Чтение онлайн

Нас чуть не опрокидывает волной, но Роджер стоит ровно, лишь чуть наклоняясь и прижимая меня к себе. Страх парализовал всё тело, и я поняла, что окажись мы в машине – давно бы поджарились, превращаясь в угольки. Всего несколько секунд и мы могли оказаться на том свете.

Почти сразу же после страха и испуга, тело заполняется злостью. У тех людей в машине были семьи, дети! Они не заслужили такого конца и всё из-за глупого Деймонда, который хочет сломать Гранта и убить меня!

Этим поступком он убил во мне любые хорошие к нему чувства. Теперь он такой же чужой человек, как и все остальные. Стыдно, что в наших венах течёт одна и та же кровь.

Когда слух немного возвращается, и я чувствую ладони на своём лице, прихожу в себя.

– Ты в порядке? – слышу через какую-то дымку и автоматически киваю. Смотрю на лицо Гранта и почти ничего не вижу. Потому что взгляд цепляется за его раненую руку, которую снова чем-то задело. Лёгкое пальто разрезано и пропитано кровью.

– Ты ранен, – выдыхаю, даже не отвечая на его вопрос.

– Всё нормально, сейчас я позвоню Вирго. Ты только в обморок не упади, – жаль, очень хотелось. Потому что слабость охватило всё тело, стоило только увидеть кровь. Она преследует меня везде. С каким бы человеком я не сближалась, он умирал. Деймонд был исключением. А жаль.

Грант отпустил меня, здоровой рукой залезая в карман. Кое-как удержавшись на ногах, старалась прийти в себя. Но не смогла, садясь на корточки и запуская пальцы в волосы. Боже, когда-нибудь это прекратится?

Через несколько часов мы были уже дома. Полиция по приказу Гранта постаралась замять это дело, но по телевизору и в новостях всё равно говорилось о подорванной машине и двух трупах: водителя и охранника.

Для вида гос. служащие допросили нас, Роджер поговорил с ними и нас отпустили. И сейчас, сидя на диване, завёрнутая в плед со стаканом горячего какао, слушала, как мужчина разговаривал с кем-то по телефону.

Он почти не говорил, кого-то слушал, поэтому суть разговора не поняла.

И когда Грант отключился, подняла на него свой взгляд, желая услышать желанную информацию. Он глянул на меня, кинул телефон на диван, и, плюхнувшись в кресло, взял со стола бренди.

– Это Деймонд? – спросила чисто для галочки, хотя уже прекрасно обо всём знала.

– Ага, – как ни в чём не бывало, отвечает. Будто это не ему в одну и ту же руку прилетело. Его задело металлом от взрыва, который хорошенько врезался в его плоть. Меня не зацепило, и я с удивлением приняла этот факт. Потому что знала – это было чудом. – Повезло, что ты устроила маленький допрос, иначе могли бы поджариться.

Хотелось улыбнуться, но не нашла сил. Откинулась головой на спинку дивана и прикрыла глаза. Чувствовала себя опустошённой. За сегодня я слишком устала, и хотелось отдохнуть. Но вот сомкнуть глаза не смогла – боялась, что если усну, то больше не проснусь.

Куинн объявил войну, к которой Грант, кажется, был не готов.

Буквально на следующий день после взрыва, новости разлетелись практически по всем каналам. Несмотря на то, что Роджер пытался замять это дело, заткнуть всех людей не получилось и произошедшее вышло в свет.

Не знаю, как обстояли дела у Гранта, но он не выглядел напряжённым. Это давало надежду на то, что он готов дать Деймонду ответ на его удар, но мыслей мужчины я не знала. Возможно, он припомнит это ему потом, пока формируется его план.

А пока приходилось просто ждать.

Но и это мне было сложно сделать, поскольку на душе была огромная тяжесть.

Мне хотелось съездить на кладбище и попросить прощения у родителей за их глупого сына. Понимала, что не должна этого делать, но совесть съедала меня изнутри.

Потому что в чём-то была виновата сама. Если бы я больше общалась с братом и не позволяла ему крутить всякую херню за спиной, он бы стал нормальным человеком.

Понимала, что сейчас не лучшее время выходить из дома, но сердце болело от одной мысли, что родители умерли, не зная, кто их убил. Да, они уже не услышат, но мне хотелось бы сказать им об этом хотя бы мысленно.

Да и на кладбище я не была уже целый год. Последний раз – когда хоронила тётушку. Молилась всем богам, надеясь, что она умерла естественной смертью – остановкой сердца, а не с помощью каких-нибудь таблеток или наркотиков. И если в этом замешан Куинн… То я уже и не знаю, что и думать.

– О чём задумалась? – слышу сквозь мысли голос Гранта и оборачиваюсь в его сторону. Мужчина остановился у ящиков, доставая стакан.

– Ни о чём, – ответила, не говоря о своём желании. Понимала, что сейчас не самое лучшее время проведать родителей. Из-за моего эгоистичного желания мы можем попасть в такую же ситуацию, как и вчера.

– Врать ты не умеешь, – проносится рядом со мной, заставляя меня вздрогнуть. Поднимаю взгляд, видя перед собой Роджера. Как ему так быстро и незаметно удаётся подкрадываться ко мне? – Говори.

Смотрю на его перевязанную руку и не могу вымолвить и слова. Не хочу ещё раз подставлять человека. Поджимаю губы и хочу снова сказать, что всё нормально, но мужчина меня опережает:

– Я не люблю лжецов, Рози, – напоминает, заставляя почувствовать себя виноватой. Опускаю взгляд вниз на чашку чая и беру себя в руки.

– Хочу съездить к родителям на кладбище, – выдыхаю, пальцами хватаясь за край юбки. – Но знаю, что время не лучшее. Поэтому не хотела говорить.

Но вместо того, чтобы согласиться, Грант задумчиво смотрит на стакан в своей руке и кивает, думая о чём-то своём:

– Это можно устроить.

Поднимаю на него взгляд и смотрю на него округлёнными глазами.

– Нет! – повышаю голос, пытаясь вразумить мужчину. – Давай посидим дома. На улице опасно, вдруг кто-то опять умрёт?

Перед глазами снова мелькают картинки вчерашнего дня. Детали автомобиля, огонь и оторванные конечности, валяющиеся прямо под ногами. До сих пор потряхивало, стоило только увидеть тот палец, лежавший под ногами.

Не переживу, если кто-то ещё погибнет из-за меня. Мне и так было стыдно перед семьями погибших, которые потеряли главного кормильца. Роджер попытался успокоить, сказав, что в таких случаях глава оплачивает пожизненное обеспечение семьи, но меня это не успокоило.