Чтение онлайн

– Когда мы нашли Виолу, я обратила внимание на наше фантастическое сходство. Похоже, кроме меня, его никто и не заметил, – ворчливо произнесла я. – С этого все и началось.

– Что «все»? – нахмурился он.

– Никто не обратил на это внимания, а я ломала голову, как такое возможно. Через друзей выяснила, где жила Виола, дом сдавали в аренду, и вот я здесь. Не успела заселиться, как начались странности. Удивительно, что вы не в курсе, что тело Виолы обнаружила я. Ведь моя фамилия вам известна, а она значилась в полицейских протоколах.

– Ничего странного, – покачал он головой. – Учитывая все обстоятельства, к расследованию меня не подпускали. Я же лицо заинтересованное. Где я был в то утро и чем занимался, расспрашивали весьма подробно.

– Когда, по мнению экспертов, погибла Виола?

– Точно время установить невозможно, дни стояли морозные. Она находилась в лесу больше суток, но когда наступила смерть… В 7.15 соседи слышали, как Виола отъезжает от дома, через полчаса машину засекла камера… Выходит, между восемью и шестнадцатью часами. В восемь я уже был на работе, чему есть свидетели. По этой причине ко мне довольно быстро потеряли интерес. Ваше сходство и впрямь фантастическое. Я подумал, это первоклассный грим. Убийца ваше сходство не оставил бы без внимания. Обеспечив вам надежную охрану, можно рассчитывать, что он появится…

– Я же сказала, наше сходство следователи проглядели.

– Но как возможно, что два человека, не будучи родственниками…

– Думаю, вы заслужили мою откровенность. Хотя говорить об этом тоже не просто. Совсем не просто, – добавила я.

Мой рассказ занял минут десять, я старалась сократить его до минимума. Признаться, что я и Виола подкидыши, оказалось даже труднее, чем я думала.

– Выходит, вы сестры? – ошалело спросил Лебедев, как видно, до конца не в силах поверить в мой рассказ.

– Выходит. Плоды греха, которые пытались скрыть. При этом рассовали нас по разным приютам, причем в разных областях, чтобы установить между нами связь оказалось еще труднее.

– Но… что конкретно пытались скрыть?

– Этот вопрос и меня очень интересует, – усмехнулась я.

– Предположим, обеих девочек подбросили бы к дверям одного роддома. Что бы это изменило? – не унимался Лебедев. – Зачем понадобилось разделять детей?

– Найти приемных родителей для одного ребенка проще, чем для двоих. Может, так мамаша проявляла свою заботу…

– Да она просто ненормальная, – возмутился Лебедев. – Будь вы вместе… по крайней мере, один близкий человек рядом…

– Я подумала, вдруг Виола что-то узнала о своих родителях… о наших, – поправила я себя и вновь усмехнулась.

– Узнала здесь, в Лебяжьем? Но как?

– К вам она с просьбой помочь ей в розыске родителей не обращалась, значит, смогла обнаружить след сама.

– По-моему, это маловероятно, – покачал головой Лебедев. – Ее розыски, я имею в виду. Я бы знал об этом…

– Вы же сами сказали, Виола – человек скрытный. Она подружилась с Татьяной, ее внимание привлек докторский дом… – Я схватила листок бумаги с карандашом и вновь принялась чертить схему. – Смотрите, одного ребенка оставляют в Павловске, другого в Киреевске, Виола снимает дом в Лебяжьем, а ее тело обнаружили неподалеку от областного центра. – Лебедев с очумелым видом наблюдал за мной без всяких признаков понимания. – Все происходило здесь…

– Ну да, – кивнул он.

Отчаявшись донести до него свою мысль, которая, признаться, и для меня была не особенно ясной, я вздохнула:

– Здесь и надо искать ответ.

– Подождите… – поднял он руку. – По версии следствия, Виолу убил маньяк, который ранее ее похитил… вы что же, с этим не согласны?

– Не знаю, – честно призналась я. – Допустим, маньяк. Две девушки, фамилии которых в своей темнице видела Виола, бесследно исчезли. Скорее всего, обе убиты. Но тела он тщательно спрятал. Так тщательно, что их не нашли до сих пор. Почему тогда тело Виолы он выставил на всеобщее обозрение? Да еще с некоторой театральностью. Снежный ангел…

– Что вы сказали? – с трудом произнес Лебедев.

– Она была похожа на ангела. Раскинутые руки, точно крылья… белая ткань с прорезью для головы… – Увидев, как побледнело его лицо, я с опозданием поняла, что говорить это, пожалуй, не стоило, и поспешно добавила: – С чего вдруг ему изменять своим привычкам? Я не психолог и никогда не имела дела с маньяками, но они потому и маньяки, что ими движет некая идея… и от нее они не отступают.

– Я тоже в маньяках не силен, но, думаю, вы правы. Тогда… кто-то воспользовался историей с похищением, чтобы разделаться с Виолой… в расчете на то, что следствие решит: убийца и есть тот самый похититель?

– Расследование проводят в строжайшей тайне, вот я и подумала: возможно, наш папаша человек могущественный…

– Виола напала на его след, и он разделался с ней?

Я пожала плечами, вспомнив нелицеприятные отзывы Алекса о бывшей возлюбленной.

– Что, если она пыталась папашу шантажировать? – сказала я.

Лебедев с сомнением покачал головой.

– Нежелание следователей, чтобы слух о маньяке достиг ушей обывателей, вполне понятно. С одной стороны, у них нет стопроцентной уверенности, что убил Виолу именно он, с другой… знаете, сколько девушек ежегодно бесследно исчезают только в нашей области? И сколько из них могли стать его жертвами?

– Никакого папаши в реальности может и не быть, – согласилась я. – Отцом стал любовник на одну ночь, который о нашем существовании даже не подозревает. По мнению приемной матери Виолы, девушка знала о том, что она ей не родная… вот я и решила: Виола пыталась разобраться в тайне своего появления на свет.

– Ничего подобного от нее я не слышал, – вновь покачал головой Лебедев. – С Татьяной я беседовал несколько раз. Мне важно было знать, о чем они говорили с Виолой. Она утверждает, ничего особенного в этих разговорах не было. Да, расспрашивала об истории с врачом, но Татьяна считала: обычное любопытство.