра. Разумеется, оные агенты знают о нашем присутствии, и когда нас не обнаружат — проведут поисковое мероприятие. Скрыться от них у тульпы шансов нет.
Для ребят эти новости стали весьма радостными и все несколько успокоились. Значит, опасности больше нет и спасение близко… Все кроме меня…
— Эм-м-м… Эри…к… — обратился я к напарнице. — А тульпа может понять, о чем ты всем сказал?
Эри глянула на меня, а через секунду все поняла.
— Ой…
В следующий миг комната начала дрожать!
Мы все подскочили и стали озираться, пытаясь увидеть опасность, и та не заставила себя долго ждать.
— А-а-а-а-а! Стены! — закричал кто-то.
Стены начали двигаться и медленно сдвигаться.
Я тут же бросился вперед и попытался остановить хоть одну, но сила этого места просто игнорировала все мои потуги. Остальные тоже стали пытаться удержать идущие к нам преграды, что собирались всех раздавить. Мебель на пути ломалась и толкалась в центр, а мы все встали над люстрой, паникуя и не зная, как быть.
«Мрак! Нужно что-то делать! Думай! Думай! Тут должно быть что-то!»
Так, спокойно.
Нельзя поддаваться панике. Надо думать.
В самом слухе нет «брешей», через которые можно выбраться. Там вообще почти ничего не сказано — из комнаты просто «нельзя выйти». Та куча людей, что читали и обсуждали эту страшилку, могла навоображать о происходящем за дверью комнаты чего угодно. В том числе и сжимающиеся стены, «нежно любимый» кошмар любого клаустрофоба… Поэтому тульпа и способна на такое, ведь она и является порождением воображения.
… Но что если в этом воображении и может быть брешь?
«Человек, что оказывается заперт здесь, боится и пытается сбежать, что он делает?! Ломится в дверь, но за заперта. Пытается вылезть в окно. Второй этаж, рядом дерево, прыгать не так страшно, но и это заблокировано. Он бьется в стены и кричит в пол, пытаясь позвать на помощь… А что он не делает?»
Вариант пришедший мне в голову сразу же отрезвил и подал идею.
— Народ! Нырните под стол на секунду!
«Не хватало еще, чтоб кого-нибудь зашибло»
Сам я быстро запрыгиваю на стол и, подпрыгнув, хватаюсь за люстру. Мне не особо нужна опора — одного касания хватает, чтобы выпустить все накопленное прямо в потолок.
Импульс!
Комнату тряхнуло, сверху посыпалась штукатурка и на стол вместе со мной и люстрой рухнул немаленький кусок бетона. Я даже видел свет сквозь щель… Щель, слишком маленькую, чтобы через нее можно было пролезть.