Чтение онлайн

Если честно, это было даже приятно. Выходит, моя скромная персона была не настолько безразлична Эмми, как она хотела показать. Что до восхитительной вампирши, то я, как любой мужчина, состоящий в том числе из гормонов, просто не мог не реагировать на нее. Но мне бы и в голову не пришло променять Эмми на это обворожительное мраморное изваяние — иначе охарактеризовать девушку я не мог. В ней не чувствовалось жизни, больше всего она походила на лишенную души искусно вылепленную статую.

— Зачем пришла, Лидия? — довольно грубо спросил Дитрих, и на секунду приоткрылась завеса, скрывающая его истинную натуру. Скажу вам честно, больше туда заглядывать не хотелось, его милая улыбка нравилась мне куда больше.

— Что за тон? — Блондинка повернулась к зеркалу и принялась внимательно изучать свое безупречное отражение.

Кажется, в эту минуту мир перестал для нее существовать.

Я еще никогда не видел, чтобы кто-нибудь настолько упивался собой. Именно в тот момент ее чары окончательно развеялись, и с тех пор я уже довольно прохладно реагировал на изумительное произведение природы под именем Лидия.

— Что-нибудь случилось, Лидия? — на этот раз не выдержала Эмми.

Вампирша обернулась и удивленно заморгала, как будто только сейчас заметила наше присутствие. Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и вспомнить, зачем она здесь. И Дитрих, и Амаранта терпеливо ждали, пока это произойдет, я же с самого начала предпочел стоять в сторонке и помалкивать.

— Грэгори просил вас спуститься в подвал, — щелкнув пальцами, вспомнила красавица. В эту минуту миф о том, что все красотки недалекие, уже не казался преувеличением.

Слова Лидии прозвучали для остальных как приказ, и они направились к выходу. Как мне показалось, Эмми сделала это с некоторым облегчением. Я остался стоять около умывальников, не очень-то понимая, что теперь делать.

Но у самой двери Лидия вдруг остановилась и, обернувшись, впервые за все это время посмотрела на меня в упор.

— Чуть не забыла, он должен пойти с нами. — Тонкий пальчик с идеальным маникюром был направлен прямо мне в грудь.

Амаранта насторожилась, а Дитрих, наоборот, заметно повеселел. Но, похоже, Эмми ничего не могла поделать со сложившейся ситуацией и была вынуждена подчиниться. Всей компанией мы вышли в коридор и направились к лестнице, ведущей вниз. Дитрих шел позади, контролируя каждый мой шаг, так что о побеге не могло быть и речи. Впрочем, я и не помышлял бежать. Амаранта никогда бы не причинила мне вреда, поэтому ее знакомые тоже не казались опасными — как выяснилось впоследствии, напрасно.

Спустившись в подвал, мы оказались перед какой-то дверью, и Дитрих не очень-то вежливо втолкнул меня прямо в нее. Я очутился в комнате, где находилось еще трое вампиров. Высокий брюнет с осанкой аристократа, как я уже догадался, был Грэгори. Кажется, именно он здесь заводила. Вампир вальяжно развалился в кресле неподалеку от огромного дубового стола. Собственно говоря, кроме этого самого стола, пары табуреток, стула с изогнутой спинкой и кресла, в котором восседал Грэгори, здесь ничего не было. На подлокотнике рядом с «первым» пристроилась вампирша, которую я видел впервые; ее рука по-хозяйски лежала на плече Грэгори, и несложно было догадаться, что их связывают близкие отношения. У незнакомки были примечательные глаза цвета яркого утреннего солнца и внешность испанки — от нее так и веяло знойным летом.

В комнате присутствовал еще один незнакомый мне вампир. Скрестив руки на груди, он стоял за спинами сидящих. Лицо этого вампира было лишено всяких эмоций, казалось, ему просто скучно. Я заметил некое подобие жизни в его серых глазах, лишь когда он взглянул на Эмми.

Амаранта с ходу перешла в наступление и, указав на меня, сказала:

— Зачем вы привели его сюда?

Стало понятно, что Эмми упорно продолжает играть в ту же игру, что и вчера, и делает вид, будто мы с ней не знакомы.

— Мне просто показалось, что молодой человек не совсем осознал предупреждение Дитриха, — произнес Грэгори. Его голос звучал по-отечески мягко. — Я лишь хотел убедиться, что ему все доступно объяснили, — при этих словах вампир посмотрел в мою сторону, и по спине у меня побежали мурашки. Возможно, Эмми не так уж преувеличивала степень опасности, которая меня здесь поджидала.

— Уверена, он все уже принял к сведению. Теперь он может идти? — изображая скуку, протянула Амаранта, но никто не двинулся с места.

Несколько секунд прошли в тревожной тишине, но вдруг тот вампир, что стоял дальше всех, направился к Эмми.

— Думаю, ему действительно нечего здесь больше делать, — спокойным тоном заявил он. — У нас есть дела поважнее.

Это послужило сигналом для остальных, и они тоже внезапно потеряли ко мне интерес.

— Лидия, проводи молодого человека к выходу, — махнула изящной рукой темноволосая подруга Грэгори.

Уже будучи на полпути к свободе, я не удержался и окликнул Амаранту, надеясь, что она составит мне компанию вместо Лидии. На свою беду, я не просто назвал девушку по имени, а произнес его уменьшительный вариант. Откуда мне было знать, что так ее звал лишь я один, а вампиры, как на грех, оказались проинформированы на эту тему?

— Эмми, — позвал я шепотом, но у вампиров отменный слух, и меня, конечно же, услышали.

Все тут же застыли. Лидия остановилась и оценивающе посмотрела на меня. Дитрих растянул губы в такой ласковой улыбке, что мне стало не по себе. Вампир с серыми глазами окончательно потерял интерес к происходящему и даже отступил на несколько шагов назад, будто подчеркивая, что не хочет иметь со мной ничего общего. На Эмми страшно было смотреть, такой испуганной она выглядела. А Грэгори напрягся в своем кресле, его глаза стали холодными, как два кусочка льда, и лишь рука молодой «испанки» удерживала его от броска. Я вдруг понял, что совершил непоправимую ошибку, но только еще не знал, какую именно.

— Разве я не учила тебя, солнышко, что обманывать нехорошо, — глядя на Амаранту, тоном заботливой матери произнесла подруга Грэгори.

— Вы все неправильно поняли, — испуганно пробормотала Эмми, но ее реплика прозвучала неубедительно.

— Неужели? — ласково пропел Дитрих, довольно поглядывая в мою сторону. Я неожиданно почувствовал себя аппетитным блюдом для изголодавшегося путника.

— Кто он? — наконец подал голос Грэгори; его слова прозвучали, как раскат грома.