Чтение онлайн

Оруженосец знал, куда они направляются, и что скоро к ним присоединится Сораса. Теперь, придя в себя и набравшись сил, они снова начали учить Корэйн драться. Эндри не завидовал Корэйн, Сораса и Сигилла были талантливыми учителями, и далеко не добрыми.

– Неужели все темурийские женщины такие? – пробормотал Сокол, взглядом провожая Сигиллу.

Эндри старался не ухмыляться, заметив, насколько очарован, если не одержим Сокол.

– Не знаю, – ответил оруженосец, никогда не встречавший других уроженок Темуриджена. – Но она права.

Он перевел взгляд с Сигиллы на Корэйн, ее плечи были расправлены, а на спине висел убранный в ножны Веретенный клинок. Когда они остановились на ровной площадке, она аккуратно опустила его в грязь, на мгновение коснувшись пальцами меча.

«Помнит ли она, как разрезала Веретено? Вспоминает ли о пролитой из-за него крови?»

Эндри вздрогнул, несмотря на усиливающуюся жару чувствуя, как по скрытой под накидкой коже пробежал холодок. Он остро ощущал тяжесть, из-за погибших галлийцев тяжелым грузом лежащую на его плечах.

«А Корэйн? Чувствовала ли она то же самое?»

У него во рту пересохло.

«Имея такой меч, превратится ли она в чудовище, как превратился ее дядя?»

– Корэйн ан-Амарат – ключ к спасению мира, – решительно сказал он, обращаясь не только к Соколу, но и к себе. – Веришь ты в это или нет.

Сокол качнулся на пятках и едва заметно улыбнулся.

– Она определенно ключ к кое-чему. – Затем страж наклонился ближе, постучав двумя пальцами по груди Эндри в месте, где билось сердце.

Щеки Эндри снова запылали. «Я вечно обгораю или вечно смущаюсь?»

– Сэр… – зашипел оруженосец, но Сокол поднял руку, успокаивая собеседника.

– Мы путешествуем вместе всего три дня, но уже ясно, кому принадлежит твое сердце, – сказал он, его лицо смягчилось, в голосе не было ни следа осуждения. – Держись поближе к ней.

С этим Эндри не собирался спорить.

– Всегда.

– И следи за амхарской гадюкой, – голос Сокола снова обрел резкость. – Она отравит вас всех, если это поможет спасти ее собственную жалкую шею.

Эндри проследил за взглядом Сокола и увидел худую фигуру Сорасы Сарн. Она помогала Корэйн правильно поставить поднятые вверх кулаки, тем самым улучшая защиту. И хотя она была убийцей, наемницей, на руках которой было столько крови, что Эндри и представить не мог, он испытывал к ней лишь благодарность. Он вспомнил каньон, даже рискуя нарваться на галлийские стрелы и обезумивших лошадей, Сораса все равно вскочила в седло, стремясь любой ценой уберечь Корэйн от гибели. Вспомнил, как Сораса крайне вовремя вернулась ко двору в Аскале, спасая всех от предательства Эриды и жаждущего власти Таристана.

– Не согласен, – выдавил Эндри, встретив взгляд Сокола со всей твердостью, на которую был способен.

Сокол открыл было рот, намереваясь возразить, но передумал и поклонился.

– Хорошо, оруженосец, – сказал он, отступая назад. – Желаю хорошего отдыха.

Эндри благодарно поклонился и в ответ произнес:

– И тебе, Сокол.

Оруженосец зашагал по песку, ощущая жар даже сквозь сапоги. Хотя усталость съедала его, он направился к месту проведения урока, где уже собрались некоторые зрители.

Корэйн стояла между Сорасой и Сигиллой, лицо девушки было красным. Эндри не знал, причиной тому стало смущение или напряжение от физической нагрузки, но она рвалась продолжать. «Как и всегда».

Несколько Соколов молча и внимательно наблюдали за происходящим, стоя на почтительном расстоянии.

Эндри остановился рядом с облаченным в мантию Домом, который пристально наблюдал за тренировкой. Капюшон скрывал шрамы бессмертного, но не внимательные зеленые глаза. Они следили за каждым движением Корэйн.

Как и сам Эндри.

По крайней мере, сегодня они не использовали оружие. От тренировок с кинжалами на руках Корэйн остались крошечные порезы, и после стольких ночей в пустыне они заживали очень медленно. «Теперь у нее будут еще и синяки», – подумал Эндри, вздрогнув, когда она увернулась от удара, но не от Сорасы, и в итоге оказалась на земле.

– Мне тоже тяжело смотреть на это, – тихо заметил Дом.

Эндри мог лишь кивнуть.

Корэйн поднялась, поставив ноги так, как ее учили, тем самым правильно распределив вес. Как оруженосца и будущего рыцаря, Эндри обучали сражаться в доспехах и верхом, с отличными мечами и щитами. Его учителями были старые воины, совсем не похожие на убийцу из Гильдии и охотницу за головами из Темуриджена. Возможно, Корэйн никогда не сможет возглавить кавалерийскую атаку или научиться владению длинным мечом, но она определенно узнает, как дать сдачи в переулке.

И сделать это как следует.

– Она должны уметь защищаться, – сказал Эндри. На этот раз Корэйн увернулась от удара Сорасы, подпрыгнув, но не упав. Однако девушка все равно потеряла равновесие и снова оказалась на земле, а Сораса у ее шеи.

Дом поджал губы.

– У нее есть мы.

– Надеюсь, так будет всегда.

Он искоса взглянул на Дома. «Нас окружает смерть, а он все еще не понимает этого, – подумал Эндри, от досады стиснув зубы. – Не признает».

Оруженосец понизил голос:

– Но мы-то с вами знаем, как быстро все может измениться. – После долгого, тяжелого молчания Дом встретился с ним взглядом, его брови сошлись на переносице.

– Я бессмертный видэр, сын Утраченного Глориана. Я не думаю о смерти так, как вы, смертные, и не боюсь ее, – прорычал он.

Жалкая маска.

Эндри порывался проглотить свою реплику, похоронить грубые слова, найти более щадящий вариант ответа. Но дорога способна изменить человека, особенно та, по которой они шли сейчас.