Чтение онлайн

Когда я очнулся в той комнате, - Риан взглянул на фотографию четы Воронов, стоящую на столе рядом с семейным фото и свадебным снимком новобрачных.
– я учуял запах Лексуса и сразу уловил в нём что-то знакомое. Что-то, что сразу пробудило доверие к нему. Когда я рожал, то Лексус был рядом - говорил со мной, держал за руку. Рядом с ним не было так страшно. И я понял, кого мне напомнил его запах.

Римус?

Да, он. Когда отец был занят, то именно Римус был со мной. Лечил мои синяки и ссадины, спасал от ночных кошмаров, ухаживал, стоило мне только заболеть... Я любил его почти так же сильно, как отца. Лексус всё больше напоминал мне его. В какой-то момент мне даже показалось, что рядом со мной сидит именно Римус. Потом родился Салли, и Лексус начал убеждать меня оставить Салли в их доме. Обещал, что они позаботятся о нашем малыше, что Салли будет в безопасности. В тот момент во мне взыграл инстинкт, но умом я понимал, что Лексус прав. Я смотрел ему в глаза и видел Римуса. И чувство неимоверной близости только нарастало.
– Риан прикрыл глаза, вокруг которых залегли тени.
– И я решился. Я видел и чуял, что Лексус абсолютно надёжен. Я догадывался, что у него когда-то уже был ребёнок, но мне и в голову не могло придти, что всё было настолько страшно! Мы же пытались что-то о нём выяснить, но ничего не нашли - внутренняя разведка уже всё забрала, чтобы заткнуть рот Майкару... И всё же я потом несколько дней болтался по окрестностям, борясь с желанием вернуться и всё-таки забрать Салли, но я не посмел лишить его нормальной жизни в семье, которой было так мало у меня. Я меньше всего хотел сыну своей судьбы. Только потом, стоя планы по твоему освобождению, я вспомнил, чем сопряжен процесс усыновления детей из Дома Малютки, и испугался, что Лексус не сможет забрать его оттуда... но всё обошлось. Это просто чудо какое-то! Ведь наш мальчик был особенным...

Значит, всё идет так, как замыслил Светлейший. Он, создав этот мир, и сейчас следит за нами. Не желая отнимать у нас право на свободу выбора, всё же приводит к нам людей, способных что-то исправить, направить по верному пути. И он собрал нас всех, чтобы восстановить то, что было сломано во времена Великого Холода. Именно он послал твоему прадеду Салли Тобиаса и его друзей, привёл к ним Адама и благословил рождение твоего отца, а потом дав шанс тебе. Он же свёл нас с тобой, даровал сильное понимающее сердце Аарону, дал ему шанс встретить своего Истинного и помочь нам. Он дал нам чудесного сына и соединил Воронов, которые стали для него самой лучшей защитой, а потом прислал Дензела и Дона... Он собрал нас всех, чтобы сень Мирового Дома снова поднялась над нашим больным миром.

Денз...
– Риан с болью взглянул на улыбающееся с фотографии лицо зятя, потянулся и коснулся его.
– Ты думаешь, что он ещё жив?

Уверен, - кивнул Гиллиан.
– Истинные всегда были связаны незримыми нитями, которые и дают такую сильную связь и здоровых детей. Салли был уверен, что его альфа жив, значит, Дензел обязательно вернётся. Меня только беспокоит, что мы ему скажем... Он же ещё так молод.

Риан поджал губы, и по его лицу снова покатились слёзы.

Тогда где же он? Почему до сих пор не дал знать о себе? Ведь он знает, как выйти на связь!!!

Гиллиан и сам уже которую луну над этим голову ломал. В своём протеже он был уверен, как в самом себе, и раз Дензел до сих пор молчит, значит, случилось что-то серьёзное. Что же могло так задержать парня? Неужели всё-таки схвачен внутренней разведкой и как раз сейчас его пытают?.. Сейчас, когда Салли не стало, Дензел стал одним из тех якорей, что удерживали Риана от полного срыва в бездну отчаяния. Комиссар искренне полюбил парня, как родного, и ворчал и ругался уже исключительно по привычке. Теперь, когда их семья понесла очередную невосполнимую потерю, Риану как никогда важно было знать, что он потерял не всех. Гибель Алекса и его нерождённого сына Реми тоже изрядно подкосила его... как и Салли. Потерять кого-то ещё Риан просто не мог себе позволить. Алекс-внук уже был в надёжных руках, но судьба его отца по-прежнему оставалась неизвестной.

Он ведь жив? Он вернётся?

Обязательно вернётся. Он же пообещал Салли, а слово своё он всегда держит.

Тут в дверь тихонько постучались, и несмело вошёл Люк.

Риан... я разрешил дозорным вернуться к себе - там снежная буря поднимается. И мороз крепчает. У Криса и Ленни помехи...

Да, молодец.
– Риан кое-как взял себя в руки и сел прямо.
– Всё правильно. Нечего им там мёрзнуть. Буря сильная?

Судя по нашим приборам и темпам прироста - баллов семь, не меньше.

Тогда тем более. Пока буря не уляжется, Рэм тоже ничего не сможет предпринять. Начинайте готовиться к новым вылазкам и набирайтесь сил. Пусть Антон, Тор и Верона потом проверят, насколько пострадали наши антенны.

Хорошо.

Смотровую заперли?

Первым делом.

Отлично. Иди.

Люк повернулся к двери и напряжённо замер.

Сэр...
– Голос омеги дрогнул.
– вы точно в порядке? Наши очень переживают за вас...

В глазах комиссара вспыхнул злобный огонёк, а на лице заиграла злорадная ухмылка.

Я ещё не сплясал на костях наших врагов. Рано хороните! Так всем и передай.

Люк широко улыбнулся, кивнул и вышел. Едва за ним закрылась дверь, ухмылка комиссара увяла, а злоба сменилась болью. Риан прильнул к своему альфе и крепко обнял его.

Ты ведь всегда будешь со мной? Ты не уйдёшь?

Не уйду.
– Гиллиан мягко поцеловал его в растрёпанную макушку. Он всё больше замечал, что возраст всё же едва заметно, но начинает брать своё - вокруг глаз Риана начали скапливаться тонкие морщинки.
– Мы дойдём до конца вместе и умрём в один день, как и собирались. А перед этим дождёмся правнуков.

Снежная буря ярилась четыре дня, загнав в норы всех лесных обитателей. Солдаты регулярной армии и добровольческих батальонов тоже забились в блиндажи и снежные лежбища, пережидая непогоду. В ночь на пятый день тяжёлые тучи разошлись, и неверный лунный свет озарил заметённые древесные кроны и сглаженную заносами землю. Среди деревьев замелькали тени с горящими глазами - волчья стая вышла на охоту.

Буря замела всё, сгладив неровности, но один сугроб всё же выделялся. Вожак стаи - огромный матёрый волк с проседью в густой шубе - настороженно принюхивался к нему. Вдруг он рыкнул и отскочил, заметив, что сугроб зашевелился. Из него выглянула человеческая рука, которая начала разгребать скопившийся снег. Наконец из-под снега показалась рослая фигура альфы, который по-звериному встряхивался. Альфа был изрядно потрёпан, оборван, зарос короткой светлой бородой, а в его светлых глазах горел огонь жизни. Он слегка кривился от боли и то и дело касался своего бока и лица, которое пересёк длинный косой шрам. Бросив взгляд на заметно осмелевшую стаю, альфа ухмыльнулся.