Чтение онлайн

Они повернулись и побежали через площадку, и Миллер кивнул Крейгу:

— Я еще увижу вас.

— Уверен, что увидите.

Когда он поднялся наверх, мальчики уже ждали его, а он остановился, чтобы перевести дыхание. Внизу Крейг пробежал уже половину круга.

— Дядя Ник, — спросил Роджер, — ему на самом деле нравится бегать?

— Думаю, что да, — ответил Миллер, а потом улыбнулся. — Не знаю, как вы, а я голоден. Побежали к машине.

Возбужденный смех ребят, смешанный с лаем собаки, затих вдали, а на погруженной в тишину площадке Крейг энергично пошел на второй круг.

Было время, когда Миллер надеялся получить черный пояс в каратэ или дзюдо, но под давлением работы эти мечты пришлось оставить. И входя в помещение Центра Дзюдо-кардон, он вспомнил, что в последний раз посетил его месяц назад.

Главный тренер, Берт Кинг, маленький щуплый мужчина, чья голова казалась слишком большой для его тела, уже одетый для выхода на ковер, сидел у себя за письменным столом и читал утреннюю газету с чашкой кофе в руке. Кинг был настоящим поэтом движений и имел третий дан как в дзюдо, так и в айкидо.

— Хэлло, мистер Миллер, давно вас не видел, — приветствовал он сержанта.

— Не было времени завернуть к вам в эти дни, — ответил Миллер. — Но вот сегодня утром я выкроил часок. Можно надеяться на частный урок?

Берт покачал головой:

— Сожалею, но у меня уже есть клиент. Вот как раз сейчас надо идти.

— Я его знаю?

— Едва ли, он не из регулярных посетителей. Некто Крейг.

Миллер не донес сигарету до рта.

— Полковник Дункан Крейг?

— Совершенно верно. Так вы знакомы с ним?

— Да, мы встречались. Как он в деле, хорош?

— Вы еще спрашиваете! — возбужденно ответил Берт Кинг. — У него просто убойное айкидо — уровень коричневого пояса по меньшей мере. А может быть, даже первый дан, но странное дело, он никогда не пытался получить степень. Вот уже две недели приходит на два часа каждый день и полностью использует время, скажу я вам.

— Не возражаете, если я посмотрю?

— Пожалуйста.

Он вышел из кабинета и направился в тренировочный зал. Миллер постоял немного, а потом прошел за ним.

Крейг и Кинг стояли друг против друга в середине ковра. На полковнике было поношенное кимоно для дзюдо, и он выглядел подтянутым и активным, полным скрытой энергии, как неразорвавшаяся бомба замедленного действия.

— Свободная борьба? — предложил Берт Кинг.

Крейг кивнул:

— Прекрасно.

Поединок длился минут пятнадцать; ничего лучше Миллеру не приходилось когда-либо видеть. А когда он закончился, оба бойца обливались потом, а Берт Кинг выглядел вымотанным. В первый раз Миллер видел его таким.

— Наверное, я старею, — покачал он головой. — Десять минут отдыха, а потом отработаем кое-какие детали.

— Это будет полезно для меня. — Крейг взял со скамьи полотенце, чтобы вытереть пот, и только сейчас заметил стоявшего в дверях Миллера: — Хэлло, сержант, похоже, мы повсюду встречаемся с вами.

— Хотите, пригласим сержанта Миллера на ковер потягаться с вами? — предложил Берт.

Миллер возразил:

— Нет уж, спасибо. Он слишком силен для меня.

— Не верьте ему, — запротестовал Берт. — Он задаст вам работы, полковник.

— Я не сомневаюсь, — улыбнулся Крейг, бросая полотенце на скамью. — Я немного разомнусь, пока вы приготовитесь, Берт.

Одну стену в зале занимало огромное зеркало, полковник стал перед ним и начал отрабатывать удары ногой, которые применяются в каратэ, поднимая колени и выбрасывая вперед то одну, то другую ногу с поразительной скоростью.

— Хорош, верно? — одобрил Берт, наблюдая за ним.

— Чересчур хорош, чтобы быть спокойным, — ответил Миллер, повернулся и вышел с легкой усмешкой на лице.

— Так, значит, он любит ранние пробежки в парке и владеет дзюдо? — сказал Грант. — Ну и что из этого? Множество мужчин его возраста любят держать себя в форме. Вот если бы я располагал временем!

— Но Дункан Крейг совсем не обычный мужчина, — возразил Миллер. — Он в 1939 году получил степень бакалавра в области электротехники в университете Лидса, когда началась война вступил в танковый полк и попал в плен во время танкового прорыва в Аррасе в 1940 году. У него бабушка была француженка, он бегло говорит по-французски, это помогло ему убежать из лагеря военнопленных и уйти в Испанию. Когда он вернулся домой, спецслужбы взяли его к себе и четыре раза засылали во Францию, где он организовывал отряды Сопротивления — маки. Во время одной из операций его предали, но он ухитрился снова проскользнуть через расставленные сети. Потом его послали на Средний Восток, где он до самого окончания войны служил в специальном авиаподразделении, которое обслуживало партизанское движение в горах.

— Он, наверное, твердый орешек, — сделал вывод Грант.

— Еще какой. Когда война кончилась, ему исполнилось всего двадцать семь лет, а он — уже подполковник, награда за безупречную службу, военный крест, орден Почетного легиона, он имел все, что только можно.

Порыв мартовского ветра бросил в окна кабинета Гранта горсть градин, и он вздохнул:

— Подумайте, Ник, не преувеличиваете ли вы?

— Да будь я проклят! А вы можете представить себе, что такой человек станет сидеть спокойно, когда убийца его дочери свободно разгуливает по улицам?

— Вы уж слишком мелодраматичны. — Грант покачал головой. — Я не согласен с вами. Совершенно не согласен. Это не значит, что вы не должны пристально следить за Максом Верноном. Рано или поздно он сделает свой первый шаг, и я хочу, чтобы мы были готовы к этому. А что насчет Крейга — так забудьте о нем.

Миллер нервно скомкал лист бумаги, который держал в руках, и Грант окончательно потерял терпение:

— Так позвольте мне сказать вам кое-что, пока вы не ушли. За последние семь лет в нашем городе число преступлений возросло в четыре раза. У нас раскрываемость краж со взломом всего шестнадцать процентов, рабочая неделя в нашем отделе — семьдесят часов, а вы хотите тратить время на подобную чепуху? Так вот, идите и займитесь делом.