Шрифт:
Тим зашел во двор небольшого дома, по-хозяйски пересек его и лег на крыльце. Положив морду на передние лапы стал ждать. Он ждал девочку Машу. Эта тихая девочка его настоящий друг. Нет не хозяйка, а именно друг.
Хозяином Тима является дед Семен. Пес любил деда Семена и был ему верен. Маша же была его другом. Хозяин все понимал и не ругался на Тима, когда пес возвращался домой спрашивал:
– Опять играл со своей подружкой?
Наполнив миску едой ласково гладил Тима по холке приговаривая:
– Ты ее не обижай она девочка хорошая только вот…
На этом фраза обрывалась, дед уходил в дом, садился у телевизора и смотрел какую-то передачу. Тим опустошив миску ложился рядом с креслом хозяина. Спустя какое-то время хозяин, выключив говорящий ящик шел спать. Убедившись, что дед Семен уснул, пес ложился у порога, чутко кемарил, охраняя сон хозяина.
Тим восточно-европейская овчарка. Три года назад был подарен внуком Сашкой.
После смерти бабушки Вали, Сашка перебрался жить к Семену. Один из троих внуков кто не захотел оставлять деда одного. На ту пору Сашке шел 16-й год. Он прекрасно понимал- по окончании школы ему необходимо учиться дальше, поэтому и принял решение подарить деду собаку. Отдавая себе отчет в том, что деду одному с воспитанием щенка не справиться, он его приобрел еще, учась в школе. Полтора года занимался воспитанием постепенно подключая деда. Семен привязался к собаке и всегда поражался насколько мудрым не по годам, оказался его внук.
Окончив школу Сашка поступил в ВУЗ и уехал учиться. Семен с Тимом остались вдвоем. Оба скучали по Сашке, но вдвоем скучать было не так грустно. Сашка обещал обязательно приехать на летние каникулы. Дом на крыльце которого лежал Тим зимой всегда пустовал. И только летом в нем появлялись люди. Всегда разные и на короткий срок. Дом сдавался. Иной раз за лето в нем менялось несколько отдыхающих. Одни приезжали, другие уезжали. В этом году люди в нем поселились весной, что само по себе было непривычно. Тим не любил этот дом, обходил его стороной, стараясь не попадаться на глаза отдыхающим. В этот раз все было иначе. Сопровождая деда Семена в магазин, во дворе этого дома Тим увидел девочку. Она одна стояла на крыльце. Маленькая, тихая, беззащитная. Повинуясь какой-то неведомой силе, пес вошел во двор. Девочка не испугалась, посмотрела на него и произнесла:
– Какая хорошая собачка. Иди ко мне, я тебя поглажу.
Тим покорно подошел. Девочка протянула маленькую ручку и погладила его. Потом обняла за шею, прильнула к нему всем своим маленьким тельцем. Пес принимал доброту и ласку девочки, весело повиливая хвостом. В дверях дома появилась женщина, всплеснула руками:
– Маша, ты зачем обнимаешь чужую собаку? Вдруг ей не нравится?
Девочка рассудительно ответила:
– Если бы ей не нравилось, она бы ко мне не пришла. Она не чужая, она мой друг!
Женщина пожала плечами, спустилась с крыльца. Во дворе появился дед Семен, молча наблюдавший за Тимом и девочкой.
– Вы не переживайте, пес не укусит, он у меня воспитанный. По внуку скучает. Обычно детей обходит стороной, а тут сам подошел. Приглянулась ему ваша дочка.
– Да я не переживаю ее все животные любят, впрочем, как и она их. У Маши врожденный порок сердца, динамичные игры нельзя, нагрузки нельзя, поэтому ограничиваю общение со сверстниками, а с животными пусть общается. Животные, как правило чувствуют, что с ней не все в порядке, оберегают.
–И это на всю оставшуюся жизнь? Я об ограничениях.
– Надеюсь нет. Ждем вызов на операцию. Врачи уверяют, что все наладиться, поскольку вовремя диагностировали болезнь. Поле операции и реабилитации обещают постепенно снять ограничения. Я уверена, так все и будет.
Семен покачал головой и отправился в магазин разрешив Тиму остаться с девочкой. С тех пор так и повелось – утром пес приходил во двор этого дома, ложился на крыльце, ждал Машу. Проведя день с девочкой, возвращался домой и всю ночь охранял сон хозяина. Пес очень привязался к девочке. Этим утром, как обычно, Тим ждал на крыльце Машу. Она долго не появлялась, но пес не уходил. К полудню подошла машина, девочка вышла из дома, держась за руку матери. Увидев Тима обняла за шею и тихо произнесла:
– Я еду в больницу, но мы с тобой обязательно увидимся, ты только жди. Я вернусь, обязательно вернусь и мы с тобой еще побегаем. Верь мне, все так и будет.
Пес лизнул девочку в щеку и долго смотрел в след удаляющейся машины. Он ей верил. Своим собачьим чутьем он знал- все так и будет. Она вернется, обязательно вернется…
Машина, увозящая девочку в аэропорт, скрылась за поворотом. Тим долго не уходил. Пес словно застыл. Стоя у калитки этого дома, смотрел в ту сторону, куда уехало такси. Потом встрепенулся, понуро опустил голову и побрел домой. Ему было грустно, но он твердо знал, что они обязательно встретятся. Маша сидела на заднем сидении такси, держа маму за руку. За время пути она не произнесла ни слова. Страха перед предстоящей операцией не было просто ей было грустно без Тима. Девочка чувствовала на расстоянии, что он тоже грустит. Уже садясь в самолет, который должен их доставить в город Новосибирск девочка, взглянув на мать своим детским, чистым взглядом, произнесла:
– Мам, обещай мне, что после операции мы обязательно приедем к Тиму, привезем подарки ему и дедушке Семену. Я их так люблю. Они мои настоящие друзья.
Мать молча кивнула. Говорить она старалась, как можно меньше, боясь, что голос выдаст все ее переживания и страх. Страх за дочь, за последствия, да и за саму операцию. Она всеми силами гнала его от себя, но пока страх брал верх.
Весь день Тим пролежал во дворе, отказываясь от еды. Дед Семен говорил с собакой:
– Переживаешь? Оно и понятно. Я тоже переживаю за девчонку. Дай бог ей хорошего врача. Будем надеяться, что все сложится, как нельзя лучше. Она сильная, она справиться, несмотря на то, что ребенок. Сейчас нам остается только ждать. Поешь, все будет хорошо.
Тим поднял на Семена глаза. В них стояли слезы. Подошел к миске, но есть не стал. Попил воды и лег на свое место, положив морду на передние лапы.
– Вот поди ж ты животина, а как волнуется. Видать сильно зацепила тебя девчонка? Впрочем, не только тебя, сам места себе не нахожу. Казалось бы, чужая, а уже, как родная. Жалко ее птаху безгрешную.
Еще немного посетовав, Семен включил телевизор. Пес не шелохнулся. Смотреть передачу дед не стал, выключив говорящий ящик пошел спать. В эту ночь он долго не мог уснуть. Ворочался, думал о жизни, мысленно молился за Машу. Он и сам не понимал, как случилось так, что совершенно чужая девочка стала для него родной. Под утро Семен уснул. Ему снилась Маша играющая с Тимом. Они бегали по ромашковому полю. Маша громко смеялась, Тим радостно лая носился вокруг нее. Проснувшись, дед первым делом позвал пса. Тим подошел к хозяину и уткнулся в ладошку своим мокрым носом. Семен проворчал: