Шрифт:
ГЛАВА ПЕРВАЯ
«Моя самая большая удача за все время работы», — сказала самой себе Тони Карлтон. Тротуар, по которому она шла, был запружен народом, так что ей оставалось двигаться вместе с толпой, восхищенно оглядываясь по сторонам.
— Леди, я бы с удовольствием пошептал вам что-нибудь на ушко.
Тони резко повернулась, отбросив рукой густые рыжие кудри, и, прищурившись, посмотрела на того, кто это сказал. Высок, черноволос, в дорогом костюме-тройке. Нахал. Странно, бродяги чаще ходят в армейских куртках и вязаных шапках.
Парень, очевидно, сразу понял — он втянул голову в плечи и, зажав под мышкой дорогой кожаный портфель, ускорил шаг.
И все же Ванкувер ей нравился. Нравился китайский квартал и особенно Мартин Йинг, который только что дал согласие разработать эксклюзивную коллекцию одежды для бутика мадам Йелтси, на которую она работает. Тони впервые отправилась в такую поездку одна, но для мадам это не имеет значения — мадам всегда ждет чего-то необыкновенного. Обыкновенное ее не устраивает.
Тони остановилась и с некоторым трудом пробралась к витринному окну неприметного магазинчика — там промелькнуло что-то интересное. Это оказались экзотические восточные украшения из нефрита. У Тони перехватило дыхание — они идеально подходили к коллекции Йинга!
Она рывком распахнула дверь и на мгновение застыла на пороге, пока глаза привыкали к темноте. За прилавком стоял китаец, по виду ненамного старше ее, где-то под тридцать, и, склонившись, внимательно рассматривал что-то сквозь увеличительное стеклышко. Он был так поглощен своим занятием, что не сразу заметил Тони, а заметив, удивленно вскинул на нее глаза и поспешно сунул руку под прилавок.
— Закрыто, — выпалил он. — Забыл вывесить табличку. Закрыто! Уходите.
Однако Тони не могла допустить, чтобы ее так просто выпроводили — в затылок дышала мадам Йелтси с ее жаждой необыкновенного. Да и вообще — на каблуках она под метр восемьдесят, а за один взмах ее густых длинных ресниц любой мужчина сделает то, что она пожелает.
Закрыто не закрыто, а кое-что из этих вещиц она получит, и особенно ту, что продавец так старательно прятал. Тони сделала несколько быстрых шагов по выложенному плиткой полу и, поймав ускользавшую руку китайца, прижала ее к поверхности прилавка.
— Закрыто, — повторил он слабым голосом, но на лице у него слабо заиграла улыбка, а в темных глазах, глянувших в зеленые глаза Тони, как будто даже засветилась надежда.
Из-под руки у него выкатилось кольцо, которое Тони тут же и схватила. Китаец почему-то задрожал. Тони привыкла, что мужчины возбуждались в ее присутствии, но чтобы дрожать… Такого она что-то не припоминала.
— Какая красота, — выдохнула она, рассматривая кольцо со всех сторон. Это была великолепная работа — серебро и нефрит в виде дракона. Кольцо как будто составляло гарнитур с ожерельем, выставленным в витрине. Сто лет ищи, а не найдешь ничего более подходящего к моделям Йинга.
— Это кольцо приносит удачу, большое счастье, — печально, как показалось Тони, произнес китаец. Его взгляд скользнул по ее безымянному пальцу. — Мужа. Детей.
Последние слова мадам Йелтси не одобрила бы.
— Ах, какая прелесть! Неужели это ваша работа? — Жаль, мадам не слышит, каким тоном это было сказано, — она осталась бы довольна. — Я хочу его купить. И не одно. Я хочу…
— Нет, нет! — взвизгнул китаец. — Оно не продается.
Тони вскинула на него взгляд: по лбу китайца катились капельки пота, казалось, он вот-вот упадет в обморок.
Нет, до такого она не доводила еще никого. Да он и смотрит-то не на нее, а куда-то поверх ее левого плеча, на улицу. Тони повернула голову. Мимо текла толпа, но в этом безостановочном движении было нечто неподвижное. Точно: на другой стороне улицы стояли трое и смотрели на магазин. Что-то в них было необычное. Может, то, что все трое были смуглы, черноволосы и явно выше остальных, в основном желтолицых и низкорослых? Или потому, что в них ощущалась какая-то угроза?
— Берите кольцо, — проговорил китаец, накрыв ее руку своей, — и быстро уходите.
— Я не могу взять одно кольцо, мне надо несколько. И вон то ожерелье…
— Уходите, — почти шепотом повторил он, — быстро.
— Вы не понимаете. Мне нужно…
— Оставьте визитку. — Голос звучал жестко, почти гневно. — Зайдете потом.
Продавец был явно на пределе. Тони вынула из кармана визитную карточку, написала название гостиницы и номер комнаты и положила ее на прилавок.
Китаец кивнул.
— Идите.
Она хотела было оставить кольцо на прилавке. Глаза китайца гневно сверкнули.
— Возьмите с собой, — сквозь зубы приказал он.
Тони взглянула на него еще раз и вдруг почувствовала, как он напуган. Ее приподнятое настроение от сделки с Йингом мгновенно улетучилось.
— Я могу чем-нибудь помочь? В чем дело? — негромко спросила она, но было ясно, что ее настойчивость лишь усугубляет ситуацию. Тони пробормотала что-то вроде благодарности, развернулась и вышла из магазина.
Толпа подхватила ее и понесла. Вокруг кипела жизнь, и Тони пожалела, что не захватила фотоаппарат. Хотя она еще, пожалуй, успеет забежать в номер и вернуться сюда до темноты.
Мадам Йелтси неодобрительно относилась к ее хобби и считала его пустой тратой времени, однако Тони знала, что именно ее художественные наклонности, отличное чувство меры и способность выбирать удачные ракурсы помогли ей занять нынешнее положение.
Какой-то шум заставил ее обернуться. Трое, стоявшие на другой стороне, перешли улицу, на мгновение остановились и торопливо вошли в лавку, которую она только что покинула.
И почти сразу же послышался крик. Один из троицы вышел из лавки и стал вглядываться в двигавшуюся по улице толпу.
Шестым чувством Тони поняла, что этот тип с невыразительным, холодным лицом высматривает именно ее. Ей сразу стало не по себе. В дверях показался хозяин лавки. Его крепко держал за плечи долговязый громила. Хозяин что-то кричал, лихорадочно скользя взглядом по толпе. И вдруг указал рукой на нее!
Теперь уже вся троица взирала на Тони. Громила, державший хозяина, уволок его внутрь, а двое других стали продираться сквозь толпу в сторону Тони. Панический холодок пробежал у нее по спине — за ней охотятся! Вляпалась неизвестно во что, и как теперь вылезать, непонятно.